Труд: НИКОЛАЙ БАСКОВ: XXI ВЕК НАЧНУ С "ЗАСТОЛЬНОЙ"

Главная Жизнь 01:01 29 Декабря 2000 171

НИКОЛАЙ БАСКОВ: XXI ВЕК НАЧНУ С "ЗАСТОЛЬНОЙ"

Жизнь артиста... В представлении многих это чуть ли не сплошной праздник. Ну а если артист не

Напечатать

Жизнь артиста... В представлении многих это чуть ли не сплошной праздник. Ну а если артист не только талантлив, но и молод, хорош собой... Если он - тенор. А к ним публика всех времен и народов оcобенно не равнодушна. Тут всеобщая любовь принимает совсем уж особые, порой гиперболические формы, порождает причудливую мифологию. Вспомним, сколько легенд ходило о знаменитых певцах прошлого от Фаринелли-кастрата до Марио Ланца.
Но вряд ли ошибусь, если скажу, что Николай Басков по богатству связанного с ним фольклора уже вполне может поспорить, да, пожалуй, и превзойти многих своих предшественников. Я уж молчу о том, что нет ни одного уважающего себя солидного издания, которое хотя бы раз в неделю не вносило тот или иной штрих в хронику Колиной творческой (и не только творческой) жизни. Ну а если почитать бульварные листки, которым несть числа, то из них можно узнать тако-ое... Думаю, выйдет, что в среднем Николай раз по пять в сутки посещает ночные клубы, обольщает легион девиц (которые и рады обольщаться), ну а количество съеденного и выпитого им на экзотических тусовках достаточно, чтобы прокормить Краснознаменный ансамбль.
Однако миф и реальность - это две большие разницы. Впрочем, мифы больше изумляют не публику, а того, о ком сложены. Во всяком случае в нашем разговоре Коля этого изумления скрыть не мог.
- У меня такое впечатление, - признался певец, - что некоторые пишущие и говорящие обо мне страдают либо мизантропией (на грани людоедства), либо галлюцинациями. Я уж и не помню, когда в последний раз был в ночном клубе. Где взять на это время, когда ты со всех сторон обложен нотами, учишь все новые вещи, к тому же на разных языках... И за прессой-то некогда следить. Читаю, только если что-то серьезное обо мне написали. Кстати, приятно, что как раз в "Труде" такие публикации регулярно появляются на протяжении уже почти четырех лет - с момента, когда я стал лауреатом трудовского конкурса "Романсиада". Мнением квалифицированных музыкальных журналистов, естественно, дорожу. Но, к сожалению, их не так много, а вот изобретателей сенсационных сплетен, явно предвзятых комментаторов - хоть отбавляй.
- Какую самую фантастическую "новость" о себе ты узнал из подобных "сообщений"?
- Что пою вообще не я. Что это записали какого-то никому не ведомого итальянского певца, которому заплатили за неразглашение его имени, и подложили его фонограмму под видеоряд с симпатичной русской мордашкой. Потому, дескать, что так петь, как я, в моем возрасте нельзя...
- Ну а что скажешь насчет известий о твоих многочисленных победах на любовном фронте?
- Тоже мифы. У меня прекрасные отношения со многими женщинами - и юного, и бальзаковского возраста, и знаменитыми, и безвестными. Меня родители так воспитали - уважать людей и их чувства. Особенно - женщин. Я благодарен за письма, которые мне пишут, за цветы, которые дарят на концертах. Недавно одна девушка, поднося букет, от волнения упала в обморок. Слава Богу, быстро пришла в себя. Меня это взволновало... С другой стороны, придерживаюсь старомодного убеждения, что личная жизнь каждого (даже популярного артиста) - это именно личная жизнь, и она не должна быть распахнутой для посторонних. Одно могу сказать: мы со Светланой действительно любим друг друга, и наша свадьба скоро состоится. Где и когда именно - пока не говорю.
- Наделали много шума пересуды о подробностях вашей дружбы с Геннадием Селезневым, за которой иные журналисты "углядели" нечто совсем уж скандальное.
- Знаешь поговорку: "У кого что болит, тот о том и говорит..." Ну хочется кое-кому видеть наши отношения в том свете и цвете, который им самим близок... Я очень уважаю Геннадия Николаевича и всю его семью, у него замечательная жена, потрясающе умная дочка. И что плохого, если влиятельный человек, политик оказывает поддержку молодому певцу? Тогда уж давайте "разберемся" со всеми русскими меценатами - и с Морозовым, и с Мамонтовым... Действительно, с чего это вдруг они помогали Шаляпину, мхатовцам?..
- Итак, ты уже познал не только приятную, праздничную сторону популярности, но и ее изнанку. Никогда не возникает хотя бы мимолетного желания уйти от всего этого, "убежать в детство"? Вновь стать тем скромным мальчиком, которого знают и любят его родители да друзья по Музыкальному театру юного актера, преданная публика этого театра, что ютился и, по-моему, до сих пор обитает в подвальчике на Малой Дмитровке?
- Конечно, в тех стенах прошли счастливые годы. Я с благодарностью вспоминаю руководителя театра Александра Федорова, дирижера Игоря Кадомцева, композитора Ефрема Подгайца, написавшего для меня одну из главных партий в чудесной опере "Когда мы были воробьями" на сюжет "Баранкин, будь человеком". Я по-прежнему люблю Лилиану Сергеевну Шехову - друга нашей семьи, которая как педагог посвятила мне семь лет жизни. Ну а когда прихожу в родительский дом, чувствую, что там я нахожусь в самом надежном прибежище на свете. Это единственное место, где могу по-настоящему расслабиться, позволить себе поспать часов до двенадцати, а то и попозже... Но так, конечно, бывает редко - дела не позволяют. Я не жалуюсь на судьбу и не хотел бы вернуться в прошлое. Мне невероятно повезло: Бог дал мне голос, и я могу приносить радость людям. И - не сочтите за нескромность - воспринимаю как нечто символическое то, что взлет в моей карьере произошел накануне перехода в новое столетие. Нет, это не гордыню мою греет, но заставляет чувствовать огромную ответственность за данный мне дар, за то, чтобы он как можно дольше служил людям и в XXI веке. Кстати, спасибо Российскому телевидению, как раз в эти дни подготовившему новогодний подарок зрителям и, конечно, мне - трансляцию заключительного из серии моих ноябрьских концертов в Государственном Кремлевском дворце. Там было несколько поистине экстазных моментов - например, трехкратное бисирование "Призрака оперы", который мы спели дуэтом с замечательной солисткой Большого театра Ларисой Рудаковой. Те, кто готовил передачу, практически ничего не "чистили" в записи - оставлены все мои реплики, даже покашливания, но зато и все овации сохранены... И, между прочим, первое, что услышат зрители Российского телевидения в новом тысячелетии, - наше с Ларисой поздравление. С этим дуэтом, уже знакомым публике Кремля, теперь познакомятся миллионы.
- Там, в кремлевских концертах, мне запомнился еще один, как ты сказал, "экстазный момент": когда ты пел с хором знаменитую мелодию из "Набукко" Верди. Признаться, я тогда подумал: вот гимн так гимн! Нам бы сюда великого итальянца хотя бы на недельку - и, подозреваю, государственная проблема, вокруг которой нынче ломается столько копий, решилась бы без споров.
- Знаешь, это не только ты подумал. Тогда многие на концерте встали, думая, что звучит новый Гимн России. К сожалению, нет у нас сегодня ни Верди, ни Свиридова, чей мелодический талант мог бы дать стране достойную ее величия музыкальную эмблему... Вообще, Верди - мой любимейший композитор. Очень много слушаю его в записях. Конечно, не только его - хорошей музыки написано предостаточно, и тот, кто стремится к большой оперной карьере, должен ее знать. Приятно, что в Большом мне предложили спеть на гала-концерте, посвященном Верди. 27 января исполнится 100 лет со дня его смерти.
-Значит, это тоже лишь слухи - что новое руководство Большого театра к тебе не благоволит?
- Я никаких признаков нерасположения к себе не заметил, да и с чего бы? Очень тепло ко мне относятся и главный дирижер Марк Фридрихович Эрмлер, и исполнительный директор Александр Степанович Ворошило. 25 января, например, вновь спою Ленского...
- А как твои дела в Гнесинской академии?
- Я должен ее окончить в этом учебном году. Правда, занимаюсь по индивидуальному плану. Но экзамен по опере, можно сказать, уже прошел. На спектакле "Евгений Онегин" в Большом были наши гнесинские профессора, заведующая кафедрой Валентина Николаевна Левко, дали моему выступлению высокую оценку... Конечно, я люблю свой вуз. В середине января приму участие в благотворительном концерте в поддержку академии.
- А где встретишь Новый год? Дома, за столом?
- Представь, нет. Скорее всего, буду лететь на самолете из Германии, где мне предложили выступить на музыкальном фестивале (должен спеть несколько оперных арий и неаполитанских песен).
- Какой подарок больше всего хотелось бы получить?
- Крепкое здоровье. Я, слава Богу, не болен, но знаю: мы на коне, пока здоровы. Больной человек куда менее интересен окружающим. Разумеется, речь не об отношении ко мне действительно близких людях. Вот, кстати, еще одна причина, почему я стараюсь держаться здорового образа жизни. Нужно и работать, и отдыхать в меру. Лучано Паваротти, который во много раз опытнее меня, поставил себе предел: 50 выступлений в год. Причем выступлением он считает любой выход на сцену, даже с парой произведений в сборном концерте. Ведь это громадная затрата энергии, прежде всего нервной. А я хочу, чтобы моя карьера была не менее долгой, чем у Паваротти.
- Что бы ты пожелал на Новый год читателям "Труда"?
- Того же самого - здоровья. И давайте в этот праздник вместе выпьем (опять-таки в меру, конечно!) за процветание нашей многострадальной и прекрасной России. Все-таки такая новогодняя ночь бывает раз в тысячу лет, и пожелания, высказанные в эти часы, мне кажется, должны иметь особую силу. Я верю: они обязательно сбудутся.

Напечатать

Жизнь 00:05 / 24 Апреля 2026 13046

Миллионерша из трущоб

Автор этой статье на собственном опыте убедилась, как утомительно быть богатой

Надежда Арабкина, спецкор «Труда»

Труд

Я открыла меню и крепко задумалась, стала считать нули. Так и есть, даже обычный капучино здесь тянет на 400 рублей. Вздохнув, заказала. А что делать, если деловую встречу мне назначили в одном из самых...