Труд: Ветер Антарктики бывает теплым

Главная Спорт 00:42 27 Марта 2015 2480

Ветер Антарктики бывает теплым

Уникальный британский пловец Льюис Пью рассказал «Труду», зачем он плавает среди льдов

Напечатать

Подавляющая часть человечества если уж и окунается в морские волны, то предпочитает это делать в комфортных условиях: теплая прозрачная вода, золотой песок, ласковое солнце... А вот корреспондент «Труда» встретился с любителем совсем иных, не бархатных ощущений: Льюис Пью, британский спортсмен-экстремал, совершил недавно очередной заплыв в водах Антарктики.

Между прочим, по профессии Пью адвокат морского права, так что ухитряется успешно сочетать в себе качества юриста, спортсмена-профессионала и эколога. Как он пришел к этой нелегкой миссии: из ледяной воды взывать к разуму всего человечества?

— Когда мне было 10 лет, наша семья переехала из Англии в ЮАР, — рассказывает Льюис «Труду». — Самое яркое впечатление детства — путешествие в национальном парке. Мы ехали по саванне, вокруг гуляли слоны и другие удивительные животные. Казалось, ожила сказка. Тогда отец и сказал нам с сестрой: надо защищать то, что любишь. Я запомнил эти слова на всю жизнь. Любовь к окружающей природе для меня не пустой звук. Я плаваю уже 30 лет. На моих глазах происходили такие изменения в природе, которые ранят в самую душу. Задолго до моего рождения практически были уничтожены самые крупные животные планеты — синие киты: сейчас их осталось менее 2 тысяч. А теперь ежегодно погибает четверть миллиона акул. Когда я 17-летним брал первые уроки дальних заплывов в Кейптауне, вокруг резвилось множество пингвинов. Но за несколько десятилетий их количество сократилось драматически: с 4 млн до 60 тысяч. В подобных пропорциях уменьшается и количество рыбы в океане...

Я провел в северных морях семь сезонов и воочию убедился, как за это время уменьшилась толщина льдов. То же самое можно сказать и про Антарктиду. В последнее время я увлечен морем Росса. На мой взгляд, это и есть рай на земле! Там еще остается много удивительных животных, нетронутая территория, первозданная природа. Для того я и отправился в антарктический заплыв, чтобы привлечь внимание людей к удивительной природе и проблемам ее сохранения. Особенно мне важно внимание жителей тех стран, под чьим контролем находится территория Антарктиды...

Притом что Льюис Пью — уроженец Лондона, типичный продукт европейского воспитания, он даже сейчас, в период оголтелой антироссийской пропаганды, демонстрирует уважение к нам. Россия — первая страна, куда он приехал после очередного заплыва в Антарктиде. Во всех интервью напоминает, что Россия сейчас председательствует в Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики (АНТКОМ). И что на протяжении многих десятилетий и даже веков наша страна играла ведущую роль в этом суровом регионе.

— Российская экспедиция открыла материк, — уточняет Пью. — И пять морей у побережья Антарктиды названы именами ваших соотечественников. Россия тратила огромные силы и средства на исследования и чувствует себя ответственной за ситуацию в Антарктиде. А 200-летие открытия Антарктиды — повод не только для празднования, но и для размышлений об ответственности за судьбу этого региона.

Льюис Пью особо подчеркивает важность спорта в наведении мостов между, казалось бы, непримиримыми противниками. И напоминает, как в начале 1990-х Китай и США, почти враги, начали сближение с того, что главы государств... сыграли в пинг-понг. Кстати, президент США в той микродуэли уступил сопернику, зато отношения двух держав после этого выиграли.

— Я застал времена апартеида в ЮАР, — продолжает Льюис. — Каждое поколение сталкивается с вызовом. Для поколения моего отца это была борьба с фашизмом. При мне боролись с колониализмом. На моих глазах в ЮАР появились первые негритянские спортсмены высокого уровня. А президент Нельсон Мандела впервые надел национальную одежду именно во время спортивного турнира. Поэтому я уверен: люди и страны должны бороться за сохранение окружающей природы, соревноваться в силе и выносливости, а не враждовать по любому поводу.

Как-то Бенедикт, папа римский, почтивший своим присутствием тренировку Льюиса, произнес: «Мировые войны происходили из-за желания обладать природными ресурсами. Уничтожая эти ресурсы, мы сами готовим почву для таких конфликтов. Сохраняя же природу, мы способствуем миру. И ты, Льюис, не просто хороший пловец — ты вестник и защитник мира!»

Чтобы добиться столь высокого признания, мало говорить правильные слова. Здесь требуются действительно уникальные достижения. Но какой ценой они даются?

— К ледяной воде невозможно привыкнуть, это всегда сверх-испытание для организма, — делится с корреспондентом «Труда» Льюис Пью. — Кажется, ты просто не в состоянии в ней дышать, все тело пронизывает боль... В ходе подготовки я стараюсь тренироваться в холодной воде. Но я живу в Кейптауне, здесь со льдами проблема. Завидую российским пловцам — у них-то проблем с ледяной водой нет. Нагрузки? В среднем я проплываю 25 км в неделю, то есть делаю пять заплывов по 5 км. Еще одна хитрость заключается в том, что в период интенсивных тренировок я ем более калорийную пищу и в больших объемах, чем обычный пловец. Ведь мне нужно нарастить толстый слой жира по всему телу- как у пингвина, тюленя и других арктических животных.

Британскому экстремалу сейчас 45 лет. Для рекордов в бассейне поздновато, но в его заплывах важна не только мощь мускулов, но и сила духа.

— Вот представьте себе: в южной части моря Росса было −37°С. Мои ассистенты сели в лодку. На море волнение, и первая же волна их захлестнула — люди сразу покрылись льдом. Мы находились в 15 сутках морского пути от ближайшего населенного пункта в Новой Зеландии. И если с кем-то из нас что-то серьезное случилось бы, помощи ждать было неоткуда. Но такие обстоятельства заставляют дополнительно собраться с мыслями и еще раз проверить все мелочи. Когда я спустился в воду, то сначала посмотрел на жену, потом помолился. И подумал о тех, кому по роду занятий суждено чуть ли не ежедневно проявлять если не героизм, то уж точно смелость и жертвовать собой. С этими мыслями нырнул. Когда вытаскивал руку из воды для очередного гребка, испытывал страшную боль. Единственным моим спасением было плыть как можно быстрее. И я плыл. Лишь когда у меня побелели по две фаланги на каждом пальце, я решил, что свое послание миру уже исполнил — пора вылезать. Меня закутали, отвезли на корабль, там я 50 минут отмокал под горячим душем...

Кстати, всюду, где плыл Пью, есть опасные морские обитатели. Когда он готовился к первому рекордному заплыву у побережья ЮАР, его предостерегали: акулы, опасность реальна! Но первым чувством, посетившим этого удивительного парня, был не страх, а радость: «О, тут еще есть белые акулы. Не все так плохо в природе!» Правда, акулы могут не разделить оптимизма Льюиса и просто щелкнуть челюстями.

— Мы ставили в воду магнитные устройства для отпугивания хищников. Но в Антарктике единственное, что могли сделать, — посадить в лодку людей, которые внимательно всматривались в воду. Когда я проплыл первые 200 метров, сопровождавший ассистент буквально выхватил меня из воды. И уже из лодки я увидел морского леопарда в двух метрах сзади нас.

Когда я плыл по узкому заливу и на берегу увидел морских львов, то решил изменить маршрут и плыть по середине фьорда, чтобы избежать контакта. Да, когда готовишься к старту заплыва в Антарктиде, приходится думать и о китах-убийцах, которые на твоих глазах заглатывали самых крупных пингвинов и вполне могут сделать то же самое и с тобой. Но уже при входе в воду нужно оставлять мысли о поражении. Думай только о победе! И о том, ради чего все это затеял.

Напечатать

Спорт 00:01 / 07 Мая 2026 8494

Меч и мяч

Даже в самые трудные годы Великой Отечественной находилось место спорту

Георгий Настенко

Труд

В начале Великой Отечественной было, понятное дело, не до спорта: враг стоял у ворот Москвы, взял в блокадное кольцо Ленинград, рвался к Волге. Какие уж тут соревнования и матчи? Но люди не могут...