Труд: Три гроша против кризиса

На эту «Трехгрошовую оперу» Московский художественный театр затратил сумму куда более внушительную, чем три гроша. Больше всего усилий было вложено в то, чтобы победить законы земного притяжения — поющие герои то и дело взмывают над сценой. Времени тоже было затрачено предостаточно: режиссер Кирилл Серебренников почти полтора года корпел над брехтовской пьесой. Труднее всего, по признанию создателей спектакля, было с вокалом. Музыкальный руководитель постановки Александр Маноцков добивался от актеров, чтобы они не делали из «Трехгрошовой оперы» бродвейский мюзикл.

Вначале предполагалось, что спектакль будет короче. Однако наследники Бертольда Брехта, обладающие правами на «Трехгрошовую», потребовали от режиссера отказаться от любых сокращений пьесы. Их бескомпромиссность привела к тому, что спектакль будет длиться почти четыре часа с двумя антрактами. Благополучную мхатовскую публику, готовую даже в кризис выложить кругленькую сумму за билет, режиссер столкнет с оравой нищих, которая наводнит не только сцену, но и зал.

Константин Хабенский, сыгравший отъявленного подонка по прозвищу Мэкки-нож, утверждает, что в этом спектакле Кирилл Серебренников шагнул от сиюминутных материй к вечным. Написанная Брехтом в 1928 году «Трехгрошовая опера» и впрямь такова, что выглядит актуальной в любую историческую эпоху — вопрос о трех грошах не устареет никогда, а уж тем более в пору финансового кризиса. Хабенскому есть с чем сравнивать: 13 лет назад он играл в постановке Владимира Машкова в «Сатириконе», но та «Трехгрошовая опера» отличалась даже текстом. Чтобы приблизить брехтовскую пьесу к современному разговорному языку, Кирилл Серебренников заказал новый перевод. Кроме того, режиссер вовсе отказался от декораций, оставив сцену пустой, и теперь именует свой спектакль «кризисным».