20 последних лет неузнаваемо изменили не только страну, но и театральную публику. В то время как интеллигентный зритель обеднел и едва осиливал билеты на галерку, привилегированные места заняли нувориши, не имеющие понятия о правилах поведения в зале. Этот слом сравним лишь с революцией 1917 года, когда в театры пришли рабочие и солдаты, лузгавшие семечки на спектаклях. Только роль семечек в 1990-е играли банки от пива, гремевшие под ногами у зрителей Большого театра. Из-за этого одичания многие западные гастролеры до сих пор опасаются ехать к нам, а российские артисты при прочих равных предпочитают работать за рубежом.

«Труд» составил список типичных нарушений театрального ритуала и сравнил поведение нашей публики и зарубежной.

Опоздания

У нас. В постперестроечные годы традицию своевременного прихода в театр с шумом взломали так называемые новые русские. Появление широкоплечих бугаев с золотыми цепями на груди и под руку с красотками сомнительного вида действует на старушек-билетерш как взгляд удава на кролика — «випы» входят в партер и через полчаса, и через 40 минут после начала. Недавно во время гастролей санкт-петербургского Михайловского театра именно такая публика вваливалась с опозданием в партер Большого.

У них. В западных театрах, особенно в Германии и Австрии, представления начинаются точно по секундомеру. За 10 минут до начала все чинно сидят на своих местах. Опоздавшего, будь он хоть федеральный канцлер, попросят пройти на верхний ярус. Пробки на дорогах не считаются уважительной причиной для опоздания.

Звонки мобильных телефонов

У нас. Не проходит ни одного, даже самого престижного спектакля или концерта, чтобы где-то в тихий момент представления по ушам не ударил звонок мобильника. Пианист Денис Мацуев рассказывает историю, как один такой звонок прозвучал во время исполнения «Аппассионаты». Это так разозлило музыканта, что он решил «отомстить»: подхватил мотив звонка и начал на него импровизировать.

У них. На Западе звонки во время представления — редчайшая случайность. Притом что, как правило, нет и привычных нам объявлений дикторов о необходимости выключить телефоны. В Европе громкие звонки в принципе считаются признаком невоспитанности, вы их не услышите даже на улице.

Фотографирование

У нас. «Недавно был на концерте Маквалы Касрашвили, Анны Аглатовой и Семена Скигина в Камерном зале Дома музыки, — рассказывает музыковед Вадим Журавлев. — Мало того что одна тетечка полыхнула вспышкой прямо в лицо вокалистам, она посмотрела на экранчик, ей что-то в кадре не понравилось, и она тут же полыхнула еще раз». Блиц ослепляет артиста, лишая его возможности видеть ноты, и раздражает остальных зрителей.

У них. Во время концерта — никаких вспышек, но зато возможность сфотографироваться с артистом, а заодно взять автограф предусмотрена во многих западных театрах и залах. Например, в нью-йоркском Карнеги-холле после концерта артист садится за специальный столик в фойе и не уходит, пока не попозирует всем желающим и не подпишет все программки или специально продаваемые тут же его диски. То же самое — в Венской опере, где для этого предусмотрен небольшой холл у служебного входа.

Выход из зала во время представления

У нас. Недавно в Большом театре прошла серия спектаклей «Воццек». По рассказам очевидцев, зрители не только входили во время представления, но и постоянно выходили из зала. «Воццек» Альбана Берга — не самый легкий для восприятия спектакль, и возникли проблемы с заполнением зала. Распродать удалось по несколько десятков билетов на каждый из спектаклей, а на остальные места администрация заманивала бесплатными билетами практически людей с улицы. Услышав вместо сладкозвучных арий Кармен или Аиды колючую додекафонию, они дезертировали. Бегство невоспитанных зрителей — лишь часть айсберга проколов, совершенных Большим театром, который отучил нашу публику от современной оперы.

У них. На опере того же Альбана Берга «Лулу» в Китае громадный пятитысячный зал сидел как приклеенный. Это было во время гастролей нашего театра «Геликон-опера», свидетельствует музыковед Наталья Зимянина. Во всем мире, говорит театровед Вадим Гаевский, «Воццек» — один из кассовых спектаклей, наравне с «Травиатой».

Аплодисменты в неположенных местах

У нас. Когда в Пятой симфонии Чайковского дело подходит к коде, перед которой мощное тутти оркестра на несколько секунд обрывается, каждый раз невольно втягиваешь голову в плечи: сейчас какой-нибудь чайник зааплодирует, а за ним, подчиняясь стадному инстинкту, и еще ползала… Приход в филармонии неофитов, которые не знают музыку, заставил исполнителей поменять стиль игры. Теперь они стараются глотать паузы и поскорее двигаться дальше, чтобы не дать шанса невеждам испортить музыку. Валерий Гергиев придумал свой способ борьбы со злом: он даже в паузах между частями, где по филармонической традиции аплодисменты не положены, не опускает руки, чтобы публика видела — исполнение продолжается.

У них. Иногда аплодисменты между частями можно услышать в Америке, причем даже не в провинции, где большинство концертных залов находится при университетах, а в Нью-Йорке, где зритель весьма разношерстный. В Европе это исключено.

Правила

Из программки Далласского симфонического оркестра (США)

• 1. Не душитесь сильно: у многих аллергия на духи.
• 2. Разверните леденцы от кашля до концерта.
• 3. Убедитесь, что мобильные выключены, а украшения не бряцают.
• 4. Увертюра — часть концерта. Пожалуйста, не говорите с этого момента.
• 5. Вы не должны подпевать, мычать и отбивать такт любыми частями тела.
• 6. Дождитесь паузы, прежде чем копаться в сумке.

• 7. Пусть с парковки не выедешь и общественный транспорт переполнен, но уходить до конца концерта невежливо.        Прислала Екатерина Гаева