Труд: АНДРЕЙ СЕЛЬЦОВСКИЙ: "МЫ СРАЖАЕМСЯ ЗА КАЖДЫЙ ВЗДОХ"

Главная Жизнь 01:01 01 Ноября 2002 222

АНДРЕЙ СЕЛЬЦОВСКИЙ: "МЫ СРАЖАЕМСЯ ЗА КАЖДЫЙ ВЗДОХ"

На базе 13-й городской больницы открылся амбулаторный реабилитационный центр. Сюда уже после выписки из больницы за консультациями могут обращаться все, кто пострадал в результате теракта.

Коптелова Наталия

Напечатать

Врачи знали: что бы ни произошло в зрительном зале ДК "Московский подшипник", как бы ни разворачивались события - последними, кто встанет на границе "жизнь-смерть" будут именно они. Как медики справились со своей задачей, все ли они сделали для спасения людей? На этот и другие вопросы отвечает руководитель Комитета здравоохранения Москвы Андрей СЕЛЬЦОВСКИЙ.
- Мы подготовили к приему 17 лечебных учреждений. В них работают специалисты высочайшего класса. Мы консультируемся с известными реаниматологами и токсикологами, привлекаем профессоров, отменных докторов.
- Да, известно, что на прием были подготовлены многопрофильные городские клинические больницы, общая численность больничных коек составила порядка тысячи.
- Разумеется, после уточнения общей и оперативной медицинской обстановки и по согласованию с городским штабом по ликвидации чрезвычайной ситуации было принято решение об эвакуации пациентов госпиталя для инвалидов войн, находящегося вблизи от ДК. И 515 человек из госпиталя ветеранов войны N 1 были переведены в другие городские больницы, ухудшения их состояния не отмечалось.
Удивительно другое: бытует мнение, что у нас, медиков, чего-то не хватает для бывших заложников. Это неверно. Конечно, мы готовились. Но не думали, что будет такое количество пострадавших, нуждающихся в медицинской помощи. Поэтому мы дополнительно отвезли в больницы, ориентированные на прием людей с улицы Мельникова, на полтора миллиона долларов медикаментов и оборудования. И поставки продолжаются.
Не забывайте, что в этих больницах лежат пациенты, которые поступили туда раньше, в плановом порядке - их что, разве не нужно лечить? И питание требуется для всех, как и лечение.
- Вы сказали, что пострадавших значительно больше, чем было заложников. Вероятно, имеете в виду родственников?
- Без сомнения. Пострадавших, к сожалению, в десятки раз больше. Родственники, знакомые волновались за близких и тоже находились все эти дни в состоянии стресса.
Медиков задействовали с первых минут. Параллельно с оперативным штабом в помещении ПТУ-190 был развернут медицинский пункт, куда обращались родственники заложников. Там оказывали медпомощь две бригады "скорой", две врачебно-сестринские бригады Управления здравоохранения Юго-Восточного административного округа, две бригады психологов, а также сотрудники Центра экстренной медицинской помощи. Работали круглые сутки.
Разумеется, говорить о героизме медиков не приходится - такую они уж выбрали работу. Но в данном случае определенная доля самоотверженности всеми службами были проявлена.
- Сейчас то здесь, то там можно услышать, что врачи получили неполную информацию и это стало причиной гибели людей...
- Знаете, я тоже читаю газеты, но готов повторить еще раз: в чистом виде от применения таких средств не погибают. Созданные террористами жестокие условия - вот что стало первопричиной. Я, разумеется, не говорю о людях, которые погибли от огнестрельных ранений - одна девушка до штурма и мужчина с черепно-мозговой проникающей травмой. Эти данные известны. Но давайте еще раз объясним, что же происходит с человеческим организмом, подверженным стрессу. Вам приходилось сидеть на совещании или заседании кряду часов пять? От чего вы больше всего устаете?
- От пустой болтовни...
- Ну, это ясно. А еще?
- От отсутствия движений...
- Гиподинамия - так это называется. Теперь представьте, что в десять раз больше времени - почти трое суток - люди провели без движения, согнувшись. И в постоянном страхе. Без воды, без пищи - за все время заложники выпили лишь по пол-литра жидкости.
А среди зрителей находились хронические больные: люди с сердечно-сосудистыми заболеваниями, астматики, диабетики. Разумеется, на таком фоне обострится любая болезнь.
Родственники и близкие заложников находились в социальном центре, организованном первым заместителем мэра Людмилой Ивановной Швецовой. В центре составлялись списки заложников, люди передавали записки с указанием фамилий захваченных и заболеваний, которым они подвержены, чтобы тех смогли поддержать медикаментозно.
И родственники, и близкие, и друзья были буквально истерзаны горем. И с ними тоже пришлось работать врачам-психологам.
Вот почему я говорю о том, что количество пострадавших от стресса огромное. На базе 13-й городской клинической больницы открылся амбулаторный реабилитационный центр, куда смогут обращаться все без исключения. Он будет действовать до тех пор, пока эта ситуация не будет разрешена окончательно. Потребуется, он будет работать месяц или год - мы не лимитированы во времени. Главное, чтобы поправились люди, пережившие шок. Напомню, что в "скорой" не было зафиксировано ни одной смерти. Да, привозили несколько агонизирующих человек, но согласитесь, что эти дни можно сравнить с военными. Мы все скорбим по погибшим - это горе, трагедия, но войны без потерь не бывает. А это война, война с террором.
Не следует огульно обвинять медицину. Ведь в живых остались почти 700 человек, и в этом заслуга врачей, а не их промах.
Еще раз хочу обратить внимание всех, кто сумел пережить эти страшные дни: будьте внимательны к себе. Не отмахивайтесь от покалывания в сердце, от непривычной для вас головной боли, боли в спине или в легких. Никакого самолечения - для этого существуют специалисты.
Телефон "горячей линии" Комитета здравоохранения 251-45-03.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13813

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...