Гениальными себя считают многие, хотя редко кто заявляет об этом вслух. Один из героев данных книг публично называл себя гением. Другой гениально выстроил свою карьеру. Ну а те, о ком речь в третьем сборнике, без претензий на гениальность вряд ли взялись бы за перо.
«Мы предчувствовали полыханье...»
Несмотря на обилие стенограмм пленумов, заседаний бюро и комиссий, сборник о деятельности Союза писателей СССР в 1941-1945-м захватывающе интересен. Жизнь СП в годы войны не то что замерла — наоборот, активизировалась. Кто-то пошел в ополчение или стал фронтовым корреспондентом, кто-то уехал в эвакуацию. Были и те, кто писал доносы на коллег по цеху. Записные книжки, воспоминания и личные документы той поры добавляют новые штрихи к портретам Фадеева, Чуковского, Пастернака, неизвестной нам Ксении Некрасовой. Это о ней Ахматова сказала: «За всю жизнь я встречала только двух женщин-поэтов — Марину Цветаеву и Ксению Некрасову». Очень любопытна переписка Всеволода Вишневского с критиком Анатолием Тарасенковым, редактировавшим тогда газету Ладожской военной флотилии, письма Николая Заболоцкого жене, Александра Гладкова — брату, арестованному в 1937-м. Премьера гладковской пьесы «Давным-давно» (по ней Эльдар Рязанов снял «Гусарскую балладу») состоялась в 1941-м в Ленинграде, а в 1943-м ее поставили в Центральном театре Красной армии.
Анатолий Ким. «Гений: повесть о Смоктуновском»
«Я — гений», — чаще всерьез, чем с иронией, говорил о себе Иннокентий Смоктуновский. Анатолию Киму довелось быть с ним близко знакомым. Иннокентий Михайлович помог ему опубликовать первые рассказы, а потом стал его крестным: «Я принял христианство из рук Смоктуновского». В 40 лет. Своими работами артист пробудил в нем надежду, «что творчество и у нас в стране может быть свободным»: «Царь Федор в его исполнении открывает нечто большее, чем каноническая христианская кротость. В этом образе предстает вселенское начало доброты». Гениальными смотрелись его Гамлет, Чайковский, Иванов, Иудушка Головлев, Скупой рыцарь. В жизни же это был понятный человек, не скрывавший шероховатостей характера, никогда не кичившийся своими титулами и наградами. После его смерти жена Суламифь показала обувную коробку, в которой Смоктуновский «хранил самое дорогое». Там было много чего. Но Киму запомнились солдатская медаль «За отвагу» и фронтовая газетка со статьей «Подвиг ефрейтора Смоктуновича» про то, как, переправившись со своим отделением через реку, он удерживал плацдарм...
Энди Уорхол. «Дневники. 1976-1987»
По утрам Энди Уорхол звонил знакомой с рассказом о вчерашнем дне, делился думами и чаяниями. Та (сама искусствовед), не будь дурой, фиксировала все на пленку. Теперь перед нами 1000-страничный том про скандалиста, ставшего иконой современного поп-арта, и хроника американской культуры 1970-1980-х. Подробностей из жизни художника, продюсера, коллекционера, режиссера, издателя столько, что они утомляют. Успех Уорхолу принесли рисунки для обувной компании «И. Миллер» с эксцентричными ботинками в кляксах, дизайн банок кока-колы и томатно-рисовых супов «Campbell’s». Потом будут знаменитые кислотно-трафаретные изображения Пресли, Тейлор, Джаггера. «Диптих Мэрилин», Кеннеди, Мао, «Ленин Красный» и «Ленин Черный», серии картин про секс и всякое другое. Вызывающий стиль жизни повышал его ставки, Уорхол богател, но был глубоко несчастен. Ходил по ювелирным салонам, скупал на космические суммы украшения и складывал в пакет, никогда больше к ним не прикасаясь. Умер загадочно, в 58 лет...
