Труд: АЛЕКСАНДР ШИЛОВ: АВАНГАРДИСТ НЕ ЗАСТАВИТ ВАС ПЛАКАТЬ

Главная Жизнь 01:01 15 Июля 2000 128

АЛЕКСАНДР ШИЛОВ: АВАНГАРДИСТ НЕ ЗАСТАВИТ ВАС ПЛАКАТЬ

Он работает фанатично. Знает только один, главный способ жить - труд. Это лекарство помогало, когда разбивался (дважды) семейный корабль. Помогло оно в самом страшном испытании - пережить смерть любимой дочери. Ей было лишь 15. Он не верит в загробную жиз

Сергей Бирюков

Напечатать

- Именно государственная, созданная три года назад по постановлениям Госдумы России и московского правительства. А не моя личная - вопреки утверждениям некоторых СМИ. Хотел бы особо подчеркнуть это в вашей уважаемой газете, которую читают миллионы россиян, и я в их числе...
...Мы встретились с Александром Максовичем в галерее накануне открытия здесь выставки новых его дарений - это происходит каждый год, так что теперь в уникальном "монографическом" музее находится более 600 работ Шилова. Ведя меня по гулким, еще не заполненным публикой залам, художник показал прекрасный "Натюрморт с головой Иоанна Крестителя", создающий полную иллюзию реальности старинного деревянного резного изображения, ненадолго остановился у небольшого пейзажа "Осень. Уборы". Но все время его тянуло к крупному поясному портрету: пожилой человек в официальном костюме со спокойным вниманием смотрит на зрителя. Отчего-то этот взгляд утешает и греет.
- Это Григорий Абрамович Анохин. Великолепный адвокат старой школы. Фронтовик, воевал под Сталинградом, дважды контужен. В 19 лет командовал танком. И до сих пор работает, помогает людям. Мы знакомы более 20 лет, я очень полюбил этого человека. Истинный герой, настоящий мужчина. Это вообще уникальное поколение - победители. Преклоняюсь перед ними. Сейчас продолжаю серию, посвященную фронтовикам, пишу портрет летчика, дважды Героя Советского Союза Василия Борисовича Емельяненко... Художник вообще обязан любить своих персонажей. Даже отрицательных. Каждый из них дорог ему как модель, как неповторимая личность, как творение природы. Без этой любви, сочувствия, сострадания можно пересчитать все морщинки на лице у старушки, но зритель останется холоден.
- Ваши лучшие работы не оставляют зрителя холодным - знаю по себе. И все же между отдельными полотнами чувствуется, так сказать, разница в напряжении. Где-то больше душевной теплоты, где-то преобладает парадность...
- Конечно, ведь я не могу совершенно одинаково относиться ко всем, с кого пишу портрет. Да и энергетика у каждого своя. Бывают такие лица, что западают в душу на всю жизнь. Много лет назад я встретил одного юношу - он шел по улице в джинсовом костюме, но это был вылитый Христос. Не могу забыть его до сих пор.
- Вы его написали?
- Нет. По памяти не работаю. Только с натуры.
- А как же портреты дочери? Ведь это по-прежнему одна из основных тем вашего творчества.
- Тут другое. Мне трудно об этом говорить. Маша не в памяти - она в сердце, в плоти, в крови моей.
- Наверное, подспорьем могла бы служить фотография?
- Я ею никогда не пользовался и не буду. С одной стороны, в хорошей фотографии больше искусства (отбор сюжета, композиция), чем в иной живописи. С другой - фото сковывает. Мне нужно общаться с живым человеком. Без этого и ногтя не напишу.
- А вот популярный ныне Никас Сафронов открыто признает, что портрет Путина делал по фотографии. Зато как оперативно: не успели Владимира Владимировича избрать президентом, а портретист уж тут как тут с готовой вещью.
- Это его дело, как именно работать. Хотя, откровенно говоря, ему нужно еще очень много учиться, чтобы писать людей. Сейчас так, к сожалению, часто бывает: вместо того, чтобы кропотливо овладевать мастерством, человек берет в руки кисть и пририсовывает Джоконде усы или сажает на лицо четыре глаза...
- Вспомнился Пушкин: "Мне не смешно, когда маляр негодный мне пачкает Мадонну Рафаэля..." Александр Сергеевич, оказывается, и тут выступил пророком, предугадав, что случится в арт-бизнесе лет через 150. Кстати, тот же Никас, помнится, начинал карьеру с весьма сомнительного трюкачества: устраивал публичные сеансы, во время которых малевал лики Ленина, Маркса на интимных местах у обнаженных женщин, используя естественную растительность в качестве имитации бород "основоположников"...
- Ну да, главное - обратить на себя внимание, шокировать. Неважно чем, но создать имя. А имя - это деньги. Но разве это - конечная цель истинного художника? Левитан в молодости буквально нищенствовал, скитался с чердака на чердак. Только к концу жизни разбогател (а всей-то жизни - 39 лет). Зато приобрел огромный опыт и величайшее умение. Стал тем, кем стал. Это путь подлинного мастера. В искусстве происходит естественный отбор, его выдерживают лишь самые талантливые, упорные и - очень важное для художника качество - честные.
К несчастью, понятия чести, достоинства в наш трагичный век попраны - и в жизни, и в искусстве. Произошло размывание критериев. Их специально размыли те, кто в мутной водице ловят свою рыбку. Если публика одурачена, ей легче подсунуть дрянь. Посмотрите, как проводятся аукционы. Еще Верещагин в начале века, побывав в Америке, с возмущением описал эту механику, она и сейчас применяется на каком-нибудь Кристи или Сотбисе. Скажем, объявляют цену Левитана - 200 тысяч долларов. А Ван Гога или Сезанна оценивают в 50 миллионов. Хотя эти двое подметки Левитана не стоят. Для чего это делается? Чтобы создать у людей впечатление, будто реализм - искусство второго сорта, и продавать им каракули (а себе, между прочим, тихонечко приобрести того же Левитана). Старая сказка о голом короле. Уличные рисовальщики на Арбате и то честнее... Как-то в Арабских Эмиратах на моей выставке появились местные шейхи и сказали: любую сумму заплатим за ваши картины - только пусть она будет проставлена в каталоге. Их не живопись интересует, а объявленная стоимость. Она для них - гарантия капитала. Положат вещь в сейф, как деньги на сберкнижку, проценты начнут расти.
- Итак, вы, модный художник, за чьи работы люди готовы отдавать очень большие деньги, - противник коммерческого подхода к искусству?
- Я не против денег как таковых. Мне ведь и самому нужно платить - за краски, холсты, мастерскую. Естественно, работаю на заказ. Но это - один процент того, что делаю. Все остальное пишу исключительно по зову души. Некоторые работы оставляю себе, кое-что дарю друзьям. Подавляющая же часть - здесь, в галерее. Ну а насчет "модный"... Модны всяческие уловки, вроде усов на Джоконде. Настоящее искусство в них не нуждается. Подчеркиваю - это моя точка зрения, с ней и умру. Конечно, вкусы у людей разные. Вполне допускаю, что кому-то действительно нравятся Пикассо или Кандинский - пусть они смотрят их картины на здоровье. Но обеспечьте равенство возможностей! Ведь сейчас в прессе нельзя слова дурного сказать об авангарде - сразу запишут в ретрограды. А ругать Рафаэля и других великих классиков, наоборот, стало чуть ли не правилом "хорошего тона".
- Может, это реакция на десятилетия гонений, когда об авангарде нельзя было сказать хорошего слова?
- Бросьте. О гонениях больше всего кричали те, кто делал из этого рекламу. Та же пресловутая "двадцатка", чью выставку разнесли бульдозером. Да они молиться должны на этот бульдозер, иначе кто бы о них знал. Таким как хлеб нужны скандал, сенсация. Ради этого готовы и родину бросить (причем обязательно с шумом), потом вернуться (тоже с шумом)... Для того, кто называет себя художником, есть два пути: вот такой скандальный, никудышный, позорный - и путь истинного наставника душ человеческих. Второй неизмеримо труднее, но именно такое искусство остается в веках. Как говорил Леонардо да Винчи, чем ближе художник к природе в своем произведении, тем оно искуснее и тем дольше будет жить... Художник ответствен перед будущим. О целых народах и эпохах судят по искусству, которое они оставили человечеству. Это заблуждение, будто оценить творчество мастера может только искушенный знаток. Посмотрите на какую-нибудь старушку, пришедшую в музей. У нее, может, и образования особого нет, но она безошибочно определит, где настоящий шедевр. Люди стоят у полотен Рафаэля, Веласкеса, Репина и плачут. Авангардисты не заставят их плакать.
Между прочим, есть интересный обычай у американцев. Когда президент уходит в отставку, он имеет право быть написанным (со всей своей семьей) одним из лучших портретистов. Живая история страны, запечатленная на холсте! Так вот: ни один президент не захотел, чтобы его изобразил авангардист.
- Ну у власти всегда было особое отношение к искусству. Для правителя естественно поощрять солидные, академические формы - то, что свидетельствует об устойчивости державы, ее могуществе...
- А что тут плохого? Именно потому что были меценаты, нам осталось в наследство великое искусство. Причем подчеркну - просвещенные меценаты. Высоко образованные. Оттого ни в XVIII, ни в XIX, ни в каком другом из предшествующих веков не было и не могло быть мазилок. Оттого Третьяков смог собрать свою коллекцию - он сам был обучен рисовать и понимал, где настоящая вещь, а где - шарлатанство. Ну а главный меценат - конечно же, государство. Я возлагаю большие надежды на Путина. Он образован, интеллигентен. Искусство для него - не пустой звук. При такой занятости, при таком грузе проблем у него находится время для театра, музыки. И потом, он офицер, а я еще не встречал ни одного офицера (их очень много в галерею приходит), который не ценил бы в искусстве реализм.
Сейчас очень важно помочь нашему народу вспомнить, что у него за плечами великий культурный опыт. Мы еще по инерции сохраняем в мире ведущие позиции во всех областях искусства. У нас в музыке, балете живописи есть то, что на Западе во многом утрачено, - школа. Нельзя дать ей погибнуть. Слава Богу, кажется, начался (хоть и с огромными трудностями) процесс возрождения традиций. Вслед за эпохой разрушения святынь наступила пора их восстановления. Вновь воздвигнутый храм Христа Спасителя - настоящий символ времени.
- Кстати, вы не пробовали силы в церковной росписи?
- Еще до Суриковского института, когда работал грузчиком на мебельной фабрике, меня один художник-богомаз взял расписывать подмосковную церковь. Он считал, что мой стиль подходит для этого. Потом художник умер, и я, уже будучи студентом, заменил его. Что, кстати, очень помогло и в материальном плане: я жил на этот заработок, стипендия-то мизерная - 28 рублей.
- С тех пор в храм работать не звали?
- Приглашения постоянно поступают, но, как я вам уже говорил, люблю писать с натуры. И главное - теперь есть вот эта галерея. Сюда потоком идут люди, директор Анатолий Иванович не даст соврать - по полтора-два часа готовы стоять под дождем и снегом, чтобы попасть. Многих пускаем бесплатно - молодежь, солдат, пенсионеров, инвалидов... Считайте, что это мой вклад в дело приобщения людей к реалистическому искусству. Да вы книгу отзывов почитайте. Ей-богу, поинтереснее иного искусствоведческого журнала. А главное - искренней.
Александр Максович протянул мне толстую книгу. Я нашел в ней автографы многих знаменитостей. Но, пожалуй, не меньшее впечатление произвели слова простых людей.
"Ваши картины - это волшебный сказочный мир. Творите эту сказку и дальше. Крепкого здоровья и счастья. 27.10.99".
"Спасибо за красоту. Здорово вы работаете белой краской. Очень много света в ваших картинах".

Напечатать

Жизнь 00:05 / 24 Апреля 2026 13046

Миллионерша из трущоб

Автор этой статье на собственном опыте убедилась, как утомительно быть богатой

Надежда Арабкина, спецкор «Труда»

Труд

Я открыла меню и крепко задумалась, стала считать нули. Так и есть, даже обычный капучино здесь тянет на 400 рублей. Вздохнув, заказала. А что делать, если деловую встречу мне назначили в одном из самых...