Труд: МОЙ ЛАСКОВЫЙ И НЕЖНЫЙ ВАМПИР

Сцена драки в "Сумерках" неинтересна, сцена погони тоже. Перефразируя монолог из одного отечественного фильма, можно сказать, что если мужчина снимает фильм о любви с вампиром, то у него в активе вампир, но если это делает женщина, у нее в активе любовь. К картине имеют самое прямое отношение две женщины - писательница и сценаристка Стефани Мейер (фильм - экранизация первой части ее романа, а всего их четыре) и режиссер Кэтрин Хардвик. Герои Мейер настолько полюбились молодым американкам, что за первый уик-энд проката фильм собрал в два с лишним раза больше денег, чем было потрачено на его производство.
Обычно книги и фильмы про первую любовь повествуют о препятствиях, которые часто и превращают симпатию в серьезное чувство: родительская вражда, как у Шекспира, или не кровная, но родственная связь, как у Фраермана, или связь как раз таки кровная: "У тебя СПИД, и значит, мы умрем".
Белла, необщительная девушка с бледным лицом, приехала из Аризоны к отцу в маленький сумрачный городок. "Тут все такие... радушные", - будет рассказывать она презираемой матери о том, как ведут себя с ней одноклассники: сразу кидаются дружить, куда-то приглашать, фотографировать, вовлекать в свои забавы. А рядом ходят приемные дети местного доктора Калина, бледные до такой степени, что кажется, будто с них вот-вот посыплется мука. Они ни с кем не дружат, ничего не едят и даже "крутят романы между собой", как в ужасе прошелестит Белле на ухо новая подружка.
"Мама, папа, я люблю Эдварда, но он вампир!" - этих слов Белла, из проштудированных книг понявшая, что дело тут совсем не в муке, не произнесет. Родители разведены и скучны, а семья вампиров охотно примет ее, будет готовить еду и играть во время грозы в бейсбол (и вот эта, скорее мальчуковая, сцена снята хорошо). Все будет завораживающе и интересно: никто из одноклассников, вываливающихся глупой щенячьей толпой из местного бара, не способен легко поднять тебя на вершину сосны и не способен съесть - а риск так прекрасен: "Укуси меня. Ты вампир, а значит, мы не умрем".
Влюбленной девочке в принципе не столь важно, отчего ее избранник не такой, как все: вампир ли он, музыкант, бродяга или истово собирает спичечные этикетки. Создательницам фильма это, похоже, тоже не столь важно. Они упоминают о страданиях Эдварда, которому хочется высосать кровь из любимой, позволяют задуматься о докторе Калине, отказавшемся от человеческой крови, но регулярно ее, искусительную, видящем - такая вот духовная практика. Но для них гораздо значимее взгляды, которыми обмениваются Эдвард и Белла, первый поцелуй, неловкость при знакомстве с родителями, бал. Это по-школьному сделанная школьная история, и страшно далек от нее герой Уиллема Дефо из фильма "Тень вампира", на уговоры не есть окружающих с великолепным презрением отвечавший: "Иначе что?"