Выставку, открывшуюся в Музее современной истории, можно считать московской презентацией молодого, созданного шесть лет назад аукционного дома, поскольку предыдущие две экспозиции проходили в Британском посольстве и в Доме приемов МИД России на Спиридоновке. Да и длились они по два-три дня. Эта же продлится почти две недели — для предаукционных выставок очень большой срок. Организаторы объясняют свою возросшую активность тем, что на арт-рынке с начала 2010 года наблюдается устойчивое преодоление кризисного падения продаж, а с начала 2011 года этот рост особенно очевиден.

В отличие от своих «старших коллег» Sotheby’s и Christie’s, универсальных по интересам, MacDougall’s специализируется прежде всего на русском искусстве. Благо одна из основательниц Екатерина Макдугалл — россиянка по происхождению, представительница семьи, где уже в четвертом поколении коллекционируют искусство. Своей страстью ей удалось зажечь супруга, канадца Уильяма Макдугалла. И теперь, по данным, предоставленным торговым домом, объем его продаж русской живописи даже превышает таковой у Sotheby’s и Christie’s (25,8 млн. фунтов стерлингов в 2010 году против 23,8 и 19,5 соответственно). Правда, MacDougall’s не торгует декоративно-прикладным искусством — скажем, изделиями фирмы Фаберже, дающими «старым» аукционным домам многомиллионные выручки.

Понятно, что для столь ответственного показа, как нынешний, надо было найти что-то экстраординарное. Среди двух с половиной десятков полотен выставки это прежде всего «Портрет Ирины Кустодиевой» Бориса Кустодиева. Полотно — явный «ответ» на знаменитую «Девочку с персиками» Валентина Серова — художника, которого Кустодиев чрезвычайно ценил и считал за честь быть его продолжателем. Но дочь Кустодиева не сидит в закрытом помещении, как девочка Серова, а стоит у стола с фруктами на открытой веранде, за которой открывается редкий по теплоте и солнечности горный пейзаж — это швейцарский курорт Лейзен, где тогда лечился живописец. В картине настолько органично слиты три жанра — портрет, натюрморт и пейзаж, — что это делает ее совершенно уникальным произведением. Не зря Репин на выставке «Мира искусства» 1912 года сказал, глядя на «Портрет Ирины»: «Вот настоящая картина, а из остального — смотреть не на что…»

Кустодиев обожал дочь и писал ее буквально каждый день. Сейчас практически все известные портреты Ирины находятся в российских музеях — кроме этого полотна, что объясняется его почти детективной историей. Картина была направлена на крупную «Балтийскую выставку» 1914 года в Швецию, откуда из-за мировой войны и революции в Россию не вернулась, а усилиями Игоря Грабаря отправилась в Америку в турне по стране, в ходе которого вместе с другими русскими полотнами выставлялась на аукционах и в конце концов осела в одном из частных собраний, где ее и нашли теперь, так что нынешний показ картины в России происходит через 99 лет после первого.

Другим топ-лотом устроители считают пейзаж Николая Рериха «Баралача», который до сих пор в России вообще не демонстрировался, поскольку написан художником в 1944 году в эмиграции и подарен им другу в память о совместных походах по изображенным здесь Гималайским горам.

Кроме того, гордостью экспозиции является пейзаж Мартироса Сарьяна «Улица кавказского города» — одна из пяти чудом уцелевших картин парижского периода (1926–1928): почти все они сгорели при пожаре на пароходе во время возвращения художника на родину, и лишь эти несколько полотен, отобранных Сарьяном для продажи, были оставлены им у парижских друзей, попав затем в разные коллекции. Эту работу внучка Сарьяна отыскала в Новой Зеландии и сейчас хочет купить на аукционе для музея своего деда в Ереване.

Несомненно, привлекут внимание зрителя «Палата царя Берендея» Николая Рериха, жанровая сцена из итальянской жизни «Новый браслет» Генриха Семирадского… Иными словами, представлены работы на все вкусы аукционной публики — от любителей классики («Сосновый лес» Ивана Шишкина) до утонченных ценителей примитива («Пастух в бурке на красном фоне» Нико Пиросмани).

Для тех же, кому цены в сотни тысяч фунтов не по карману, — коллекция не менее мастерских, но в десятки раз более дешевых графических работ того же Кустодиева и его современников. Правда, их в Москву не привезли — очевидно, предлагая желающим увидеть вещи в натуре ехать прямо в Лондон на торги, которые пройдут в начале июня. MacdouGall’s гордится тем, что первым среди лондонских аукционистов начал специализированные торги русской графикой, и соблазняет публику ценами всего в несколько тысяч фунтов за работы великих Бенуа, Добужинского и им подобных. Очевидно, тут некий стратегический расчет — расшевелить этот пока еще не очень активный сегмент арт-рынка, и тогда через несколько лет цены на них взлетят в разы.