Наступает момент, когда надо что-то круто изменить в своей вялотекущей жизни. И тогда человек берет рюкзак и пускается в путь по примеру Марко Поло. Правда, не всем такое по плечу. Но ведь и путешествие через жизнь, которое приходится совершать каждому, тоже своего рода кругосветка.
Тимур Кибиров «Генерал и его семья»
Давно прощающийся слезно и желчно с советским прошлым, искрометный поэт Кибиров с годами стал сентиментальным, консервативным и даже перешел на смиренную прозу. Сначала была короткая «хроника верной и счастливой любви» старушки с собакой («Лада, или Радость»). Теперь нечто, претендующее на семейный эпос, названо «историческим романом». По объему вполне соответствует заявке — более 600 страниц, по времени тоже вполне — от конца 1920-х до сегодняшнего дня, основные события случаются в середине 1970-х. В телегу жизни генерал-майора Василия Ивановича Бочажка впряжено многое. Тут и судьба кибировского отца Юрия Запоева — советского политработника, и хипповское хулиганство 70-х, и участь неблагодарного, не оправдавшего генеральских надежд сына, презирающего Софью Власьевну, то бишь советскую власть...
Сюжет прост как правда. К своему тоталитарному отцу-офицеру приезжает из Москвы дочь — знаток Серебряного века, вдобавок еще и беременная, «со всей этой, обобщенно говоря, Ахматовой и неведомо чьим бастардом во чреве». Рожает ему внука, после чего выскакивает замуж за солдата-еврея и требует разрешения на выезд в Израиль. Генерал скрепя сердце согласие дает, что стоит ему отставки...
Ощущение такое, что сюжет этот запоздал лет этак на 40. Речевых игр с самим собой, ироничных интонаций тут в избытке. Замысел романа давнишний, писался он долго и мучительно. Кибиров призывает читателя быть снисходительным: «Медленно и тяжко, со скрипом, с бесконечными остановками в чистом поле, но движется, движется к концу моя бедная книга». Финал открыт и подошел бы для оперы или моноспектакля под названием «Советский Союз»: «А время между тем уже сгущалось, набухало, вставало над нами, как та темная-претемная туча над снежным русским полем».
Близился закат империи и возвращение на родину наших эмигрантов...
Кирилл Смородин «537 дней без страховки»
В 29 лет бросить престижную работу в солидной питерской компании и, подхватив рюкзак, двинуться куда глаза глядят, решится сегодня не каждый. Время не слишком романтичное. Но автор рискнул. Пробирался автостопом на Восток, вглядывался в мелькавшие пейзажи, общался с дальнобойщиками. Впитывал эйфорию свободы: «Я запрыгнул в зеленые «Жигули», захлопнул с третьего раза дверь, в которой торчала отвертка, и мы понеслись по настоящей России. Без дорог, без правил движения, без каких-либо вообще правил:»
Одна из заповедей автостопа: если в течение 15 минут никто не берет, меняй либо место, либо настроение. Городов-музеев и проторенных троп автор сторонится: духа местной жизни там нет. Вот в черно- пепельном дыму — уральский город Карабаш с его медеплавильным комбинатом, где тебя непременно настигнет вопрос: почему люди тут живут и рожают детей? Зато неподалеку — чистейшее магическое озеро Тургояк.
Вот и в жизни так: невзгоды непременно должны быть уравновешены свалившейся откуда-то удачей или хотя бы ее отголоском. Дорожные неприятности с лихвой перекрываются радостями ночевки в палатке на Великой Китайской стене, плавания на самодельном бамбуковом плоту по лаосским речным джунглям, захватывающих гонок на мотоцик-ле через Вьетнам, Лаос, Таиланд. Десятидневное молчание в буддийском монас-тыре с полным отказом от гаджетов очистило от шелухи бурлящих в голове мыслей. Прыжки с 15-метровых водопадов Алинг-Алинг на Бали излечили от страха высоты.
После девяти месяцев в Азии — Америка, сотканная из совсем иной материи. Кофейные плантации Колумбии, озеро Титикака, восхождение на вулкан Котопахи и трасса 66, где во времена хиппи зародился автостоп. Круг замкнулся. Повторил бы это? Нет! Как бы круто ни было забираться в далекие края, счастье на самом деле ближе, чем ты думаешь. Необязательно ехать за ним на край света.
