Редко кто из наших режиссеров, выбирая для постановки пьесы, обходит вниманием Александра Островского с его злободневной во все времена драматургией. Вот и Уланбек Баялиев не обошел. Благо, опыт у него уже имеется: ставил в Москве «Позднюю любовь», «Грозу»… Теперь «вырастил» на сцене петербургского ТЮЗа им. Брянцева «Лес». Пьеса эта не самая простая у, как считается, легкого на перо Александра Николаевича. И ставят ее часто. Отсюда риск повториться. Или, еще хуже, провалиться.
Классический сюжет крутится вокруг любви и денег. Любви много: богатой вдовы Гурмыжской – к недоучившемуся молодому человеку, положившему глаз на ее состояние; её юной родственницы – к сыну купца; самого купца – к богатому приданному для сына; бродячих актеров к…
Вот с ними, Несчастливцевым и Счастливцевым, обычно проблема. Бродят из края в край – один потому, что характер скверный, нигде не может прижиться, другой «за компанию». Дальше можно додумывать. В смысле философствовать. Что обычно и делают постановщики «Леса», соответствующим образом оформляя подмостки (за бутафорским лесом, призванным изображать тьму души человеческой, в ином спектакле и сцены не разглядишь), а также пространные монологи и смыслы.
Смыслов у Островского много. Как не заблудиться в поисках единственно важного? Не ошибиться в акцентах? Да и интересен ли местечковый конфликт двухвековой давности сумасшедшему ХХI веку с его скоростями и технологиями?
Логично было предположить, что постановщик осовременит спектакль. Как делают это с пьесами классиков многие его коллеги, после чего их (пьесы) не узнать. Иными словами, убивают авторский замысел в угоду, как им кажется, зрелищности.
У 48-летнего Баялиева, заявившего о себе постановками в МХТ, театре им. Вахтангова, калягинском Et cetera и много еще где – и так, и не так. Его «Лес» – прежде всего об артистах, театре, природе этого искусства. При том, что собственно пьеса – не самая театральная у Островского. Режиссер делает ее таковой, старательно уводя героев и исполнителей от бытовой части сюжета.
«Мы с участниками спектакля размышляем о том, что такое игра вообще, пытаемся понять саму суть театральности. Рассматриваем сюжет этой истории как повод для игры, порой абсурдной, порой трагичной. Здесь у нас намерено перепутались жизнь и сцена», – говорит он.
Где что – разбираться реальным зрителям. Их места тоже на сцене. Они – соучастники. Подыгрывают то Гурмыжской, то ключнице Улите с прической типа «ирокез». А то и… театральной моли. Кто это и зачем оно здесь? Новый персонаж. Символ абсурда? Балагана? Драмы? Нет, уверяет режиссер, - «общей грёзы актеров». Моль забавна. Особенно когда в ее исполнении звучат фрагменты из других пьес Островского, а заодно и прочих литераторов разных времен и народов. В самом деле, играть так играть!
Зрители отнеслись к такому прочтению режиссером знаменитой пьесы по-разному. Однозначного «за», как и «против», нет. Уже неплохо – будет что обсудить и осмыслить…
Постановки петербургского ТЮЗа в последние годы все более востребованы публикой. Аншлаги здесь не редкость. Приглашаемые режиссеры в лучшем смысле слова беспокойные, ищущие. Плюс к этому – гастрольные спектакли коллег из разных регионов страны. Они стали регулярными, расцвечивая не сказать чтобы тусклую, но и не так чтобы богатую интересными премьерами театральную жизнь города на Неве. Коллективы, прежде будоражившие постоянной «движухой идей», ушли в тень. На этом фоне творческая неутомимость тюзовцев не может не привлекать.
Одной из их фишек стали регулярные гастрольные спектакли коллег из других российских (и не только!) регионов. Из сравнительно недавних – Государственного музыкального театра Кабардино-Балкарии (г. Нальчик). На всех четырех спектаклях южан – а привозили они два мюзикла и два балета, в том числе легендарный «Аршин мал алан» (в СССР эту оперетту азербайджанского классика Узеира Гаджибекова публика наизусть знала) – зал был переполнен. Сыграл, конечно, свою роль и грамотный маркетинг. Но главное – тот факт, что тюзовское руководство во главе с директором Светланой Лавренцовой зовет коллективы по-своему уникальные, в обеих столицах при этом малоизвестные.
