Россия — не родина джаза, это признают даже те, кто считает ее родиной слонов. Но вот с тем, что наша страна — не из числа мировых лидеров в этой области музыки, можно спорить. Возьмем, к примеру, гитару: не прошло и года, как на престижнейшем международном конкурсе Института джаза имени Хёрби Хэнкока в калифорнийском городе Беркли (для джазменов это то же, что для классических музыкантов конкурс Чайковского) впервые в истории этого соревнования победил российский исполнитель Евгений Побожий (см. «Труд» за 25.12.2019). А в этом сентябре гитарист Роман Мирошниченко получил приз Honorable Mention на американском музыкальном конкурсе Unsigned Only-2020 за авторскую композицию Song For Godfather Of Fusion. Победа досталась в состязании с более чем семью тысячами записей музыкантов из 109 стран. И это лишь одна из более чем 30 наград Романа на международных конкурсах, в которых он участвует с 2009 года.
— Если брать только один этот год, мне удалось стать первым призером американского конкурса International Acoustic Music Awards, а также получить номинацию премии The Independent Music Awards (IMA), — рассказал «Труду» Роман. — Для гитаристов пройти там в пятерку номинантов — примерно то же, что для кинематографистов войти в итоговый список претендентов на «Оскар». Вообще же у меня четыре высших награды и пять номинаций этого конкурса. И уж простите за нескромность — мое имя включено в энциклопедию The Great Jazz Guitarists известного критика и историка Скотта Янноу, содержащую сведения о 342 музыкантах. Это поддерживает и помогает двигаться вперед.
За плечами Романа — детство в Грозном, отрочество и юность в Днепропетровске, где молодой человек учился на железнодорожника, а параллельно играл в джазовом оркестре своего отца Максима Мирошниченко. И музыка в конце концов победила, приведя в Московский институт культуры, курс которого Роман окончил всего за год...
В послужном списке Мирошниченко — участие в более чем 50 фестивалях, неоднократные выступления в качестве специального гостя на мероприятиях такого уровня, как, например, встреча министров финансов и председателей центробанков G20. Но, конечно, основа его работы — публичные концерты. В том числе совместно с такими суперзвездами, как Эл Ди Меола, Дживан Гаспарян... Раньше часто играл и в клубах. Однако, по его собственным словам, все больше убеждался, что полноценная концертная площадка интереснее «котлетной».
Говоря об успехах российской школы, Роман с почтением называет мэтров старшего поколения — Игоря Бриля, Леонида Винцкевича, Даниила Крамера, Алексея Кузнецова, пронесших знамя джаза сквозь непростые для этого искусства советские годы и продолжающих свое дело сегодня.
Свидетельством высокой позиции России в гитарном искусстве Мирошниченко считает калужский международный фестиваль «Мир гитары», основанный гитаристом и промоутером Олегом Акимовым в 1997 году и за 23 года своего существования выросший в один из авторитетнейших мировых смотров, а в Европе — самый крупный, если говорить о гитарном исполнительстве. На его сценах выступали такие мировые светила, как Пако Де Лусия, Джон Маклафлин, Ларри Кориэлл, Стив Вай... Не в последнюю очередь — благодаря усилиям Романа, который уже ряд лет руководит международными проектами этого праздника.
— Можно ли считать, что интерес публики к джазу говорит об интеллектуальной и вкусовой продвинутости народа, и у нации, в чьих предпочтениях заметен джазовый акцент, хорошее будущее?
— Совсем не обязательно концентрироваться исключительно на джазе, — отвечает на этот вопрос Роман. — Да и то, что я делаю — не джаз в классическом смысле, а более гибкий фьюжн (зародившееся в 1960-е годы синтетическое направление, соединяющее элементы джаза и поп-, рок-, фолк-музыки — «Труд»). Поскольку традиционный джаз на нашей почве мне представляется чем-то вроде казачьего хора афроамериканцев из Гарлема. Вообще чем более разнообразны вкусы слушателей, тем лучше. Главное — чтобы эта палитра включала в себя действительно самое качественное, что создано в музыке: классику, босанову, лучшие образцы рока, World Music... А не примитивную пошлятину, что круглосуточно льется в виде «трех окордов» с телеэкранов и из радиоэфира.
— А если младшее поколение повально увлечено, допустим, одним рэпом?
— Значит, что-то пошло не так, — убежден Мирошниченко. — Имеется серьезная проблема, и если не пытаться решить ее, не помогать людям расширить их кругозор, то это принесет еще большую проблему. Поскольку появятся поколения людей с примитивным вкусом, а следовательно, и примитивным интеллектом. Есть опасность, образно говоря, сорваться в пропасть, дно которой усеяно ля минором... Под ля минором (самой простой для любительского бренчания на пианино тональностью — «Труд») я имею в виду тотальный регресс. Массовая музыка обмельчала, как и многое другое, что принято относить к сфере творчества. Современное медиапространство кишит примитивом, в массе которого тысячи проходимцев пытаются выдать свой набор дешевых ингредиентов за изысканные музыкальные блюда. Все кому не лень заводят каналы на YouTube, внезапно став «блогерами», «экспертами», «музыкальными критиками». И эти «университеты» проходит подрастающее поколение! Дошло до того, что на всяческих телешоу банальная способность не фальшивить, а более-менее попадать в ноты приравнивается чуть ли не к подвигу. Что мы, профессиональные музыканты, можем противопоставить этому? Только играть вопреки конъюнктуре и так называемому формату сложную и красивую музыку, идя с ней к людям.
Сам Роман только за нынешнее карантинное лето записал 10 новых треков для готовящегося к выпуску альбома Sexto Sentido («Шестое чувство») с участием выдающихся мировых музыкантов. В их числе лауреаты «Грэмми» Пол Вертико и Чарли Бишарат, номинант на «Грэмми» бас-гитарист Банни Брунел, клавишник и ударник Гари Хасбенд. Еще одно доказательство того, что русская гитара — в главном потоке мирового джаза.
