Январь 1992 года навсегда войдет в историческую память народа наравне с октябрем 1917-го и июнем 1941-го. Я помню, какое странное оцепенение овладело всеми нами, когда вечером 25 декабря 1991-го на экранах телевизоров с главного флагштока страны стыдливо поползло вниз красное знамя.
Капитуляция СССР в прямом эфире без войны и оккупации — это воспринималось как наваждение, в это никто не мог поверить! Одно дело — малопонятные Беловежские соглашения, а другое — когда на твоих глазах сворачивалась история страны, в которой ты родился и вырос. Те, кто проводил эту спецоперацию по демонтажу Союза, выбрали очень удачное время: в предновогоднюю неделю зачумленные граждане носились по полупустым магазинам и рынкам, пытаясь добыть ингредиенты для салата оливье и селедки под шубой или хотя бы просто отоварить на глазах теряющие смысл деньги. В результате очень многие просто не заметили, что проснулись в другой стране.
Первый признак исторической перемены накрыл нас без пяти минут полночь, когда на экране ТВ вместо привычного первого лица «дорогих россиян» поздравил сатирик Михаил Задорнов. Было смешно и больно. И стало нестерпимо ясно, что в нашей жизни наступает настоящая трагикомедия. Особенно это ощутилось утром 2 января, когда граждане отправились за добавкой к новогоднему столу и слегка опешили: цены на все товары увеличились не на 20–40%, как обещали «младореформаторы», а в
Экономист Михаил Делягин с 1990 по 1993 год работал аналитиком группы экспертов при администрации президента Ельцина, поэтому все события вокруг так называемой шоковой терапии разворачивались на его глазах. Мы попросили рассказать о том, как, а главное — кто и зачем проводил ту реформу
— Михаил, говорят, младореформаторы буквально продавливали либеральные реформы?
— К каждому заседанию правительства мы готовили для Ельцина справку о том, что эти реформаторы будут предлагать и чем чреваты их предложения для страны — как правило, последствия просчитывались самые разрушительные. В ответ команда Гайдара стала проводить накануне заседания репетиции. В четверг было заседание правительства, а во вторник они собирались на генеральную репетицию, чтобы просчитать — цитирую близко к тексту — «что эти сволочи напишут этому гаду», то есть мы — Ельцину. И хотя результаты реформ были действительно разрушительными,
— Какие именно?
— Например, еще в 1992 году предполагалось провести реформу энергетики, причем в гораздо худшем варианте, чем тот, который был в конце концов принят. Предполагалось приватизировать «Газпром» и весь
— А кто входил в «группу сопротивления»?
— Таких групп было несколько. К примеру, я работал в группе экспертов Игоря Васильевича Нита (ныне покойного) — он был преподавателем МГУ и первым помощником Ельцина по экономике. Фамилия его сегодня мало кому о чем говорит, потому что это были другие люди — порядочные и профессиональные, которые старались не светиться. Между прочим, Евгений Григорьевич Ясин до конца
— Что можно было украсть в правительстве?
— Еще в конце
—
— Тогда это было не
— Неужто все они настолько пострадали от власти?
— Напротив. Возьмите Петра Авена — его дедушка был латышским стрелком, у Гайдара — сами помните, кто дедушка. Это были люди из очень хороших семей, с хорошим образованием, но они чувствовали себя не до конца реализованными. Плюс часто на эту обиду накладывалось ощущение, будто их в
Вторую проблему с «реформаторами» заложил Андропов. Он ведь был человек умный, со стратегическим мышлением, и начал готовить рыночные реформы в СССР задолго до перестройки. Проживи он хотя бы на пару лет больше, у него бы получилось, и тогда в мире то, что называется «китайским путем», называли бы «советским путем». Андропов понимал, что в рамках системы, созданной Сталиным, которую после смерти вождя поразила коррупция, создать рыночную экономику нельзя. Для подготовки будущих рыночных кадров он создал в Вене на паях с Западом Международный институт системного анализа, который использовал как школу будущих реформаторов. Эту школу прошли и Гайдар, и Чубайс, и Авен. Когда Андропов умер, подготовка кадров продолжалась, но смысл проекта был утерян — исполнителям просто не объяснили, для чего все затевалось. В результате произошел перехват управления, и с конца 1984 года обучение наших кадров контролировали американцы, которые и подготовили свои кадры.
— Неужели к январю
— Советская экономика погибла не в
— У Гайдара был шанс обойтись без шока?
— Гайдар даже не пробовал обуздать монополистов, которые вздули цены. Конечно, в этом случае у него бы возникли политические проблемы, поэтому никаких попыток ограничения монополизма не было. Поступи он
— А как на все это реагировал Ельцин?
— Ельцин поначалу был в ужасе. Потом ему объяснили, что такова цена реформ, и он в это поверил. Запад его поддерживал — ему все время рассказывали о 24 миллиардах долларов, которые
— Тем не менее люди терпели лишения, голод, безработицу...
— У реформаторов было совсем другое, циничное ощущение: если эти несчастные люди не вписались в рынок, это их проблемы. Уже в июне
— Получается, Джефри Сакс, идеолог шоковой терапии, стал тем «черным человеком», который разрушил нашу страну?
— Джефри Сакс — это пехота. Он, кстати, ужаснулся тому, что было содеяно с Россией — почитайте его последние работы. Сейчас он восхищается Китаем, который сохранил все свои институты и поэтому развивает рынок. А эти идиоты в России, пишет он, начали с того, что разрушили все институты, а это неправильно. Остается только ему напомнить, с чьей подсказки действовали «наши идиоты».
Анекдот в тему
В психиатрической больнице 20 лет назад. Врач:
— Сейчас проведем очередной сеанс шоковой терапии.
Включает телевизор. Передают сообщение об очередном росте цен. Молчание. Вдруг один из больных вскакивает и начинает хлопать в ладоши, пускается в дикий пляс со словами:
— Ура! Хорошо, что я в больнице, на больничных харчах! Хоть и дистрофиком буду, но зато ноги не протяну…
Врач медсестре:
— Этого — на выписку: он уже выздоровел!
