27 октября народному артисту России, любимцу публики Николаю Караченцову могло бы исполниться 80 лет. Его нет с нами уже шесть лет. Караченцов умер в канун своего 74-го дня рождения. Прощание с актером, собравшее море людей, прошло в театре «Ленком», с которым была связана вся его творческая жизнь. Выпускник Школы-студии МХАТ, он пришел в переживавший не лучшие времена коллектив в 1967 году. Сначала доигрывал спектакли, поставленные Анатолием Эфросом, которого отстранили от руководства театром. А с приходом Марка Захарова наступил звездный час Караченцова...
Никогда не забуду его Тиля Уленшпигеля — шута, охальника, яростного бунтаря, правдолюбца, которого молодой Николай Караченцов сыграл, что называется, на разрыв аорты. Его прыжки и кульбиты, его соленые шутки и восхитительные то сатирические, то лирические зонги, его страстные признания в любви прекрасной Неле... Все это стоит у меня перед глазами, хотя было сыграно Караченцовым и увидено мною почти 50 лет назад.
После Тиля Караченцов вошел в созвездие ведущих актеров театра. Он не только не затерялся на фоне Збруева, Янковского, Чуриковой, Леонова, Броневого, Абдулова, но само его присутствие в труппе формировало репертуар и направление художественных поисков «Ленкома». Благодаря вокальному и пластическому дару Караченцова (в юности он даже хотел стать артистом балета) в театре появились революционные для своего времени рок-оперы: «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты», в которой актер сыграл сразу две роли — главаря рейнджеров и Смерть, и «Юнона» и «Авось», где он предстал в образе графа Резанова, отправившегося с посольской миссией в Калифорнию и влюбившегося там в юную красавицу Кончиту.
Второй спектакль восхитил Пьера Кардена, с подачи кутюрье коллектив с «Юноной» и «Авось» побывал в Париже, а со временем объехал едва не весь мир. Менялись актрисы, исполнявшие роль Кончиты, а Караченцов любил, страдал, рвал душу и связки в этом сценическом хите, ставшем визитной карточкой «Ленкома», почти четверть века. А еще были спектакли «Диктатура совести», «Оптимистическая трагедия», «Гамлет», «Школа для эмигрантов», «Сорри», «Чешское фото», «Шут Балакирев», которым он отдавал все силы без остатка, отказываясь порой от выигрышных ролей в кино. «Уволиться из театра — все равно что уехать в эмиграцию, — говорил актер. — «Ленком» для меня — это целая страна».
Мастера кино быстро разглядели уникальный талант. Уже в начале своей кинокарьеры Караченцов сыграл психологически сложную роль Владимира Бусыгина в фильме Виталия Мельникова «Старший сын» по пьесе Вампилова. А потом фильмы пошли косяком: «Собака на сене», «Батальоны просят огня», «Благочестивая Марта», «Трест, который лопнул», «Человек с бульвара Капуцинов», «Чокнутые», «Королева Марго», «Приключения Электроника», «Тайны дворцовых переворотов», «Дежа вю», «Белые росы», «Цирк сгорел, и клоуны разбежались» — около сотни картин для большого и малого экрана...
Караченцов был феноменальным, редкостно одаренным артистом. Умел все: ездить на лошади, фехтовать, петь, танцевать, играть на гитаре, драться, лазить по канатам, бить чечетку, прыгать со скал в море, делать умопомрачительные кульбиты. Все трюки в фильмах он исполнял сам, не доверяя это дело каскадерам. «Так пока складывается, — объяснял он журналистам на пороге своего 55-летия. — Хотя с крыши дома прыгать буду вряд ли — не нужно, все равно не видно, кто там прыгает и зачем. Я себе уже все доказал. Но трудно удержаться от того, чтобы снова испытать свои возможности. И опять же адреналин. Иначе скучно».
Его физической форме завидовали. Он мог не спать несколько ночей и выглядеть на съемочной площадке подтянутым и бодрым. Он так натренировал свое тело и психику, что был способен на десять минут отключиться в перерыве между дублями — и этого ему хватало для «подзарядки аккумуляторов». Такой же отзывчивой, подвижной была и его актерская природа. Караченцов играл в трагедиях и комедиях, мелодрамах и водевилях — и неизменно оказывался на высоте. Изображал королей, революционеров, воров, парторгов, дворников — и был всегда убедителен.
Казалось, Караченцов во всеоружии отменного здоровья (в 60 лет у него не было ни одного седого волоска), зрелого мастерства и в ореоле славы проживет 100 лет, деля жизнь между театром и кино, ТВ и эстрадой, между собственными съемками и дублированием зарубежных лент (он, в частности, озвучивал роли Жана-Поля Бельмондо в нашем прокате), между Москвой и Питером, Киевом, Минском, Свердловском, засыпая на пару часов в самолете или в поезде. А в редкие свободные часы будет с удовольствием играть в теннис — его актер, по его словам, любил «фанатичной, патологической любовью».
Беда пришла нежданно: в ночь на 28 февраля 2005 года Караченцову, находившемуся на даче в подмосковной Валентиновке, позвонила жена и сообщила о смерти своей матери. Николай сел за руль и рванул в Москву, чтобы поддержать супругу. На обледенелой трассе Мичуринского проспекта, напротив кинотеатра «Литва», он попал в страшную аварию. Подушка безопасности со стороны водителя не сработала, помимо сломанных ребер Караченцов получил тяжелую черепно-мозговую травму. К счастью, в это время мимо проезжала скорая помощь, и это спасло актеру жизнь, ибо счет шел буквально на минуты. В больнице ему провели срочную операцию с «осторожной надеждой на успех», после чего Караченцов 26 дней пролежал в коме.
Организм спортсмена, стоика и жизнелюба вынес это испытание. Его лечили лучшие доктора, он мучительно медленно шел на поправку, со временем состояние актера стабилизировалось. Караченцов стал появляться на публике, где его встречали овациями, мечтал о возвращении на сцену и даже снялся в эпизодической роли в фильме «Белые росы. Возвращение». Но... Беда не приходит одна. Однажды по дороге все с той же дачи машина, за рулем которой была жена Караченцова Людмила Поргина, перевернулась. Актер был пристегнут, тем не менее с ушибом головы снова оказался в больнице. Травма в этот раз оказалась сравнительно легкой, но вернуться к полноценной жизни Караченцову уже не удалось.
В последние годы его жизни мы часто видели Николая Петровича — постаревшего, неузнаваемого, изнуренного болезнью — в различных телешоу, куда его водила супруга. Делала ли она это ради пиара, гонораров, как считали некоторые, или все же ради самого актера, которому было важно находиться в гуще жизни, среди людей? Бог весть. Но будем благодарны Людмиле Андреевне за ее неустанную заботу о любимом мужчине. За то, что она таскала его не только по телестудиям, но и по больницам, санаториям, нашим и зарубежным специалистам и в итоге продлила его жизнь после страшной аварии на 13 лет. А еще проводила вечера памяти актера. Издала книгу его воспоминаний, дописав туда последнюю главу от себя. Выпустила 12 компакт-дисков с песнями Николая Караченцова, на которых мы слышим его неподражаемый, с хрипотцой, голос.
В эти дни на ТВ покажут фильмы, телеспектакли с участием выдающегося актера и посвященные ему передачи. А близкие друзья Караченцова навестят его могилу на Троекуровском кладбище, положат цветы к подножию памятника из черного гранита. Актер изображен в образе графа Резанова, который стоит на коленях и обращается к Богу. На постаменте, символизирующем сцену, выгравированы слова из последнего монолога Резанова-Караченцова: «Прости меня, земля, что я тебя покинул»...
