В Царицыне открылась выставка «Стрелы Амура» из коллекций знаменитого дворца-театра графов Шереметевых. Это – логическое продолжение проекта «Дворец во дворце»: закрытый на длительную реставрацию, музей-усадьба Останкино продолжает работать в формате «гостевых экспозиций».
Когда в 2013 году в музее-усадьбе Останкино начались реставрационные работы, обширную коллекцию – а это более 3,5 тысяч единиц хранения – пришлось распределять по дружественным музеям. Ведь ни запасников, ни фондохранилищ в Останкине просто нет. Все предметы находились во дворце на тех местах, какие им изначально определяли владельцы. На помощь останкинцам пришли коллеги из заповедника Коломенское, музея-усадьбы Остафьево, Фонтанного дома в Петербурге и других известных музеев. Собрание скульптуры, которому перемещения на большие расстояния категорически противопоказаны, разместили в Среднем дворце музея-заповедника Царицыно, предназначенном для временных экспозиций. О развернутой здесь (и открытой до сих пор) выставке «Дворец во дворце» наша газета уже писала в 2014 году.
Большая часть скульптур, приобретенных в разное время Шереметевыми, так или иначе связана с культом любви, духом которого проникнуто все XVIII столетие. Поэтому нынешняя выставка «Стрелы Амура» гармонично дополнила экспозицию «Дворец во дворце». Век, прозванный галантным, сделал эротику неотъемлемой частью светской жизни. Амур, Купидон, Эрот: как ни назови капризного божка – по-французски, на латыни или древнегреческом, – его страстная и противоречивая природа остается неизменной. Изящные веера и старинные гравюры, нежные миниатюры и хрупкие фарфоровые безделушки – два века тому назад все это служило атрибутами изысканной любовной игры. Разгадывать их тайные послания в XXI веке еще интересней.
Коллекция вееров Останкина – одна из богатейших в России. На выставке обращают на себя внимание несколько шедевров, в частности «Триумф Галатеи» и «Венера и Адонис» – оба этих античных мифа, как и сюжеты других представленных изображений, не обходятся без участия резвых амуров. Этим хрупким атрибутам любовной игры, созданным неизвестными французскими и английскими мастерами, почти два с половиной столетия. А гравюрам из «Храма муз» – богато иллюстрированного издания, составленного выдающимся французским гравером и издателем Бернаром Пикаром по сюжетам из поэмы Овидия «Метаморфозы» – почти триста лет. Вот Амур с удивлением взирает на неуязвимого для его стрел Эндимиона, пленившего ветреную богиню луны Селену. А вот крылатый вестник любви целится в красавца Нарцисса, чтобы поселить в его сердце гибельную любовь к самому себе. Символика древней мифологии понятна и сегодня, ведь человеческая природа в главном не меняется из века в век.
.jpg)
Выставка пронизана духом галантного и куртуазного XVIII века
Однако, как ни плодотворно работает «на гастролях» в условиях длительной реставрации Останкинский музей, хочется знать, когда же все-таки его сокровища вернутся домой. Увы, точную дату окончания реставрационных работ пока не могут назвать даже специалисты, поскольку речь идет об уникальном объекте с уникальной судьбой. Напомню: усадьбу «Осташково, Останково тож» княжна Варвара Черкасская принесла в приданое своему супругу – Петру Борисовичу Шереметеву. Но граф больше любил Кусково и новому владению особого внимания не уделял. И осталось бы Останкино обычным имением, если бы не сын и наследник Петра – Николай. Молодой граф, страстно любивший искусство, решил возвести здесь театр для масштабных оперных постановок. Над проектом работали выдающиеся архитекторы – Франческо Кампорези, Алексей Миронов, Иван Старов, Винченцо Бренна. Первых гостей дворец-театр принял в апреле 1797 года. Современники были единодушны – ничего подобного им прежде видеть не приходилось.
Кардинальных перестроек Шереметевы в Останкине не устраивали, потому дворец в значительной степени сохранил свой первозданный вид. В 1917 году последние владельцы передали его вместе со всеми ценностями новой власти для создания музея, который открылся в 1919-м, а с 1939-го стал называться музеем творчества крепостных. Реставрационные работы во дворце проводились неоднократно, но такого масштабного проекта, как тот, что стартовал в 2013-м, шереметевская жемчужина еще не знала.
– По самым оптимистичным прогнозам, работы займут еще несколько лет, – признается директор музея-усадьбы Геннадий Вдовин, – и станут самым крупным реставрационным проектом в мире с момента завершения восстановлений утраченных дворцовых ансамблей под Петербургом – Петергофа, Павловска и Царского Села. В Останкине под строгим контролем принимаются первоочередные противоаварийные меры, позволяющие поддерживать дворец в должном состоянии. Разрабатывается проект временного фондохранилища. Одновременно во многих реставрационных мастерских Москвы и Петербурга идет работа над предметами обстановочного комплекса. Любой дворцово-парковый ансамбль – это сложно устроенный организм, но Останкино – место особое: деревянных дворцов-театров XVIII века во всем мире сохранилось не более десятка, в России же он – единственный. А это, помимо прочего, означает, что опыта масштабной реставрации памятника деревянного зодчества такого уровня у специалистов просто нет. Не секрет, что зачастую «реставраторы» снимают декор, разбирают здание по бревнышку и возводят на его месте новую конструкцию, вдобавок заменяя дерево современными материалами, чтобы удешевить и ускорить процесс – под декором все равно ничего не видно, а посетитель не догадается, что перед ним не исторический памятник, а лихой новодел. Но по отношению к Останкину это совершенно недопустимо, поскольку дворец – еще и шедевр инженерного искусства: сложная каркасная деревянная конструкция, в сущности, предвосхитила строительные технологии XX века. Использованные здесь конструктивные схемы необходимо изучить и сохранить. Так что наша реставрация – это ещё и уникальное научное исследование.
