Редкой на наших подмостках сказочной оперой «Гензель и Гретель» открыл свой сезон самый новый и самый необычный московский музыкальный театр «Русская опера». Корреспондент «Труда» побывал на спектакле.
Удивительно, но «Русская опера» — первый театр в России, решившийся поставить «Гензеля и Гретель» после почти столетнего забвения. Немецкий композитор Энгельберт Гумпердинк (не путать с английским эстрадным певцом Хампердинком, взявшим псевдоним в честь композитора) впервые представил свою оперу по сказке «Пряничный домик» братьев Гримм в 1893 году, и в первый же год существования чудесная рождественская сказка для детей и взрослых покорила Германию — ее поставили в 17 различных театрах. В России кроме императорских театров ее брала в репертуар знаменитая частная опера Саввы Мамонтова, причем делавший декорации Михаил Врубель именно на репетициях этого спектакля сблизился с исполнительницей главной сопрановой партии Надеждой Забелой, которая — вполне в духе доброй сказки! — вскоре стала его женой.
.jpg)
Во всем мире «Гензель и Гретель» — такая же обязательная часть рождественского репертуара, как балет «Щелкунчик» Чайковского. Опере дали высокую оценку великие современники — композиторы Рихард Штраус и Густав Малер. Ею дирижировали такие эпохальные дирижеры, как Герберт фон Караян и Джордж Шолти, главные партии пели не менее знаменитые певцы Дитрих
Но в России «Гензелю…» не повезло — с началом Первой мировой войны в стране поднялась националистическая антинемецкая кампания (кстати, именно тогда Петербург переименовали в Петроград), и произведение германского композитора, о войне никогда не помышлявшего, запретили. А после революции его восстановлению помешала сильная религиозная христианская линия в сюжете.
«Русская опера» взялась за непростую задачу. При всей бесхитростности либретто (голодные дети съели ягоды для рождественского пирога, и рассердившаяся мать послала их искать новые ягоды в лес, где они чуть не попали на обед к ведьме из пряничного домика, но с Божьей помощью и благодаря своей сообразительности спаслись), при всей ясности музыкального языка это все же типично немецкая, очень изощренная партитура, для исполнения которой требуется вжиться в непривычную для большинства наших артистов вокальную и оркестровую культуру.
Не будем лукавить — сил у оркестра на такую музыку маловато. С другой стороны, ведь у театра нет своего оркестра, а выручать его каждый раз приезжает оркестровый коллектив Ивановского музыкального театра. Прикиньте: пять часов на автобусе из Иваново, потом два с лишним часа на сцене и пять часов по ночной дороге обратно. Условия не слишком комфортные. С другой стороны, это хорошая практика. А дирижер Николай Хондзинский порой творит просто чудеса: скромный ансамбль под его управлением в
На сцене довольно много персонажей, но ведут спектакль, по сути, двое актеров. Это отличное
Не все додумано в режиссуре — например, создается впечатление, что постановщики (художественный руководитель спектакля Михаил Кисляров и режиссер Ольга Аристова) не знают, что делать с героями во время длинных оркестровых проигрышей, и заставляют их подолгу сидеть в неудобных позах с энтузиастически выпученными глазами. Не честнее ли было бы в этих местах просто дать занавес?
Но эти недостатки не очень смущают публику, в которой примерно половину составляет самая благодарная аудитория от 3 до 13 лет. Спектакль никогда не идет при полупустом зале, и это, пожалуй, самое главное его достоинство.
Александр Ведерников: «Мы вроде ярмарочного театра старых времен»
Великий бас Большого театра неожиданно для многих взялся стать художественным руководителем «Русской оперы». «Труд» узнал, что привлекло патриарха оперной сцены в молодой коллектив.
— Это ваша собственная инициатива или позвали?
— Немножко все случайно получилось, но я очень рад такой случайности.
— Что следующее будете ставить?
— Пока держим в секрете, но есть план, скоро узнаете. Для фонда это все тяжелее содержать, опера ведь — очень дорогая штука, не окупается. Мы сейчас ищем хозяина, который бы взял нас под крыло. Допустим, Московская область. Или Министерство культуры России… Но я пока
— В Москве столько оперных театров. Зачем еще один?
— Стране нужен именно такой передвижной театр. Ведь много городов, где оперных театров нет.
