Труд: "МЕМУАРЫ? ТОЛЬКО ПОСЛЕ СМЕРТИ!"

Главная Жизнь 01:01 19 Октября 2007 155

"МЕМУАРЫ? ТОЛЬКО ПОСЛЕ СМЕРТИ!"

Алексей Герман, автор таких лент, как "Двадцать дней без войны", "Проверка на дорогах", "Хрусталев, машину!", ставших классикой мирового искусства, на встрече со студентами северной столицы обмолвился, что уходит из кино. В эксклюзивной беседе с корреспон

Безрукова Людмила

Напечатать

- Я не сказал, что ухожу из кино окончательно и бесповоротно. Я просто не решил, что именно буду снимать дальше, после того как сдам многолетнюю свою работу "Трудно быть Богом". Подобного со мной никогда еще не было. Всегда знал, что хочу и что буду снимать, если мне разрешат. И если я достану денег. Сейчас - не представляю.
- Может, это все от усталости?
- Вполне может быть. Я много лет не был в отпуске. Забыл уже, что такое отдых. Но в любом случае независимо от того, буду снимать или нет, готов помогать делать это другим. В частности, молодым иностранным режиссерам. У меня же своя маленькая студия. Остаюсь ее художественным руководителем. А иностранцы кто? Казахи, снимающие кино об отношениях с русскими, с Россией, украинцы... Молодым помогать мне в радость. Тем, прежде всего, для кого кино - творчество, а не способ заработка.
- Не представляю, как вы сможете не снимать. Это же ваша жизнь - кино!
- Да, жизнь. И отнимающий ее процесс... А мне, знаете ли, хотелось бы еще пожить. Без кино, может, дотяну годиков хотя бы до 72. А с кино... Я в самом деле не понимаю, что сейчас делать в этом виде искусства. Всегда чего-то хотел, подолгу вынашивал идеи. Теперь же... Вот я бы с удовольствием экранизировал, например, классику. Рассказы Чехова. Или что-нибудь из Льва Толстого. Но кому это все нужно?
- Но ваш коллега Владимир Бортко экранизирует как раз классику - Булгакова, Достоевского, а в данный момент - Гоголя...
- Он как-то ловко умеет это все делать. И деньги находить, и зрителю угодить. У меня так не получается. Очень удачная у Володи вещь "Собачье сердце". А вот большой сериал про "Мастера и Маргариту", на мой взгляд, сведен до уровня американского вестерна. Сложный Булгаков, мне кажется, слишком упрощен. То же самое с "Идиотом". Я работал в свое время с Георгием Товстоноговым. Видел почти идеального князя Мышкина в исполнении Иннокентия Смоктуновского. Плакал над ним! Вы, наверное, знаете, что Достоевский всех героев этой своей книги нарисовал на полях рукописи. И Мышкин у него внешне - урод. Это правильно. Что есть красота? И красота внешняя или внутренняя важна для человечества? Вот о чем размышляет писатель. Его "Идиот" - это вообще разговор почти про Бога. Я не хочу Володю ругать. Он сделал картину, которую смотрели все. Да, может быть, несколько упрощенно. А может, и правильно, что именно так, с учетом требований нынешнего зрителя. Посмотрят такой фильм и начнут читать книги. Но лично у меня перед глазами, повторю, "Идиот" Товстоногова со Смоктуновским в главной роли.
- После встречи со студентами, на которой вы сказали, что уйдете из кино, звонил вам кто-то из продюсеров? Или из Министерства культуры?
- Вы знаете, я почти сразу после той встречи уехал с женой (и соавтором почти всех киносценариев Светланой Кармалитой. - Л. Б.) в Финляндию, а оттуда в Будапешт, где проходили "круглые столы", посвященные моему фильму "Хрусталев, машину!" Возможно, кто-то звонил. И еще позвонит. Я ведь не нахожусь сейчас в положении человека, которому не дают работать, как это бывало в прежние годы. Но я и дорогой режиссер. Не в смысле зарплаты, а в смысле изготовления кинопродукции.
- Не пытались "выйти на президента"? Все-таки земляк, глядишь, и найдутся деньги на экранизацию любимой вами классики. Или инвестор какой вдруг объявится из числа толстосумов. Как это случилось с коллекцией русского искусства Ростроповича - Вишневской, купленной Усмановым и подаренной Константиновскому дворцу в Стрельне...
- Усманову, видимо, настойчиво посоветовали из Кремля сделать это. У меня, во всяком случае, такое ощущение. Я же лично виделся с Путиным всего один раз. С Анатолием Собчаком, его бывшим шефом по городской администрации, был знаком ближе.
- Так и дайте Владимиру Владимировичу знать! Хотя я понимаю, что это и не в ваших правилах, но ведь ради хорошего дела!
- Я когда-то просил денег у Бориса Николаевича Ельцина. В тот момент полным ходом шла работа над фильмом "Хрусталев, машину!" Деньги были на исходе. Тут эта встреча. Ельцин - большой, широкий - засунул меня под свой пиджак, сам заглядывает мне в глаза: "Россию любишь?" - "Люблю", - отвечаю. "Очень любишь?" - "Очень!" - "Ну и все". "Борис Николаевич, - говорю, пользуясь моментом, - нет денег, чтобы закончить картину". Пообещал. Но денег я тогда так и не получил.
- Несколько месяцев назад вы говорили о завершении многолетних съемок фильма по роману братьев Стругацких "Трудно быть Богом". Уже смонтировали его? Когда он появится на наших экранах?
- Да, фильм закончен. И почти смонтирован. Осталось, правда, одно очень хлопотное дело - озвучание. И добавить надо будет какие-то спецэффекты. Принадлежит фильм продюсерам - не мне. Поэтому ничего не могу сказать о том, когда он появится на экранах.
- Слышала, собираетесь изменить кино с литературой. Дают знать о себе гены отца - писателя Юрия Германа?
- Да, отец, наверное, был бы рад... У нас с женой есть несколько интересных сюжетов, почти детективных. Есть и опыт издания сценариев. Не так давно вышла наша совместная книжка, которая имела успех, в том числе у критиков. Есть уже и желающие издать то, что нами задумано.
- Я-то подумала, засядете за мемуары.
- Боже сохрани! Ни в коем случае, никаких мемуаров. Только после моей смерти пусть пишут, что хотят.
- Все-таки будет очень жаль, если вы действительно уйдете из кино! Раньше были в опале, из-за чего подолгу не снимали. Теперь свободны, но вновь проблемы с кинопроизводством, уже по другой причине.
- А я, знаете, не переживаю по этому поводу. Мне и в прежние годы было интересно жить, и сейчас.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13292

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...