Труд: Остановились на сексе

Сэр Том Стоппард — одна из самых безусловных величин в сегодняшней британской драматургии, и худрук Театра на Малой Бронной Сергей Голомазов считает себя его горячим поклонником. Свой новый сезон театр открыл «Аркадией» Тома Стоппарда.

Расположенный в двух шагах от Тверского бульвара, Театр на Малой Бронной в последние годы все чаще походил на бульварный театр, отдающий предпочтение легкому чтиву. Делая выбор в пользу Стоппарда, режиссер Сергей Голомазов, видимо, пожелал доказать, что бульварность порой успешно сочетается с интеллектуальностью. Ведь «Аркадия» устроена столь хитрым образом, что адресована в равной степени и пытливым, и праздным умам. «На чем я остановился?» — рассеянно спрашивает один из персонажей пьесы, университетский профессор Солоуэй, и его слушатели вразнобой отвечают ему: «на литературе», «на сексе». Пьеса Стоппарда удобна тем, что похожа на шведский стол, где каждый зритель может выбрать себе основное блюдо под названием «литература» или десерт под названием «секс» — и то и другое будет отменного качества.

Если говорить о жанре, то «Аркадия» — это в высшей степени остроумная лекция сэра Тома Стоппарда по всем предметам сразу: по литературе, истории, алгебре, философии и риторике. Сцену населяют ученики и учителя, жадные до знаний, а действие то и дело переносится из эпохи лорда Байрона в наши дни. Малолетняя героиня «Аркадии» Томасина верила, что живую жизнь можно выразить при помощи математических формул, «господних уравнений», и каждый из персонажей пьесы — в конечном итоге лишь часть этого гигантского уравнения.

Решая эту остроумную задачку, Сергей Голомазов не то что бы проиграл, но и не то что бы победил. Герой пьесы Септимус Ходж снижал оценку своим ученикам, когда они делали больше, чем задано. Актеры же Театра на Малой Бронной, к сожалению, почти все время делают больше, чем им задано, существенно снижая тем самым оценку спектакля. По большей части зритель вынужден наблюдать грубую и неточную актерскую игру. Приятным исключением кажутся новые члены труппы, работающие в более строгом и изящном ключе: бывший актер Малого драматического театра Данил Лавренов (Септимус Ходж) и Вера Бабичева (Ханна Джарвис). Существенно больше, чем ей задано, сделала художница по костюмам Виктория Севрякова, обрядившая героев так, что все они кажутся опереточными дуралеями. Почти никак не работает неубедительная сценографическая конструкция, придуманная художником Алексеем Порай-Кошицем и вытолкнувшая всех актеров на авансцену. За спиной у них — идиллическая Аркадия, охраняемая стеклянными дверьми и населенная садовыми статуями, но героям туда хода нет.