Евгений Михайлович Кожокин, представивший свою новую книгу «Синопсис Исаака Львовича», — поистине разносторонний человек. Начинал трудовой путь в 1971 году контролером ОТК на заводе и грузчиком на кожгалантерейной фабрике. А в начале 1990-х возглавлял подкомитеты по международным делам, безопасности и разведке в Верховном Совете РФ. Директор Российского института стратегических исследований, ректор Академии труда и социальных отношений: А сегодня Евгений Кожокин — профессор МГИМО, доктор исторических наук, режиссер документального кино и писатель.
— Евгений Михайлович, как же вы себя позиционируете — писателем, режиссером-документалистом или профессором?
— Просто человеком, который занимается тем, что ему интересно.
— А по профессии вы кто?
— Окончил исторический факультет МГУ, поэтому историк. Но меня все время уносило в разные области — то в политику, то в творчество. Работал в институтах Академии наук, опуб-ликовал еще в советское время две книги по французской истории. А в начале 90-х стал народным депутатом. Когда работал в РГГУ и был деканом факультета международных отношений, мне предложили возглавить там Центр визуальной антропологии.
— Необычное название.
— Формально Центр существует с прошлого года, хотя раньше он тоже был, просто назывался по-другому. Там производили эго-фильмы — развернутые интервью с учеными-гуманитариями. Уверен, что они могут быть востребованы студентами и вообще думающей пуб-ликой. Один из них мы выложили на нашей странице в VK и в MAX — про знаменитого антрополога и культуролога Вячеслава Всеволодовича Иванова.
В новом центре РГГУ мы намерены поработать над тем, чтобы у молодого поколения выработалась привычка смотреть «документалку» для профессионального роста. Это отличный источник знаний для тех же историков, социологов, регионоведов. Ну и хотим показывать наше документальное кино в других вузах и школах, проводить мастер-классы. И знакомить с нашей продукцией зарубежную аудиторию. Мою картину «Учитель немецкого» показали в Таджикистане, Киргизии, Казахстане. Документальный семисерийный фильм «Паисий Святогорец», который снимал наш сотрудник Александр Куприн, демонстрировали в Грузии. У нас в стране производится немало интересных документальных лент, но, увы, они не доходят до массового зрителя.
— Почему? В Европе зрители толпами ходят на фестивали документального кино...
— Одна из причин в том, что документальному кино очень трудно пробиться на телевидение. Большинство документалистов — энтузиасты, документалистикой невозможно заниматься ради заработка, денег там мало, и периодически оказываешься на мели. Но у документального кино есть великая гуманистическая миссия: воспроизводить облик не вымышленного, а живого, реального человека, хранить о нем память после его ухода. Против невидимой руки рынка должна действовать невидимая рука нравственности. Многие документалисты — жрецы этой почти забытой религии.
— Видела документальную ленту «Русские и грузины» 2016 года. Это был ваш первый фильм?
— Нет, все началось раньше. У меня была командировка в Югославию во время войны 1999 года. Белград, бомбежки, совершенно фантастическое поведение сербов, демонстрировавших массовое бесстрашие. Мы поддерживали их, и я очень хотел помочь сербам, но, когда вернулся в Москву, Евгений Примаков, который считал, что мы обязаны поддерживать сербов, уже проиграл Березовскому, и его влияние на международную политику стало минимальным. Те предложения, которые я начал выдвигать, не воспринимали. И тогда, чтобы показать ту ложь, которую продвигал Запад, я решил снять документальный фильм, показав один день обычной сербской семьи. Приехали в Сербию, потом в Косово, наснимали много интересного. Позвонил своей бывшей жене Лене Райской, она известный сценарист, и получился «Одинокий батальон». А позже уже были мои собственные режиссерские работы: «Русские и грузины», «Исмаил и его люди», «Учитель немецкого».
Так и пришел в документальное кино. Можно сказать, мечта сбылась.
