24 мая исполняется 110 лет со дня рождения Михаила Александровича Шолохова — великого писателя с непростой личной и творческой судьбой. Он был вознесен на вершину успеха, обласкан и... оболган. До самой смерти Шолохову пришлось слушать, что свой главный роман он украл. Противопоставить наветам можно было только авторскую рукопись «Тихого Дона». О ее поисках рассказал «Труду» уроженец станицы Вешенской отставной полковник КГБ Николай Васильевич УШАКОВ.
Шолохов в гражданскую мог сгинуть в плену у атамана Махно, его едва не расстреляли по решению ревтрибунала, на него точил зубы НКВД и лично нарком Ежов, писатель спорил с самим Сталиным — но судьба сберегла ему жизнь и воздала должное его великому дару. Лауреат Нобелевской премии, дважды Герой Социалистического Труда — и на всем этом тень обвинений в плагиате...
Первая волна поднялась еще в конце 1920-х, сразу после публикации первых книг «Тихого Дона» в журнале «Октябрь». Шолохова упрекали в том, что он будто бы использовал рукопись погибшего в гражданскую белого офицера. Вскоре появились версии, приписывающие авторство критику Сергею Голоушеву, затем — писателю-казаку Федору Крюкову, умершему от тифа в 1920-м (на этой версии настаивал и Солженицын). Уже в наше время опубликованы материалы, согласно которым авторами шолоховских произведений могли быть Николай Гумилев, Вениамин Краснушкин и даже группа писателей, сочинивших гениальный роман... по заданию НКВД.
Изначально повод для сомнений в авторстве давал уже сам возраст писателя: к выходу «Тихого Дона» Шолохову исполнилось лишь 22 — неслыханно мало для той мощи, что была явлена в романе! А много позже масла в огонь подлила пропажа рукописи двух первых книг «Тихого Дона». К счастью, рукопись была вновь обретена при весьма загадочных обстоятельствах. О них-то мы и разговорились с Николаем Ушаклвым.
— В большой литературе всегда были завистники. А тут никому не известный юноша с четырьмя классами образования написал книгу, которую высоко оценили не только на родине, но даже в белоэмигрантском зарубежье, а потом и во всем мире. Наветы привели к тому, что был задержан выпуск третьей книги «Тихого Дона». Чтобы разобраться в ситуации, в конце 20-х по инициативе сестры Ленина Марии Ильиничны Ульяновой была создана комиссия, анализировавшая рукопись и черновики первых трех томов романа, наброски четвертого. Вскоре в «Правде» было опубликовано письмо членов комиссии, где отвергались все обвинения в плагиате как злостная клевета.
— Но этим дело не кончилось?
— К сожалению! В середине 1930-х получила распространение новая версия. Согласно ей отец жены писателя Петр Громославский воевал на стороне белых вместе с казачьим писателем Федором Крюковым. Во время отступления с Дона Крюков заболел тифом и умер, а его рукописи якобы достались Громославскому, который через несколько лет передал их своему зятю. Только в 1970-х исследователь творчества Шолохова Константин Иванович Прийма, основываясь на конкретных фактах и документах, опроверг навет. Дело в том, что во время отступления белой армии с Дона, болезни и смерти Крюкова Громославский сидел в тюрьме Новочеркасска за то, что воевал на стороне красных.
— Как сам писатель относился к пересудам о плагиате?
— Очень переживал и воспринимал это как «организованную зависть». В письме главному редактору журнала «Октябрь» Александру Серафимовичу он говорит: «Мне крепко надоело быть «вором». На меня и так много грязи вылили...» А на склоне лет на обвинения Солженицына заметил: «Пусть все эти домыслы останутся на совести тех, кому не нравится мое творчество. История все расставит по своим местам».
— А как вы оказались причастны к этому делу?
— Начнем с того, что я — донской казак, родился в Вешенской. Моя семья поддерживает дружеские отношения с потомками писателя. И когда ко мне обратился сын Светланы Михайловны Шолоховой Михаил Турков с просьбой помочь разыскать рукопись «Тихого Дона», я не мог отказать.
— Чекисты всегда помогали Шолохову?
— Отнюдь. В 1922-м его едва не расстреляли по решению ревтрибунала за превышение власти. Сам Михаил Александрович вспоминал: «Я вел крутую линию, да и время было крутое; шибко я комиссарил...» Его выручил отец: взял на поруки, принес метрику, согласно которой сын был несовершеннолетним (на 2,5 года младше реального возраста). Щуплого, небольшого роста высоколобого пацана тройка пощадила: вместо расстрела — год исправительных работ.
— Куда же делась рукопись первых двух томов «Тихого Дона»?
— Это долгая история. Начинающим литератором Михаил Шолохов познакомился в Москве и подружился с молодым крестьянским писателем Василием Михайловичем Кудашевым. Когда передовица в «Правде» сняла обвинения с Шолохова, он решил не отвозить рукопись в Вешенскую, а оставить ее в Москве у Кудашева. Вероятно, писатель опасался НКВД. Когда началась Великая Отечественная, Шолохов стал военным корреспондентом. А Кудашев со своим слабым зрением пошел в московское ополчение. С фронта успел отправить жене Матильде несколько писем, в одном из них писал: «Мотя, найди, пожалуйста, Михаила, он сейчас в Москве. Попроси его, пусть он меня выдернет с фронта на два-три дня. Я должен передать ему рукопись «Тихого Дона». Осенью 1941-го Кудашев попал в плен и в 1944-м погиб в концлагере. Жена переживала гибель мужа и по-человечески была обижена на Шолохова, хотя «выдернуть с фронта» бойца едва ли кто смог бы... Когда историки и литературоведы обратились к ней с просьбой вернуть рукопись, она ответила: «Мы потеряли ее при переезде».
— Но в 1984 году, почти сразу после смерти Шолохова, рукопись была найдена журналистом Львом Колодным, который даже написал книгу «Как я нашел «Тихий Дон».
— Да, известный москвовед познакомился с Матильдой Емельяновной Кудашевой и ее дочерью Натальей Васильевной и попросил показать газеты, фото и письма, связанные с жизнью Шолохова в Москве. Передавая материалы, Матильда Емельяновна намекнула, что хранит куда более важные документы и готова их показать, если только журналист о них никому не расскажет и не будет делать ксерокопии. После чего Кудашева показала Колодному рукописи «Тихого Дона» — 500 с лишним пожелтевших страниц больше обычного формата. Исследователь обомлел: перед ним был подлинник пропавшей рукописи. Колодный втайне от Кудашевой сделал ксерокопии 117 страниц. На основе работы с рукописью и бесед с Кудашевой он подготовил и в 1984 году опубликовал книгу. Но для литературной и научной общественности рукописи романа остались по-прежнему недоступными.
А дальше 90-е и новая волна обвинений Шолохова в плагиате. В прессе появилась информация о том, что рукопись будто бы хранится в семье Левицких и может уплыть на Запад коллекционерам. Евгения Григорьевна Левицкая сыграла важнейшую роль в публикации первого издания «Тихого Дона». Сам Шолохов называл ее крестной мамой романа, ей он посвятил рассказ «Судьба человека». Так вот, ее внучка Евгения Игоревна Левицкая решила установить истину и снять все обвинения с семьи. Обратилась к Светлане Михайловне Шолоховой с просьбой подключить к поискам кого-то из органов госбезопасности. Выбор пал на меня.
— И с чего вы начали поиск?
— С Кудашевых, конечно. После гибели мужа Матильда Емельяновна осталась вдовой, их единственная дочь Наталья была не замужем. Летом 1998-го я поехал к Кудашевым. Лестничная клетка была отгорожена решеткой. Соседи рассказали, что Матильды Емельяновны уже года три как нет в живых, а ее дочь Наталья умерла от рака несколько месяцев назад. Квартира опечатана. Ее вместе с имуществом унаследовала родственница. Результатами поисков я поделился с шолоховской семьей, а также с Институтом мировой литературы имени Горького (ИМЛИ) и его директором Феликсом Кузнецовым. Сотрудники ИМЛИ несколько раз встречались с этой женщиной. Она передала им часть рукописи романа, которую отправили на экспертизу в Минюст РФ.
— Но для сравнительной экспертизы нужны рукописные тексты Шолохова, написанные примерно в то же время, что и рукопись «Тихого Дона»?
— Совершенно верно. Вместе с Евгенией Игоревной Левицкой мы обратились к родственникам Шолохова и получили необходимые материалы, которые передали в ИМЛИ. Минюст провел лингвистическую, почерковедческую и ряд других экспертиз, в результате которых со всей очевидностью было доказано, что рукопись романа подлинная и принадлежит перу Михаила Шолохова.
— Какова дальнейшая судьба рукописи?
— Руководство ИМЛИ через Академию наук обратилось к Владимиру Путину, в то время премьер-министру, с просьбой выделить средства на покупку рукописи. Деньги дали, рукопись выкупили, и в конце 1999-го уникальный документ был передан на хранение в ИМЛИ. Семья писателя отказалась от прав на рукопись в пользу ИМЛИ. Так в этой истории была поставлена точка.
