В российский прокат наконец выходит «Черная молния» — отечественный блокбастер, на создание которого затрачено 10 миллионов долларов и год работы.

Самое лучшее в фильме «Черная молния» — нравственная трансформация московского алкоголика (конечно, Михаил Ефремов), который в начале картины трясет похмельной головой, освобождаясь от зрелища несущейся по небу «Волги-21», а в финале бежит трусцой по бульвару, подбадривая бывших собутыльников.

Ефремовская линия выгодно отличается от всего остального не только юмором и сугубо русским содержанием, но и долей непредсказуемости, которой фильм в целом не грешит: отечественный супергерой, скалькированный с Бэтмена, вряд ли способен на что-то неожиданное.

Бекмамбетовские фильмы традиционно выходят в новогодние праздники, но «Черная молния» отличается от обоих «Дозоров» и «Иронии судьбы-2» тем, что больше напоминает сценарий новогоднего представления с жестким распределением ролей, где исполнителям в голову не придет отклониться от изображаемого характера.

Приглашение Виктора Вержбицкого на роль плохого олигарха Купцова продюсер Тимур Бекмамбетов, например, объяснял так: зрители увидят лицо Вержбицкого и тут же догадаются, что перед ними злодей. Для особо непонятливых Купцов перескажет прозой песенку «Кто людям помогает, тот тратит время зря». Его идеями ненадолго проникнется юноша Дима (Григорий Добрыгин), мечтающий отбить у богатого однокурсника девушку Настю (Екатерина Вилкова).

Еще студент хочет заработать денег, для чего поначалу и используется подаренная папой (Сергей Гармаш) летающая «Волга-21». Но вскоре Дима приходит к выводу, что мракоборцем быть правильнее — он будет ловить бандитов, возвращать сумочки, спасать детей и Москву и попутно сохранит жизни прекраснодушным ученым (Екатерина Васильева, Юозас Будрайтис, Валерий Золотухин). Эта троица, олицетворяющая шестидесятничество, — еще одна чисто русская линия картины, тоже производящая довольно приятное впечатление.

А самое худшее в первом русском продукте компании Universal — product placement (скрытая реклама в кино), явление, с которым отечественные кинематографисты обращаться не умеют. В результате рекламная составляющая «Черной молнии» раздражает — не до такой степени, как в фильме «Любовь-морковь-2», но тоже сильно. В эти моменты становится ясно, что движет теми, кто сводит название «Черная молния» к аббревиатуре, состоящей из одной начальной буквы первого слова и двух — второго.

Один из первых романов Федора Достоевского «Игрок», как известно, вполне автобиографичен. Великий писатель и сам страдал зависимостью от азартной игры: неоднократно посещая казино, в том числе и за границей,...