Труд: НАШЛИ КОТТА В МЕШКЕ

Главная Жизнь 01:01 18 Сентября 2001 206

НАШЛИ КОТТА В МЕШКЕ

Расставание было трогательным и слегка печальным. Собрались всем фестивалем (а это около 300 человек) у костра - прямо как в пионерском лагере. Пели песни, водили хороводы, шутили - порой, правда, сквозь слезы. Прощались, как будто навеки - так успели сдр

Павлючик Леонид

Напечатать

"Киношок" - фестиваль уникальный. Это заповедный остров, где раз в год можно встретить мастеров экрана (увы, подзабытых) со всего постсоветского пространства, увидеть кино, которое больше нигде не показывают. Реальность такова, что грузинские, литовские, армянские, узбекские фильмы на экранах Москвы, а тем более в российской провинции, сегодня не идут. И даже специалисты порой не знают, как там живет кино в бывших советских республиках. И живет ли оно вообще...
"Киношок" год за годом свидетельствует: живет. Хотя и очень трудно. Хотя и дико скудно. Всего одна картина снята за минувший год в Белоруссии. Опять-таки одна лента сделана в Украине. Несколько фильмов в год приходится на все страны Балтии. Переживает экономический и творческий кризис кинематограф Грузии. Еле-еле теплится киножизнь в Молдавии... И это - в некогда процветающих кинематографических державах! Что же говорить о более бедных государствах, где съемки короткометражного фильма - уже событие? И тем не менее отборщики "Киношока" с упорством старателей год за годом буквально по крупицам собирают программу, чтобы предъявить ее анапской публике, друг другу, кинематографическому миру.
В этом году в основном конкурсе было представлено 12 фильмов. Этого даже количественно мало, не говоря уже о качестве. Вот, например, белорусская картина "Поводырь" - типичная "мыльная опера" про слепую девушку, бедного студента и умную собаку, спрессованная, правда, в одну серию. Ее бы показывать простодушной публике где-нибудь на свежем воздухе, под массовые охи и ахи, но серьезный фестиваль, каким стремится быть "Киношок", тут явно ни при чем. Или возьмем узбекский фильм "Мама", рассказывающий трогательную историю про девочку, которая потеряла мать. Что и говорить, картина получилась добрая, трогательная, но никаких новых путей в искусстве она не открывает, стилевыми новациями не блещет. Самое место ей - где-нибудь на детском фестивале "Орленок", а отнюдь не на "взрослом" кинофоруме, который надо бы удивлять другими темами и проблемами. А вот еще казахский фильм "Десант". Это патетический рассказ о буднях десантно-штурмовой бригады, от которого за версту веет госзаказом тамошнего министерства вооруженных сил. О художественных особенностях ленты, о характерах героев говорить как-то не приходится. И тем не менее она тоже в конкурсе. Все это, разумеется, не от недомыслия отборщиков "Киношока", не от их лености, а от общей бедности нашего кинематографического ландшафта.
В этих условиях жюри было очень трудно сделать свой выбор. Мне он, увы, не показался безупречным. Лучшим фильмом на фестивале, на мой взгляд, был "Маймыл", что в переводе с киргизского означает "Обезьяна". Это горький и нежный, полный неповторимых подробностей рассказ о взрослении юной души, о томлении духа и плоти, которому подвержен всякий входящий в большую жизнь. Отдельные сцены фильма сделаны с такой проникновенной лиричностью, что заставляют вспомнить "Амаркорд" Феллини. Но по иронии судьбы "Маймыл" в эти же самые дни получил Гран-при кинотелефорума в Ялте. В итоге в Анапе решили киргизский фильм "прокатить", присудив лишь "утешительный" приз за лучший сценарий. А главная награда "Киношока" отошла картине эстонского режиссера Пеэтера Симма, потрясшего в начале 90-х драматичным фильмом "Что посеешь...". Наряду с "Покаянием" Абуладзе это был, как принято нынче говорить, "знаковый" фильм, с него тоже начиналась киноперестройка в кино. Потом о Симме долго ничего не было слышно, и вот он выплыл на "Киношоке" в новом качестве, предъявив публике комедию "Хорошие руки". В той ленте есть изящество, ирония, легкий стиль, особый прибалтийский юмор, есть хорошие актеры, в том числе Лембит Ульфсак, известный у нас как Тиль Уленшпигель в экранизации шедевра Шарля де Костера. Приятный для нас факт: герои фильма - латыши и эстонцы, испытывая трудности в межнациональном общении, то и дело переходят на русский язык. И не только бранятся на нем, как это было еще недавно в прибалтийском кино, но и объясняются в любви. И все же что-то в этой ленте меня настораживает, не дает ее принять до конца. Может, то, что главная героиня фильма - отъявленная, прожженная воровка, втягивающая вдобавок в свой опасный промысел маленького ребенка. И при этом она изображена авторами почему-то со всей мерой сочувствия и даже любования, на какие они только оказались способны. Помнится, Деточкин в фильме Эльдара Рязанова "Берегись автомобиля" тоже воровал, но, во-первых, только у "плохих дядей", а во-вторых, в финале он все-таки понес наказание по всей строгости закона. Прелестная воровка из фильма Симма не только изящно упорхнула из рук правосудия под аплодисменты зала, но и не удостоилась при этом даже легкого авторского порицания. Что ж, мораль нынче явно не в моде. Жаль, что это мнение разделяют такие "властители дум", как Андрей Битов, Роман Виктюк, Анатолий Васильев, Святослав Бэлза, заседавшие в фестивальном ареопаге...
Мне кажется, куда мудрее поступило жюри, отметив призом за режиссуру постановщика фильма "Ехали два шофера". Во-первых, режиссер Александр Котт, если можно так сказать, - воспитанник "Киношока", здесь он показывал свои первые короткометражки "Фотограф" и "Пугало", получал за них призы. И вот дорос до первой большой работы. Словом, нашли Котта в мешке. Во-вторых, его картина лишена модной нынче агрессии, злости по отношению к прошлому, она с юмором и нежностью, с многочисленными цитатами из советской киноклассики рассказывает историю любви юных шоферов Кольки и Райки. По сути, это экранизация известной шоферской баллады "Есть на Чуйском тракте дорога...". Действие ленты погружено в конец 40-х годов, правда, время обозначено в фильме крайне условно - как колоритный фон для любовного треугольника. Надо прямо сказать, что этой любовной коллизии явно не достает психологической глубины, тонких нюансировок, а молодым исполнителям Павлу Деревянко и Марине Рахмановой не хватает того человеческого и актерского шарма, каким обладали молодые Петр Алейников и Марина Ладынина. Но и при этих очевидных недочетах фильм трогает, цепляет и простодушного, и "высоколобого" зрителя, а кое у кого даже выдавливает прочувствованную слезу. Настоящую песню таланту молодого режиссера пропел на послесеансовой пресс-конференции Эльдар Рязанов, и эта похвала мэтра дорогого стоит.
Вообще надо признать, что юбилейный "Киношок" спасла именно молодежь. Программа короткометражек, составленная из дипломных, а то и курсовых работ ВГИКА, из крошечных фильмов национальных киностудий была значительно сильнее, интереснее того, что показывали в основном конкурсе. Небольшие фильмы "В чаще", "Санжыра", "Сколько стоит эта рыбка", "Чертенок", "Вальс", наконец, "Ты да я да мы с тобой" (приз жюри и приз критики) - обладают такой социальной зоркостью, образной энергией, творческой мощью, что впору говорить о "новой волне" в отечественном кино, которая вот-вот хлынет на экраны. Даст Бог, мы сможем это ощутить уже на следующем "Киношоке"...

Напечатать

Жизнь 00:01 / 10 Июня 2026 9891

«Не талант, не традиции, не школа - вода. Много воды!»

Эрнст предложил «Ленфильму» покинуть центр Петербурга

Ирина Смирнова

Труд

На завершившемся Петербургском международном экономическом форуме много чего было сказано яркого и судьбоносного, направленного не в будничную хмарь, а к сияющим горизонтам. Однако некоторые дерзкие идеи вызывают...