Супруги Агеевы понесут наказание за истязание над приемным сыном Глебом. Суд города Видное признал чету Агеевых виновными в умышленном причинении вреда здоровью мальчика и ненадлежащем исполнении обязанностей по его воспитанию, передает «Интерфакс». На преступление приемных родителей, по мнению суда, подтолкнула неприязнь к ребенку. Приговор, правда, оказался не строгим. Мать получила за насилие над ребенком к 1,8 года исправительных работ, отца невыполнение родительских обязанностей к 9 месяца исправительных работ.
Всеобщее внимание семья Агеевых в марте 2009 года, когда
После того как Глеб пришел в себя, и был переведен из реанимации в хирургию, мальчик рассказал, что его избила раскаленным чайником мама. С просьбой проверить версию родителей о падении ребенка с лестницы врачи клиники обратились в местное ОВД.
Сотрудники правопорядка 26 марта возбудили дело в отношении незадачливых родителей. Лариса Агеева обвинялась по статьям 156 УК РФ (неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего), 115 УК РФ (умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью) и 117 УК РФ (истязание). Ее супругу Антону Агееву вменялись только преступные действия по статье 156 УК РФ, передает РАПСИ.
Гособвинение требовало для Ларисы Агеевой 3,5 года лишения свободы, ее мужа Антона предлагалось приговорить к 9 месяца исправительных работ. Тем не менее, суд посчитал предложенное наказание чрезмерным и приговорил родителей к более мягким срокам.
Даже в зале суда Лариса Агеева не признала вины. «Своего сына Глеба я не обливала, не избивала и жестоко не обращалась. Я была и есть для него любящая и заботливая мать. Я прошу суд оправдать меня», — передает «Интерфакс» речь приемной матери.
Необходимо отметить, что многие поверили убеждениям в невиновности Ларисы Агеевой. Так, ранее представители Русской православной церкви заявили, что верят в невиновность супругов Антона и Ларисы Агеевых.
«Я в очередной раз поражен бессовестностью тех людей, которые должны быть на страже закона. Все настолько цинично извращается. Как можно призывать к тому, чтобы человеку дали срок за то, что он не совершал?» — заявил ранее «Интерфаксу» глава синодального Отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями протоиерей Димитрий Смирнов.
«Я понимаю, что сейчас демографическая яма, многие детдома пустеют, а нужно детей продавать на Запад — это огромный бизнес, но не таким же способом, чтобы у непьющих, благопристойных родителей отнимать детей», — сказал собеседник агентства.
Эмоционально неустойчивая мать избивала ребенка
Москвичи Лариса и Антон Агеевы в мае 2008 года усыновили — Глеба, 2005 года рождения, и Полину, 2006 года рождения. Послу усыновления семья переехала жить в частный дом в поселок Коробово Ленинского района. Решением Преображенского районного суда Москвы от 17 июня 2009 года, вступившим в законную силу, усыновление супругами Агеевыми Глеба и Полины было отменено.
«Лариса Агеева, будучи эмоционально неустойчивой, вспыльчивой, раздражительной, стала испытывать неприязнь к усыновленному Глебу и жестоко с ним обращаться, систематически избивая его и подвергая его жизнь опасности. При этом Антон Агеев знал, что Глеб подвергается насилию, однако никаких мер к пресечению противоправных действий жены и оказанию помощи ребенку не предпринимал», — цитирует «РИА Новости» обвинительное заключение суда.
20 марта 2009 года обвиняемая в очередной раз избила приемного сына, говорится в материалах прокуратуры. Проведенная впоследствии
Глеб и Полина Агеевы проходили курс реабилитации в одном из специализированных оздоровительных детских учреждений Московской области.
Мальчик облился кипятком сам
В последнем слове приемная мать Глеба просила суд вынести оправдательный приговор и отрицала свою вину, передает «Интерфакс». По ее словам, в ходе судебного разбирательства прокуратура не провела анализ доказательств и «проигнорировала здравый смысл».
«Не было даже попытки придать вид объективности. Мы видим, что бездушная мясорубка рушит человеческие судьбы», — сказала она. «О чем можно говорить? Проведя столько судебных заседаний, опросив свидетелей, специалистов, гособвинитель продолжает утверждать, что мы якобы истязали ребенка. Разрушена наша семья, мы с мужем потеряли смысл жизни. Я прошу суд о справедливости, прошу шанс жить нормальной семьей», — добавила Агеева.
«Весь ужас ситуации в том, что нет никакой гарантии, что та ситуация, которая произошла с нами, не произойдет с другой семьей», — отметила подсудимая.
В том, что произошло в семье Агеевых, пыталось разобраться движение «Семья, любовь, отечество», сообщает «Интерфакс». Организация провела независимое расследование, по данным которого 20 марта 2009 года, со слов сестры Глеба — Полины, во время игры, доставая игрушку, завалившуюся под журнальный столик, мальчик зацепился за шнур стоявшего там электрочайника с горячей водой и опрокинул его на себя.
Как пояснил позднее сам Глеб, после этого он побежал по лестнице к родителям за помощью и упал. Родители, обнаружив Глеба со следами травмы, стали оказывать ему помощь: обработали ранки перекисью водорода и наложили повязку. Через некоторое время, обнаружив, что кровь из ранки продолжает сочиться, отец отвез сына в травмпункт. Там в оказании помощи Агеевым отказали на основании того, что время работы травмпункта закончилось, и направили их в ДГКБ 9 им. Сперанского. В приемном покое больницы медики уведомили отца, что обо всех случаях детского травматизма они должны сообщать в милицию.
«В эту же ночь по необъяснимой причине, не подтвержденной состоянием ребенка и планом последующего лечения, Глебу дали общий наркоз. В беспомощном состоянии неустановленными лицами мальчика фотографировали по правилам съемки трупа, поворачивая под разными углами и открывая шпателем рот», — цитирует «Интерфакс» утверждение представителя движения «Семья, любовь, отечество».
Между тем, уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов в недавнем интервью «РИА Новости» сообщал, что виделся с Глебом и Полиной и сделал вывод, что ребята очень привязаны к своим родителям и хотят вернуться в семью.
«В этой истории можно говорить о том было или не было, а можно говорить о сегодняшней ситуации. Я был у Глеба и Полины меньше месяца назад. Дети выросли, совершенно изменились. Привязанность, которую демонстрируют дети к родителям, впечатляет. Было или не было — установит суд, но сейчас дети хотят к родителям», — сообщил Павел Астахов.
