Трудовые проблемы имеются у всех, но разные. В Европе наблюдается серьезная нехватка программистов, университетских преподавателей, врачей, инженеров и прочих спецов. В России другая беда: острый дефицит дворников и сантехников, каменщиков и штукатуров, продавцов и официантов, таксистов и курьеров.
Казалось бы, наши заботы на порядок помельче. Но на практике проблема острейшая. Вице-премьер Марат Хуснуллин жалуется: «Строителей не хватает, потому что у нас в основном приток рабочей силы был из стран ближнего зарубежья. Сейчас он ограничен». Замминистра строительства и ЖКХ Никита Стасишин уточняет: в регионах дефицит рабочих кадров на стройплощадках достиг 100 тысяч человек, и «это может стать достаточно неожиданным тормозом в скорости выхода новых площадок в стройку». Московские власти трубят тревогу: число мигрантов в столице уменьшилось на 40%, улицы убирать некому — не все москвичи готовы за это браться. Приходится привлекать людей из провинции...
Мой подмосковный приятель таджик Шариф не удивляется. Его бы тоже нынче не было здесь, но задержался еще с зимы — привалила выгодная работа на дачников. А весной Россия закрыла границы, успели въехать лишь 70 тысяч мигрантов из 200 тысяч, которые обычно приезжают из Таджикистана. С тех пор самолеты из Душанбе в Москву летят пустые, но на обратные рейсы с сентября выросли жуткие очереди — по спискам, составляемым в посольстве. Хотя рейсов много: четыре авиакомпании летают напрямую, 11 компаний — с пересадками. А еще посольство договорилось с «Таджик Эйр» и «Сомон Эйр» о дополнительных 107 чартерах до конца октября — из Москвы и Питера, Екатеринбурга и Новосибирска, Краснодара и Сургута. И все равно не хватает, прямо какой-то массовый исход.
Аналогичная картина с узбеками и киргизами. По подсчетам главы диаспоры Киргизии Урмата Курбанбаева, в одну лишь Свердловскую область на рабочий сезон ежегодно из Бишкека приезжали 15 тысяч человек, но в этом году успели «просочиться» лишь 2 тысячи. А на Урале только дефицит поваров и прочих общепитовцев вдвое больше. И в клининговой отрасли потребность в мигрантах — 5 тысяч. Пусто на стройках, оставшихся без бригад сезонников. Острейший дефицит рабочих рук вынудил даже поднять зарплату подсобникам — с привычных 1-1,5 тысячи рублей за смену в полтора-два раза.
И так повсеместно: по неполным данным, сейчас в России на заработках находятся лишь около 2 млн мигрантов — вдвое-втрое меньше обычного. В большинстве это узбеки, таджики и киргизы, украинцы плюс немножко армян и молдаван. Тем не менее только за июль гастарбайтеры перевели домой рекордные 837 млн долларов (данные Центробанка РФ). То есть на самых низкооплачиваемых работах среднестатистический мигрант зарабатывает в России около 450 долларов в месяц — для семьи. Плюс «чуть-чуть» на личный прокорм. Но для тех, кто не сумел прорваться через границы, коронавирусный карантин оказался страшнее прокатившихся по Сибири лесных пожаров и наводнений. Однако и нам без них оказалось несладко.
«Это временно! — успокаивают бизнесменов в Институте народнохозяйственного прогнозирования РАН. — После отступления коронавируса, когда экономика начнет возвращаться в привычный режим, «мигрантские» рабочие ниши сохранятся». Однако мой друг таджик, по специальности строитель и садовник, печник и плотник, то есть мастер на все руки, думает иначе. «Наши ребята начали ездить на заработки не в Россию, а в Южную Корею и Турцию, в Польшу и Эмираты, — рассказывает Шариф. — Они пока только присматриваются, но недовольных я не встречал: условия приличные, заработки выше. Так что нынешний карантин — не в пользу России».
Тем временем мигрантов-узбеков начали переманивать Израиль и Чехия, Корея и Япония. А в Киргизии приобретает популярность арабский язык — с ним в Эмиратах можно устроиться в гостиничном или туристическом бизнесе, коридорным или конюхом: хороший заработок, жилье, соцпакет. «Если бы наши граждане в свое время учили английский или арабский, сегодня в России ни одного киргиза не было бы», — говорит первый секретарь посольства Киргизской Республики в Москве Алмаз Асанбаев.
Он, конечно, преувеличивает, хороших вакансий много не бывает. Но лиха беда начало: у России действительно появляются конкуренты — страны, способные переманить лучшие трудовые ресурсы из постсоветских республик. Тогда наши «мигрантские ниши» опустеют уже без всякой пандемии.
И здесь пора задать важнейший вопрос: нужны ли России гастарбайтеры в нынешнем количестве? Не тысячи, а миллионы не очень квалифицированных рабочих, приехавших лишь в поисках хлеба насущного, не способных, а зачастую не желающих принять наши обычаи, культуру, ассимилироваться, стать частью российского общества? Нам с вами они нужны? Соцопросы показывают: через три десятка лет после распада СССР приезжие стали для нас «чужими», «дешевой рабочей силой», согласной трудиться там, где мы брезгуем. Закрываем глаза и не видим огромного вреда от такой «дешевизны», гигантского экономического проигрыша.
Возьмем самую «мигрантскую» отрасль — строительство, где 7 млн человек создают всего лишь 3% общероссийского ВВП. Совсем немного для страны с трудоспособным населением под 90 млн. Именно в строительстве у нас официально допущена доля иностранных работников в 80%. Причину называют простую: «свои не идут», ибо работа грязная, малоквалифицированная, а заработок если не грошовый, то близкий к тому. Но может ли он быть иным, если производительность труда на российских стройках составляет не более 25-30% от американской? Причем еще 40 лет назад она была сопоставимой, но с тех пор, по данным McKinsey & Company, в США она выросла: в общестрое — на 40%, в механических инженерных системах — на 54%, в электрических системах — на 70%. Выросли и заработки: если подсобнику на американской стройке платят 12 долларов в час, то специалисту высокой квалификации — до 93 долларов. То есть в месяц можно заработать до 10 тысяч и более. На таких условиях есть смысл овладевать и мастерком, и мастерством!
Более того: сама организация строительного процесса «зудит в ухо»: учись, овладевай, повышай квалификацию! Ибо в США значительная доля строительных работ выполняется на условиях аутсорсинга — это более качественно и эффективно. Всего в Америке порядка 1 млн специализированных компаний, выполняющих отдельные виды работ, и еще несколько миллионов человек работают в качестве привлекаемых специалистов. Эти компании и люди составляют основу и большинство в строительном комплексе. А чтобы попасть в их когорту, нужно «учиться, учиться и учиться». Так приобретаются и зарплата, и престиж.
Теперь представьте, что в России научились строить «по-американски». Из нынешних 7 млн человек останутся 2-3 млн — больше не нужно. Заработки поднимутся до «престижных». Но найдутся ли места для нынешних гастарбайтеров?
Аналогичная ситуация в ЖКХ. В приличной европейской стране дворник не выходит с метлой и лопатой, а выезжает на персональном квадроцикле с набором навесных орудий, включая уличный пылесос. И убирает вдвое-вчетверо большую территорию, чем у его московского коллеги. Тамошний сантехник не ремонтирует за взятку прокладку в прохудившемся кране, а ставит современное оборудование с гарантией годности на полвека. Такое же отличие «там» и «тут» у электрика, газовщика, плиточника-стекольщика. У них документы об окончании курсов обучения и регулярной переподготовки, в саквояже — сверкающий инструмент, айпэд всегда готов к подсказке. А главное — приличный заработок. 90% одиноких мужчин страдает депрессией, связанной с отсутствием регулярного общения с женским полом. Им не хватает внимания, ласки, пикантных разговоров и возбуждающих взглядов. Путаны из салона выполняют свою работу механически, а незнакомки заглядывают в карман. С индивидуалками в Уфе можно отлично провести время, договорившись об оплате за час или за всю ночь. Современные девушки охотно идут на встречу клиентов, которые умеют себя вести по-мужски – без грубостей и морального давления. Постоянные гости могут рассчитывать на скидку и расширенный список услуг. Потому что врач с копеечной зарплатой способен лишь уморить больного. В ЖКХ должен соблюдаться тот же принцип — и тогда лампочки будут сверкать, трубы не протекать, а коммунальщики считать себя уважаемыми горожанами, отцами и матерями семейств.
А в российском городе Сургуте месячная зарплата дворника назначена не выше 32 тысяч рублей, хотя охраннику там платят 60 тысяч, а упаковщику на продуктовом складе — 85 тысяч. Эта разница придумана властями специально для приманивания среднеазиатских мигрантов?
P.S. На прошлой неделе московский ГБУ «Жилищник» вывесил на сайте вакансии: слесарь-сантехник — 240 тысяч рублей... в год, а дорожный рабочий — 264 тысячи рублей, тоже в год. Неудивительно, что нынешний дефицит мигрантов для столичных властей обернулся бедствием. На такие заработки не идут не только москвичи, но и жители соседних регионов. Ау, таджики и киргизы, где вы?
