Национальный проект роста экономики до 4,5% в год может высвободить с рынка от 6 до 10 млн занятых, подсчитали специалисты ЦМАКП и Высшей школы экономики. Но для этого нужна высокая производительность труда, сегодняшний её показатель крайне низок и маскирует скрытую безработицу. Эти выводы прозвучали на сессиях ХХ Апрельской конференции ВШЭ.
Остаться без должности рискуют в первую очередь специалисты среднего звена. Сокращения затронут банковских служащих и ответственных за документооборот. А по планам Минфина, к 2020 году с госслужбы уйдут 5% сотрудников, в 2021 её покинут ещё 10%.
За рост приходится платить
В феврале Минтруд предсказал сокращение всего 115,7 тыс. человек, это скромный и оптимистичный показатель. Самый высокий риск потерять работу у автомобилестроителей (25,8 тыс. человек), на втором месте идут транспортники (23,4 тыс. человек) и, наконец, сотрудники банковской сферы (15,4 тыс. человек).
В Минэкономразвития уверены, что безработица в текущем году сохранится на уровне прошлого года и составит 3,6 миллионов человек.
Специалисты ВШЭ и ЦМАКП не разделяют оптимизма чиновников. Ускорение ВВП до 4,5% ежегодно при дефиците трудоспособного населения возможно только при увеличении производительности труда до 5,5% в год, и за счёт несырьевых отраслей, говорят эксперты. Но параллельно рынок потеряет миллионы занятых, однако поднимутся заработные платы, а с ними и потребительский спрос.
Экономисты ЦМАКП рассмотрели несколько вариантов появления массовой безработицы. Первый – двукратный рост производительности труда в несырьевых отраслях. В 2015-2017 годах в среднем он составлял 40 тысяч долларов на человека в год. В Италии для сравнения – 83 тысячи долларов. Столкнись Россия с аналогичной цифрой, работы лишатся занятые в торговле, образовании, обрабатывающей сфере, здравоохранении, транспорте и строительстве.
Второй риск безработицы связан с цифровизацией. Она подстегнет производительность труда хотя бы и в три раза, но это приведёт к «неприемлемому по масштабам высвобождению занятых», цитирует «КомменсантЪ» специалистов ЦМАКП. Лекарство – направить рост производительности труда на вытеснение импорта и на внешние рынки.
Эксперты ВШЭ, в свою очередь, указали на отсутствие в национальных проектах мер по компенсации возможной безработицы. Если «повышение производительности труда будет сопровождаться высвобождением работников, которые смогут трудоустроиться только на неформальном рынке труда, несмотря на рост заработной платы у оставшихся на предприятии сотрудников, совокупный эффект приведет к росту бедности и снижению доходов», отмечается в докладе «Национальные цели социального развития: вызовы и решения».
Власти упускают связь между модернизацией и социальной адаптацией, предупреждает глава ЦМАКП Дмитрий Белоусов. Рост экономики не даст ожидаемой модернизации, если не занять миллионы безработных. Плохая производительность труда сегодня сдерживается искусственно: это делается для сокрытия фактической безработицы, говорит Белоусов. Эксперт рассказал о том, как инвесторы из Германии однажды предложили экс-губернатору Аману Тулееву вложиться в модернизацию угольной отрасли, но чиновник отказался. Платой за эффективность могли бы стать 10 тысяч шахтёров, оказавшихся на улице.
ЦМАКП и ВШЭ допустили «школьную ошибку»
«Классическая ошибка считать, будто рост производительности труда или роботизация ведут к безработице, - рассказал порталу TRUD.RU директор ИГСО Борис Кагарлицкий. - При росте производительности труда резко дешевеет продукция, повышается спрос на неё и на рабочую силу. Любая автоматизация приводит к росту занятости». Кагарлицкий описал ситуацию на примере производства хот-догов. Так, при автоматизации производства сосисок и удешевлении продукта на него поднимется спрос. Но увеличится занятость в секторе производства булочек. Если роботизация затронет и его – вновь понадобятся производители сосисок, отмечает экономист. Занятость в банковской сфере в разы возросла после появления банкоматов, отметил Кагарлицкий.
При неизменном или низком спросе производительность труда не будет расти, и в этом случае наступает безработица. Примерно в таких условиях мы живём и сегодня: экономика стагнирует, признаков роста немного. В своё время западные производители оборудования предпочли нанимать китайцев вместо применения роботов: производительность труда упала, но предприниматели остались в выигрыше. Новая волна роботизации связана с удорожанием труда китайцев, говорит эксперт.
Куда деть неприкаянных?
Эксперты ЦМАКП перечислили способы решения проблем трудоустройства: недорогое жильё для теряющих работу, переобучение, поддержка малого бизнеса, экспорта и импортозамещения.
В последний раз ощутимая безработица была в кризисном 2008 году, тогда она составила 8%. Но высвобождения кадров на волне роста производительности труда в новинку для чиновников, и это повод подумать о путях выхода из ситуации. Пособия и переквалификация особенно эффективны для молодых работников из сфер услуг и торговли. Старшее поколение, потерявшее рабочие места в промышленности и соцсфере, рискует столкнуться с большими сложностями при поиске нового места.
Обеспечение роста и создание новых мест избавят от безработицы, уверен Кагарлицкий. При растущей экономике спрос на рабочую силу превышает предложение. И производительность труда здесь не причём. Правда, едва ли правительство поддержит рождение рабочих мест, стимулирует западающие сектора.
Переобучение не должно увязываться с безработицей напрямую: оно важно всегда, ведь технологии не стоят на месте, меняется и структура рынка.
Низкая безработица в России связана с низкими зарплатами и пособиями, задержкам выплат. В развитой стране при малейшей задержке оплаты труда предприниматель скорее предложит сотруднику уйти на пособие, пока не найдётся новая вакансия. Размер пособий позволяет не волноваться за кусок хлеба во время поиска работы.
