Труд: НА АЭС БОЕВИКАМ ДЕЛАТЬ НЕЧЕГО

Главная Жизнь 01:01 01 Ноября 2002 217

НА АЭС БОЕВИКАМ ДЕЛАТЬ НЕЧЕГО

Как только стало известно о захвате заложников в Москве, в ту же роковую ночь на Волгодонской АЭС, расположенной в нескольких сотнях километров от Ростова-на-Дону, перешли на режим усиленной охраны. Все детали и подробности введенных мероприятий, естестве

Алексеев Владимир

Напечатать

ТЕ ИЗ АТОМЩИКОВ, кто привычно добирался до места работы на личном транспорте, начиная с минувшего четверга вынуждены оставлять свои легковушки у блокпоста, что расположен в трех километрах от АЭС. Потом всех, независимо от высоты занимаемых постов, к проходной везут служебные автобусы. При посадке в них люди в камуфляжной форме тщательно проверяют документы.
Как сообщили в пресс-службе ГУВД области, Волгодонская АЭС взята под особый контроль работников милиции, вневедомственной охраны, казачьих дружин. В режиме особой бдительности - структуры внутренних войск, части ПВО, охраняющие объект особой важности.
- И все-таки, если допустить чисто теоретическую возможность проникновения на АЭС террористов, чем это реально может грозить? - спрашиваю я заместителя начальника информационного центра атомной станции Владимира Хожакова. - В их арсенале, как известно, чего только нет: запугивание, угрозы, подкуп...
Ответ, признаюсь, меня немало озадачил:
- Станция способна защитить себя сама.
- Каким образом?
- Волгодонская АЭС настолько хорошо спроектирована, что уже самой конструкцией предусмотрены многочисленные блокировки, страхующие от разного рода ЧП.
Видя, что дотошного журналиста общие слова не убеждают, расшифровку высказанного тезиса Хожаков начинает с перечисления внешних угроз. Допустим, что по какой-то причине вовремя и точно не сработали структуры ПВО. Надежность гермооболочки станции такова, что она способна выдержать прямое попадание крылатой ракеты и падение на крышу АЭС самолета.
- А землетрясение? - развиваю я тему, имея в виду то, что хитроумные злоумышленники способны организовать взрыв где-нибудь вблизи объекта.
- Прочность конструкций реакторной установки рассчитана на 9-балльные толчки.
И все же после московских событий очень много говорят о возможности ядерного шантажа. Иными словами, возможен ли второй Чернобыль? В поисках ответов на этот вопрос беседую со многими специалистами станции. В один голос они говорили о том, что такое практически невозможно. Как известно, в том типе реактора, что установлен на Чернобыльской АЭС, в качестве замедлителя использовался графит. Разогретый до температуры горения, он превратил четвертый блок в своеобразный горящий горн, который в течение многих дней извергал в окружающую среду радиоактивные вещества. На Волгодонской же АЭС, как ныне на многих других в нашей стране, установлен реактор совсем иного типа, водо-водяной (ВВР). Графитовых стержней там нет, а в качестве и теплоносителя, и замедлителя используется вода.
- Случись (не дай Бог, разумеется!) что-либо с реакторной установкой, - объяснили мне руководители станции, - вода вытечет, и реакция сама собой прекратится. А прекратившись, уже не возобновится. Если реактор по какой-либо причине выйдет из строя, это вовсе не означает его разрушения. Скажем, отказал насос, не открылся или не закрылся, как полагается, какой-либо клапан, начинают срабатывать системы безопасности, которые спроектированы по принципу глубокого эшелонирования. "На каждое, даже небольшое ЧП, - своя система защиты. Все они способны сработать одна за другой, а всего таковых 26, - объясняет Владимир Хожаков. - Не случайно половина стоимости атомной станции - это затраты на ее систему безопасности".
- Я понимаю, что вновь задаю вопрос из области теории, но все же, если каким-либо фанатикам удастся вывести из строя реакторную установку, каковы при этом возникшие угрозы людям и окружающей среде?
- Во-первых, герметичная оболочка станции выдержит все, что выйдет за пределы первого контура. Во-вторых, если допустить, что выброс все же произойдет, то он будет (опять же вследствие конструктивных особенностей станции) не больше 0,3 процента от содержимого гермооболочки. Это означает, что воздействию вредных веществ может быть подвержена территория в радиусе не более 4,5 - 5,5 километра. В указанном радиусе на территории Ростовской области расположены два хутора - Подгоринский и Харсеев. В первом - около ста жителей, второй заселен в основном летом - дачниками. Оттуда по инструкции после аварии должны быть отселены дети и беременные женщины. Для других категорий населения концентрация вредных веществ практически безопасна, - поясняет мой собеседник. - Но и тот выброс, о котором я говорю, возможен в случае запроектной аварии третьего типа - наиболее тяжелой из всех описанных в инструкциях. Имеется в виду разрыв одной из петель трубопровода и отказ одновременно всех систем безопасности, что, повторяю, возможно лишь в теории.
- Так что с точки зрения создания радиологической угрозы на территории Ростовской области и в прилегающей зоне боевикам на станции делать нечего, - заключает заместитель начальника информационного центра АЭС.
О "возможности" проскользнуть на станцию, имея при себе нечто недозволенное, на мой взгляд, красноречиво свидетельствует следующий эпизод. Буквально на днях на одного из сотрудников чутко среагировала "рамка" у входа на АЭС, подобная тем, что установлены в аэропортах. Бдительные охранники извлекли из кармана задержанного... канцелярскую скрепку.
МНЕНИЕ СПЕЦИАЛИСТОВ
Прокомментировать угрозы чеченских боевиков, прозвучавшие в Копенгагене из уст масхадовского эмиссара Ахмеда Закаева, заявившего, что после провалившегося теракта в Москве следует ожидать нападения чеченских террористов на ядерные объекты России, корреспондент "Труда" попросил специалистов в области ядерной безопасности.
Бывший заместитель министра по атомной энергии РФ Виктор РОМАШИН, отвечавший за вопросы безопасности на АЭС, следующим образом отреагировал на эти слова террориста:
- Это заявление нельзя рассматривать иначе, как самый настоящий бред человека, больного паранойей. Он слишком много себе возомнил о возможностях бандитов. Если он решил, что атомные станции России устроены и охраняются так же безалаберно, как театральные центры, то глубоко ошибается. Я не собираюсь обсуждать эту тему публично по понятным соображениям. Хочу только предупредить: на территории, прилегающей к АЭС, с террористами никто не будет церемониться. Здесь наши службы безопасности работают только на уничтожение бандитов.
Председатель Высшего экологического совета Госдумы Роберт НИГМАТУЛИН, с которым мы связались по телефону в Уфе, по поводу заявления уже арестованного по требованию российских властей террориста ответил следующим образом:
- Атомные электростанции России действительно охраняются в таком режиме, что подступиться к ним практически невозможно. Однако события в Москве с захватом заложников показывают, что любая угроза бандитов должна рассматриваться властями самым серьезным образом. Специальные службы должны быть готовы к любому, даже самому страшному повороту событий. В вопросах борьбы с терроризмом никакой, даже самый выдающийся успех силовых структур не может служить расслаблением. Не думаю, что бандиты смогут реализовать свои ядерные угрозы, но не учитывать существующей опасности нельзя ни в коем случае.
- И все-таки, если гипотетически предположить, что бандитам, не дай Бог, удалось захватить одну из наших АЭС...
- Такое, повторяю, даже представить невозможно. На режимных объектах, включая АЭС, организация вопросов безопасности устроена весьма жестко и надежно.
- Кроме атомных станций, в стране насчитывается более двух десятков исследовательских реакторов. Могут ли они представлять соизмеримую с АЭС опасность и так ли хорошо они охраняются?
- К исследовательским реакторам применяются все те же меры безопасности, что и к АЭС. Хотя по мощности и степени опасности их, конечно же, нельзя сравнивать с АЭС.
- Из каких источников финансируются вопросы безопасности на АЭС и достаточно ли денег выделяется на эти нужды?
- Охрана атомных станций финансируется за счет средств самих АЭС, когда речь идет о деятельности службы безопасности станций. Финансирование подразделений внутренних войск, привлекаемых для охраны АЭС, осуществляется за счет бюджетных средств, выделяемых на нужды этого рода войск. Насколько мне известно, недостатка в средствах, выделяемых на обеспечение безопасности станций, прежде не возникало.
- Какие еще объекты в стране можно отнести к категории ядерноопасных?
- Прежде всего это предприятия Минатома России, занятые производством топлива для атомных станций. В вопросах безопасности такие объекты приравнены к атомным станциям. Военные объекты по линии Минобороны РФ охраняются силами спецподразделений. Ничего больше добавить не могу.
- Правда ли, что наши АЭС окружены по периметру полями минных заграждений?
- Это все выдумки. Нигде в мире, в том числе и у нас, минные поля не используются в качестве защиты от террористов. На самом деле практикой охраны АЭС наработано столько способов и степеней защиты от возможной угрозы, что такой крайней мерой никто никогда не пользовался. Однако бдительность и осторожность в условиях повышенной активности террористов нельзя терять ни в коем случае. Это касается не только безопасности наших АЭС, но и других объектов, доступ к которым закрыть невозможно в силу их гражданского назначения.
Генеральный директор Института НИКИЭТ им. Н.А.Доллежаля Борис ГАБАРАЕВ:
- Для каждого директора АЭС или института, где имеется исследовательский реактор, обеспечение безопасности всегда было задачей, важнее которой просто нет. Но сегодня законодатели могут создать условия, при которых этот принцип будет поставлен под сомнение.
Безопасность на ядерных объектах, как известно, требует затрат - и немалых. А сейчас в Думе обсуждается новый федеральный закон о госпредприятиях, где черным по белому записано: самое главное для всякого руководителя, назначенного управлять госсобственностью, - получение прибыли. Нет дохода или он меньше, чем хотели чиновники, - это повод, чтобы директора уволить, а предприятие выставить на аукцион. Такой подход можно понять, если предприятие со своей продукцией выходит на рынок. Но десятки институтов, занимающихся ядерными исследованиями, не торгуют, а выполняют госзаказ. Государство из бюджета выделяет деньги на исследования или оборонный заказ, утверждает смету, затем закупает готовую продукцию по ценам, которые само устанавливает. Если завтра чиновник от имени все того же государства потребует получить доход и перечислить деньги в тот же бюджет, то правомерно спросить: а откуда, собственно, может взяться прибыль? Только за счет сокращения затрат. А проще всего сэкономить на том, что не относится к производству. Страшно сказать, но под эту категорию как раз подпадает обеспечение безопасности.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13699

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...