Труд: Тили-тили-тестостерон

Одним из классических примеров мужской дружбы считаются Огарев и Герцен. Последний говорил, что они с Огаревым — «разрозненные тома одной поэмы». Джон Гамбург не снимает байопиков (может, и к лучшему — мог бы заставить героев обращаться друг к другу «Герци» и «Ога»), но его, автора сценариев к «Знакомству с родителями» и «Знакомству с Факерами», всегда интересовала встреча людей, которые оказываются разрозненными томами одной поэмы.

Торговец недвижимостью Питер (Пол Радд), милый тюфячок, занимается любовью со своей Зои шесть раз в неделю. Но Зои не хватает такого доказазательства, что её партнер — мужчина: она требует от Питера предъявить лучшего друга, который ещё и стал бы свидетелем на их свадьбе. Однако Питер с самого детства дружит только с девушками, и, если бы не предусмотрительно упомянутые в начале фильма шесть раз, можно было бы понять название фильма чересчур буквально, поскольку его основная линия — отношения скромного риелтора с Сидни (Джейсон Сигел), будто вышедшим из книг Алана Пиза, согласно которым мужчина — это существо, которое вечно щелкает пультом телевизора, разбрасывает носки и никогда не спрашивает дорогу.

Сидни почти сразу после знакомства сообщает, что он мужчина и у него много тестостерона, и в процессе общения будто делится им с Питером. И тот вспоминает, что когда-то изображал под звуки группы Rush игру на гитаре (девочки в этих случаях поют в расческу), и начинает ходить в походы и демонстрировать звериную ярость, вопя под мостом. Когда к зреющей дружбе примешиваются деньги и недовольство Зои, линия превращения тюфяка в чувака медленно угасает, и Гамбург поддерживает вянущий фильм шутками: «Твой лучший вечер за пять лет — тот, когда ты смотрел «Шоколад» с Джонни Деппом? Тебе должно быть стыдно!»

Главные герои Гамбурга не так уж и противоположны, и к тому же оба простодушны: для реальной дружбы это подходящая ситуация, но комедийной энергии в таком дуэте мало, и для повышения её уровня режиссер использует разные мужские типажи: ворчуна, карьериста, успешного гея, печального гея, футбольного фаната и дедушки, исполняюшего вторую шутку: «Мне 89 лет, какие у меня могут быть планы на неделю?»

В том, что мужчине легче посмеяться над своими чувствами, нежели признаться в них, уверены многие американские представители популярной психологии. Но в финале Гамбург эту идею все же опровергает. И хотя опровергает довольно смешно, за его юмором скрывается нежность к двум гетеросексуальным мужчинам, все-таки нашедшим друг друга в этой жизни, и комедия оборачивается жанром под названием «броманс», в котором чуваки любят друг друга, но не так, как Верлен и Рембо.