Он составляет 850 слов, что почти в 1,5 раза меньше установленного ранее. Тестировать приезжих обещано в ведущих вузах страны.
Алексей Мальцев, аспирант
— В «12 стульях» Эллочка, помнится, обходилась и 30 словами. Хорошо, что в нашем случае решили пойти дальше. Но сама идея такого экзамена выглядит несколько комично. Не для того в Россию привлекают дешевую и низкоквалифицированную рабочую силу, чтобы обучать гастарбайтеров языкам и хорошим манерам.
Константин Крылов, публицист
— Для того чтобы узнать, который час, хватит и двух слов. Для разговоров о поэзии XIX века может не хватить и 10 тысяч. Проблема мигрантов не только и не столько в языковом барьере. От того, что грабитель процитирует Пушкина, никому легче не станет. Дело совсем в другом. Необходимо четко сбалансировать число мигрантов, сферы экономики, где без них действительно не обойтись. Если государство сумеет это сделать, то остальные проблемы, в том числе и лингвистические, решатся сами.
Анатолий Баранов, Завотделом экспериментальной лексикографии института русского языка РАН
— Если речь идет о людях, совершающих простые физические действия, то 850 слов вполне достаточно. Однако в сфере обслуживания желательно иметь запас побогаче. Многие приезжие работают и кассирами, и официантами, и сантехниками. Думаю, оптимальный минимум составляет 2 тысячи слов. Способность к пополнению словарного запаса мигранта зависит от многих факторов: возраста, частоты общения с иностранцами, особенностей родного языка. Китайцу сложнее выучить русский, чем европейцу. И еще: никакие проверки и экзамены не помогут без предварительного обучения мигрантов. А с этим туман.
Михаил Ремизов, президент Института национальной стратегии
— Государство хочет стабилизировать ситуацию с мигрантами, улучшить качество въезжающих в страну. Здесь важен лингвистический момент, но играет он все же второстепенную роль. В первую очередь надо установить качественный контроль за южными рубежами России и ввести визовый режим со многими странами Средней Азии.
Михаил Леонтьев, тележурналист
— С одной стороны, все это смешно и похоже на фарс. Но с другой — у нас уже есть опыт. Так, кафедра русского языка в одном педвузе обучала студентов из Средней Азии армейским командам. Молодые люди шли в армию «во всеоружии», а после службы оказывалось, что их словарный запас существенно обогащался. Но посмотрим на проблему серьезно. Попытки создать некие словарные минимумы есть следствие чудовищной задачи. Государство завозит рабскую трудовую силу, а раба нужно учить изъясняться с хозяином. Наличие подобных языковых программ напоминает попытки американских плантаторов из южных Штатов обосновать экономическую целесообразность рабства.
