Государственный визит президента Казахстана в Россию на этой неделе прошел на демонстративно почетном уровне — с караулом из истребителей Су-35, гала-концертом в Большом театре и цветами флага республики на Останкинской башне. Не обошлось и без соответствующих моменту речей. Глава Казахстана Касым-Жомарт Токаев заметил, что «его визит подчеркивает ключевое место, которое РФ занимает в системе внешнеполитических приоритетов Астаны», назвал Россию «великой и братской». И услышал из уст Владимира Путина ответное приятное заверение: «Казахстан для России является союзником, добрым соседом и стратегическим партнером». Чего же в этом больше: дипломатической вежливости или отражения реальности?
Сначала цифры. Наш взаимный товарооборот за последние пять лет вырос почти на 50% — до 27,8 млрд долларов. Россия занимает более четверти внешнеторгового оборота Казахстана. Очевидно, что 28,8% в казахстанском импорте достались нам от СССР, в условиях мировой конкуренции эту долю тяжело удержать. Поэтому так важны выстраивание надежной логистики, упрощение формальностей, гарантии безопасности в нашей торговле и инвестициях. Стороны по всему спектру накопившихся проблем провели переговоры, по итогам которых одобрен солидный пакет межгосударственных документов и коммерческих контрактов.
Поскольку пропускная способность госграницы достигла 2,2 млн грузовиков в год, утверждены планы развития приграничных пунктов пропуска для автотранспорта. Транспортный коридор «Север — Юг» должен заработать с большей эффективностью.
Как отметил Владимир Путин, они совместно с президентом Токаевым подписали декларацию о переходе российско-казахстанских отношений на уровень всеобъемлющего стратегического партнерства и союзничества. Это по нынешним временам высокая планка, потому как цена любого проявления поддержки России на фоне давления Запада выросла. В документе закреплено, что Россия выступит партнером Казахстана в создании национальной атомной отрасли и исполнит обязательства в качестве лидера консорциума по строительству первой АЭС в республике. Но тут на полях этих соглашений возникает важная ремарка. Не мы одни хотим вкладываться в стратегические отрасли Казахстана. Американцы тоже готовы строить там АЭС, добывать уран, они открывают в республике университеты, проводят Starlink, налаживают цифровые платежи, локализуют производство сельхозтехники и транспорта. Причем речь идет не только о намерениях, но и о реальных шагах по претворению этих планов в жизнь.
Незадолго до визита Токаева в Москву президент США организовал 6 ноября пышную встречу в Белом доме лидеров Казахстана, Киргизии, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана в рамках формата «США — Центральная Азия» (C5+1). Собственно, встречи проводились с 2015 года, но на уровне глав МИД. По данным Reuters, одной из предпосылок повышения уровня формата стала возрастающая конкуренция за минеральные ресурсы Центральной Азии, которые нужны американскому ВПК больше, чем нефть и газ. Впрочем, стратегическое положение азиатской «пятерки» — соседей РФ и КНР — также манит американцев.
На этот раз организаторы встречи в Вашингтоне обошлись без громких коммюнике, переведя фокус на двусторонние отношения. Наиболее значимые в финансовом выражении сделки подписали с американцами Казахстан и Узбекистан. Поскольку повестку в этом регионе традиционно определяли Россия и Китай, то Госдепартамент США годами вел кропотливую работу, и, похоже, пришло время пожинать плоды. Дональд Трамп со свойственной ему прямотой на ужине с гостями из постсоветской Азии заявил, что редкоземельные металлы — один из ключевых вопросов повестки. Американцы знают, что Казахстан добивается вывода из-под санкций против «ЛУКОЙЛа» нефтяного месторождения Карачаганак, но Минфин США не торопится давать лицензию.
Страны Центральной Азии богаты ураном, золотом, цветными металлами, а Казахстан еще и углеводородами, которые оставались нетронутыми со времен СССР. Узбекистан занимает 7-е место в мире по добыче золота, а также входит в топ-5 мировых лидеров по производству урана, поставки которого для США крайне важны. Теперь Трамп сможет осмотреть концессии лично, так как по итогам переговоров Шавкат Мирзиеев пригласил хозяина Белого дома в гости. А тот, не откладывая, отрапортовал в соцсетях о «потрясающей сделке между США и Узбекистаном».
Казахстанская делегация заключила 29 соглашений с американскими компаниями на сумму свыше 17 млрд долларов, охватывающих ключевые сферы энергетики, цифровизации, промышленности, образования и инноваций. Это новый этап укрепления стратегического партнерства между Казахстаном и США. Так, Air Astana и Boeing подписали соглашение о намерениях поставить 18 новых широкофюзеляжных лайнеров. А наши МС-21, которые никак не поднимутся в международное небо, пока не рассматриваются для пополнения парка.
То есть американцы слова о «стратегическом партнерстве» наполняют делами и большими деньгами. Для успеха своего похода в Центральную Азию Трамп выбрал две ключевые региональные державы и решительно исключил из переговорной позиции на саммите 5+1 идеологические подходы, чем грешил Госдепартамент при Джо Байдене. Расчет понятен: если за 10 лет взаимные инвестиции превысят 100 млрд долларов, то из этой золотой упряжи не вырвется ни один степной рысак, как бы он ни бил копытом и ни раздувал ноздри.
А для гарантий необратимости контракта американцы попросили, как водится, пройти небольшой тест на лояльность. Ценой, которую Астана сочла для себя приемлемой, стало присоединение республики к спорным Авраамическим соглашениям. Спросите, с чем это соглашение едят? При посредничестве и по сценарию США между Израилем и тремя арабскими странами — Бахрейном, Марокко, ОАЭ — был заключен договор об установлении дипотношений. В 2021 году к этому пакту присоединились Египет и Судан.
Теперь вот Казахстан первым из постсоветских государств присоединился к внедряемой Белым домом системе сдержек и противовесов на Ближнем Востоке, которая может при обострении потребовать от ее участников выступить единым фронтом против «непокорных игроков» региона — прежде всего Ирана и его союзников.
Да, что бы там ни говорили, а восток — дело тонкое...
