Труд: АНАСТАСИЯ ВОЛОЧКОВА: ПОСЛЕ "ЛЕБЕДИНОГО ОЗЕРА" ТАК ХОЧЕТСЯ МОРОЖЕНОГО

Главная Жизнь 01:01 28 Июля 2001 0

АНАСТАСИЯ ВОЛОЧКОВА: ПОСЛЕ "ЛЕБЕДИНОГО ОЗЕРА" ТАК ХОЧЕТСЯ МОРОЖЕНОГО

Кто-то превозносит ее дарование, кого-то раздражает атмосфера некой скандальности, порой сопутствующая этому имени: Волочкова. Тем удивительней обезоруживающая простота и откровенность (порой на грани фола), с которой танцовщица отвечает на любые вопросы.

Корец Марина

Напечатать

- Анастасия, вокруг вас постоянно ведутся пересуды. Говорят, что по всему свету за вами мотается английский миллионер, директор галереи, где собрана богатейшая коллекция картин, серебра и мозаики, владелец пакета акций одного из самых крупных ипподромов Соединенного Королевства. Газеты "Таймс" и "Дейли экспресс" писали, что он оплачивает все ваши прихоти, даже бросил ради вас жену и двоих сыновей...
- Ничего, кроме огорчения, подобные сплетни мне не доставляют. Да, Энди Керман - яркая личность, он вице-президент театральной компании "Английский национальный балет", влиятельный адвокат, Но для меня он просто большой друг, а еще и юрист, который ведет мои дела. Ему 55, он женат, но с семьей не живет. Я знаю, что Энди любит меня и поэтому старается сделать мою жизнь красивой. Организует мои концерты, спектакли, дарит подарки, и все это элегантно, ненавязчиво. Я очень благодарна Энди за участие в моей судьбе и по-человечески глубоко к нему привязана, но, повторяю, нас связывает только дружба. Очень нежная, очень большая - настолько, что составляет сейчас один из главных компонентов моей жизни. Мы познакомились два года назад, когда в лондонском "Колизее" проходили гастроли Большого и я танцевала в "Лебедином озере". Затем Энди стал приезжать на мои концерты в Санкт-Петербург и Москву. После этого и появились статьи определенного толка.
- Как вы, петербурженка, оказались в Большом театре?
- Меня пригласил Владимир Васильев. Большой театр приехал к нам, в Мариинский, с обменными гастролями, и Владимир Викторович увидел меня на уроках в балетном классе. Тогда же и предложил главную партию в его постановке "Лебединого озера". Большой подарил мне еще одну радость - встречу с потрясающей Екатериной Максимовой, которая стала моим педагогом. Но вся беда была в так называемом гостевом контракте, по которому я могла танцевать лишь в трех спектаклях в год. Этого было безумно мало, и я использовала любое приглашение на любую сцену, чтобы работать. Просто не могла сидеть и ждать: балетный век короток... Удивительно, но тогда реальные несправедливости, с которыми пришлось столкнуться, мало кого волновали: я не была притчей во языцех у журналистов. И только в тот момент, когда к моим ногам оказалось брошено все, включая деньги, возможности для творчества, - это вдруг многих забеспокоило, меня стали почему-то осуждать - за что?
- Как вы относитесь к мнению части критиков, что, несмотря на высокую техничность, вам не хватает драматической выразительности, глубины? Что роли необходимо выстрадать, а вам страдание незнакомо...
- Вообще-то это дело вкуса, а о них не спорят. У меня есть друзья и педагоги, мнению которых я доверяю. А что касается страданий, их у меня, как и вы поняли, было достаточно. Но я научилась переносить их мужественно, обиды - прощать. Так жить намного легче.
- Можно поподробнее о вашем пути в балет?
- Мне было пять лет, когда мама привела меня в "Мариинку" на "Щелкунчика", и я поняла - вот она, высшая радость. Но в хореографическую академию имени Вагановой меня не приняли: сказали, что "у ребенка нет профессиональных данных" - ни шага, ни прыжка, ни хорошей стопы. А главного - безумного желания танцевать - тогда просто не заметили. Мама рассказывала, что, выходя из училища, я плакала и цеплялась за ручки дверей... В училище меня все же зачислили, правда, с третьего раза, уже в семь лет, - из сочувствия к "бедной девочке". Поставили условие - до первой двойки по специальности и не стеснялись регулярно напоминать на уроках, что я никогда не стану балериной, что мне надо искать другую профессию. Видя, как я мучаюсь комплексами, родители нашли мне прекрасного частного педагога - профессора Вагановcкой академии Киру Валентиновну Кагорину. И вот с девяти до семнадцати часов я занималась в училище, а потом до позднего вечера - со своим педагогом. Через год я стала лучшей ученицей в классе.
Удача решительно повернулась ко мне лицом и подарила встречу с Натальей Михайловной Дудинской, которая стала, без преувеличения, не только моей наставницей, а - другом и сумела так подготовить профессионально, что за год до окончания училища на меня обратил внимание главный балетмейстер Мариинского театра Олег Михайлович Виноградов и предложил войти в группу стажеров.
- О чем вы мечтаете, Анастасия?
-Хочу танцевать в "Спартаке", "Ромео и Джульетте" и, конечно, пополнить репертуар современной хореографией. Хочу быть счастливой, как любая женщина, - в замужестве, в материнстве.
- Вы танцуете и классику, и модерн. А что ближе по духу?
- Я считаю себя классической балериной. Думаю, это действительно тот путь, по которому мне и следует идти. Но творческое становление классической балерины невозможно без освоения современного танца. И дело не только в обогащении техническом - пластика тела тесно связана с эмоциональным, духовным миром. Поэтому я всегда искала возможности работать с балетмейстерами, ориентированными на модерн и неоклассику. Это помогает найти свой пластический стиль, тем более что хореографы ставили номера специально для меня.
- Как, например, "Вилису"?
- Да, этот номер хореограф из Санкт-Петербурга Эвальд Смирнов поставил для моего выступления на конкурсе имени Сержа Лифаря, куда я получила приглашение. Это миниатюра, но несущая философский смысл, которого хватило бы на целый балет.
- Вы не раз говорили о том, что сцена "любит" молодых. Чем же займетесь, скажем, через десять, пятнадцать лет?
- Уход из балета всегда болезнен: сегодня я не знаю усталости, каждый выход на сцену - радость, праздник, но такое не может длиться вечно. Я уверена в одном: всегда буду стремиться творить красоту. Возможно, уйду в модельный бизнес: мне было интересно работать с современными модельерами, когда я принимала участие в показах Клода Монтана, московского модельера Юлии Яниной на "Неделе высокой моды" в Москве. Мечтаю когда-нибудь попробовать себя и на телевидении, и на сцене драматического театра...
-Вы верите в судьбу, в гороскопы?
- В гороскопы не верю. Хотя иногда, по инерции, читаю и слушаю их. Но очень верю в судьбу, в то, что каждому уготована своя вершина. Надо только искать свой путь, развивать в себе качества, заложенные от рождения. Я родилась в год Дракона, может, поэтому мне свойственны уверенность в победе над своими слабостями, стремление быть в центре внимания. Хотя, скорее всего, это просто папин характер, он человек целеустремленный, в прошлом чемпион СССР по настольному теннису.
- Вы модница?
- Как все настоящие женщины. Люблю сочетание классики с романтикой. Из фасонов предпочитаю узкие, облегающие брюки, расклешенные книзу, светлые свитера и элегантные пиджаки. Любимые цвета - желтый и зеленый: под цвет моих глаз. Еще - белый.
- Сталкивались когда-нибудь с необходимостью соблюдения диеты?
- Все зависит от нагрузки. Когда бывает много спектаклей, концертов, все лишнее сгорит в работе. Тогда я ем много мороженого, которое просто обожаю.
- Говорят, вы по-прежнему занимаетесь по 16 часов в сутки. О каком же свободном времени можно с вами говорить?
- Человек - не танцующий автомат, как бы ни был занят. О душе надо заботиться, баловать ее, радовать. Я люблю читать книги, слушать музыку, и классическую, и современную, обожаю Баха, Вивальди. Из поэтов близки Цветаева, Ахматова, Блок. С удовольствием общаюсь с музыкантами. Настоящих друзей очень мало - и тем радостнее встречи с ними. Обожаю театр и нахожу время сходить на спектакли любимых актеров - Марины Нееловой, Александра Абдулова... Люблю цветы, свечи, мягкие игрушки. Жестокости в жизни хватает...

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13339

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...