Это случилось 13 января 1990 года. В тот день под Первоуральском совершил аварийную посадку терпящий бедствие Ту-134А, летевший рейсом Уфа — Тюмень — Волгоград. Тогда 24 пассажира из 64 находившихся на борту погибли. Среди погибших оказались и командир экипажа Владимир Дунаев, второй пилот Александр Слепцов, штурман Георгий Шилинков, бортпроводница Любовь Мотырева. В живых остались бортмеханик Александр Лукьянов и бортпроводница Наталья Бобровских. Коллеги экипажа из Волгограда до сих пор убеждены: жертв могло быть куда больше, если бы не мужество и профессиональное мастерство всех членов экипажа — и погибших, и оставшихся в живых.
Самолет взлетел из тюменского аэропорта и набрал крейсерскую высоту, когда в салоне появился сильный запах гари и произошло задымление в задней части салона. Бортмеханик бросился в хвост и обнаружил очаг пожара в багажном отделении: загорелась расположенная там центральная распределительная панель (ЦРП). Сразу отказала система электропитания, вырубился канал дальности РСБН, и экипаж потерял возможность пилотирования по приборам. На 18-й минуте полета командир Владимир Дунаев запросил разрешение на экстренное снижение и посадку в свердловском аэропорту Кольцово.
Но Свердловск (нынешний Екатеринбург) был окутан плотным туманом. Только в районе Первоуральска стала просматриваться земля. Заход на посадку экипаж построил через город. Весь аварийный полет продолжался 8 минут. С высоты 10,6 тысячи метров они снижались почти вертикально и на посадку зашли по очень крутой глиссаде, так как на городской окраине вдоль дороги стояли деревья высотой под 30 метров. Посадку на заснеженное поле, окруженное лесополосами, командир выполнил безукоризненно. Но: Под метровой шапкой снега были скрыты металлические штанги системы орошения. При столкновении срезало полкрыла, самолет перевернулся и в таком положении докатился до оврага и лесополосы...
Может, стоило попробовать сажать самолет с убранными шасси, как это в августе 2019-го сделал экипаж А321 при посадке на кукурузном поле под Раменским? Спросил об этом бывшего командира летного отряда Волгоградского авиапредприятия Виктора ЩЕПАКИНА (именно он готовил экипаж и провожал его в тот роковой полет).
«Руководством по летной эксплуатации Ту-134 предписано выполнять экстренную посадку с выпущенными шасси, для того чтобы увеличить сопротивление и снизить скорость, — напоминает Виктор Иванович. — Убирать шасси предписано только при посадке на воду».
Последствия экстренного приземления могли быть трагическими и для горожан, ведь последние секунды полета лайнер лавировал между труб местного завода. Экипаж действовал четко и слаженно — вместе они летали уже шесть лет. При расследовании аварии комиссия не нашла ошибок в действиях летчиков. Между тем тот случай возгорания в ЦРП на Ту-134 был уже седьмым по счету. В нашем небе тогда летали порядка 700 таких машин, и приостановка их эксплуатации могла вызвать коллапс транспортных авиаперевозок. Спустя некоторое время появилось дополнение к Руководству по летной эксплуатации, где речь шла уже о сетке, которой закрывается ЦРП, и запрещалось размещение рядом багажа...
А теперь представим, что испытывает командир терпящего бедствие самолета на высоте 10,6 тысячи метров, имея за спиной почти семь десятков душ. И какого невероятного напряжения сил и навыков требует экстренная посадка на случайном поле при невозможности выпустить закрылки. В таких условиях спасение 40 пассажиров выглядит чудом не меньшим, чем недавнее удивительное приземление лайнера на подмосковное кукурузное поле. Но этот случай с А321 прогремел на весь мир, а тот, 30-летней давности, постарались забыть.
О последних минутах полета Ту-134 мы говорим с бортпроводницей Натальей БОБРОВСКИХ, выжившей в той катастрофе.
«Вообще-то в экипаже должна была лететь еще третья стюардесса, — вспоминает Наталья. — Но перед полетом она простудилась, и мы ушли в рейс вдвоем с Любой Мотыревой.
Когда салон затянуло дымом и стало ясно, что предстоит вынужденная посадка, стюардессы начали готовить для экстренной эвакуации надувной трап. Пассажирам предложили быстро надеть верхнюю одежду (температура на земле была минус 34, с порывами ветра 18-20 метров в секунду). Один из спасенных пассажиров вспоминал: «У сидевшей рядом женщины началась истерика, но голос Наташи, спокойный и уверенный, быстро погасил панику. Обе стюардессы были на ногах и действовали на автомате...»
«Я понимала ужас положения, но страх гнала от себя подальше, — вспоминает Наталья Петровна. — Делала все что положено. И верила, что пилоты справятся. Когда самолет на земле завертело, мелькнула мысль, что будет с моей дочуркой, Оксаной, если не вернусь».
Ее вытаскивали из-под обломков лайнера. Склонившийся над Натальей мужчина спросил: «Вы стюардесса?» Она пробормотала: «Кажется, да...»
Потом долго лечилась, хотела вернуться в небо, но медики были неумолимы: инвалидность. Зато дочь Оксана, окончив школу, пошла по маминым стопам и была зачислена в тот же авиаотряд бортпроводницей. Вот только неправда, что в одну воронку бомба дважды не попадает. 24 августа 2004 года в российском небе с интервалом в одну минуту были взорваны чеченскими террористками два авиалайнера: Ту-134А авиакомпании «Волга-Авиаэкспресс» и Ту-154Б-2 авиакомпании «Сибирь». На первом в числе 44 погибших была 32-летняя стюардесса Оксана Бобровских.
«Да, это я посоветовала дочери летать, — говорит Наталья Петровна. — Ей очень нравилась эта работа, она просто светилась, когда шла на рейс. После ее гибели я винила себя... Но надо было жить, ведь на руках у меня оставалась ее трехлетняя Валерия, моя внучка:»
«А знаете, — на прощание говорит мне Наталья Петровна, — на том поле вот уже 30 лет ничего не растет. Правда, сама я там не была — не тянет».
P.S. Общероссийская общественная организация «Содружество ветеранов гражданской авиации России» обратилась к губернатору Волгоградской области с просьбой ходатайствовать перед федеральным руководством о награждении членов экипажа Ту-134А правительственными наградами. Они своим высоким мастерством и мужеством это заслужили.
