Труд: КАМЕНЩИКИ НЕ ВОЮЮТ

Главная Жизнь 01:01 02 Ноября 2007 191

КАМЕНЩИКИ НЕ ВОЮЮТ

Вчера в Курдской провинции Турции опять шли бои. Конфликт между турками и курдами не гаснет, льется кровь. Все это - за тысячи километров от нас. Но есть люди, которые ждут новостей об этом не из любопытства. Тысячи курдов, проживающих в России, восприним

Хлыстун Виктор

Напечатать

ТРЕТЬЯ РОДИНА
Прошу таксиста отвезти меня в поселок Строитель, где базируется штаб курдской диаспоры. В Тамбовской области курды не проживают компактно. Они разбросаны по городам и весям. Где точно? Об этом могут знать руководители диаспоры. Так и есть. После короткого разговора меня везут за город, и через полчаса я уже беседую с завхозом загородного кафе "Караван" Сергеем Тамряном. Его отношение к боевым действиям имеет давние и, можно сказать, исторические корни:
- Как же я могу не переживать происходящее, если в Курдистане до сих пор живут родственники? Мой дед Сивдин бежал от турков еще в 1915 году, когда они устроили геноцид над армянами и курдами. Дома, скарб пришлось бросить и податься в Армению. Но уйти смогли не все, многие остались. Да и моим родственникам пришлось несладко. На них свалилась новая беда. В начале 90-х Армения начала воевать с Азербайджаном, и курдов вынудили снова бежать. Так и я оказался на Тамбовщине. Она стала для меня третьей родиной.
- Русский язык, смотрю, тебя не подводит - почти без акцента говоришь.
- А дети разговаривают еще лучше. Они в русскую школу ходят, ниже "пятерок" оценки не получают. А как иначе? Мы теперь россияне, и дальше нам бежать некуда. Но курдский язык мы тоже не забываем. Дома на нем разговариваем, поговаривают, что наша диаспора хочет организовать воскресную школу, чтобы ребятишки учились еще и курдской грамоте. Это очень хорошо. В Турции такого нет. Там курдам запрещено общаться на родном языке, соблюдать свои обычаи...
- Я слышал, что вы запрещаете своим женам работать. Это обычай?
- Да нет. Хочет - пусть работает. Но если ты мужик, то должен обеспечивать семью и защищать ее. Иначе какой же ты мужчина - одно название. Кстати, я думаю, что именно желание защитить свои дома, семьи, своих детей движет курдами, которые сейчас яростно сопротивляются в горах Курдистана. И ничего у турков не выйдет - курды не покорятся им. Жалко только, людей много гибнет. Надо остановить это безумие.
- Каким образом? Что, Сергей, ты лично можешь сделать? Купить автомат и отправиться в "горячую точку"?
- С оружием не пойду. Но хочу, чтобы мой протест услышали. Вот ты напишешь, что я думаю, а российское правительство узнает и учтет мое настроение. Разве это не помощь?! А если сотни, тысячи людей выскажут свой гнев, разве не одумается турецкое руководство?! Только курдов в России 700 тысяч.
Такого простого решения международной проблемы я не ожидал и перевел разговор опять на семью:
- Жена у тебя, выходит, дома сидит, детей воспитывает? Как ее зовут?
- Наринэ. Звонил сейчас, хотел предупредить, чтобы к встрече гостей приготовилась, не поднимает телефон. Почему? Обижается на меня. За что? Ни за что. Жены - они ведь как гаишники, всегда найдут, к чему придраться, но это неважно - гостям она будет рада всегда - таков наш обычай.
НЕОФИЦИАЛЬНАЯ КАЛИТКА
Сергей Черкасов, главный инженер предприятия, встречает меня с мамой - Софией Адольфовной. Они открывают калитку, ведущую к соседям-курдам:
- Внутреннее сообщение - только для нас. А вход с улицы к соседям - для официальных гостей, - рассказывает Сергей, а мама добавляет: - Мы с соседкой, ее зовут Хайлаз, любим цветы, нам всегда есть о чем поговорить за чашкой кофе.
Хайлаз радуется гостям, проходите. Дорожку обступают цветы. Есть такие, которые я сроду не видел. Красиво. Кто еще проживает на улице Астраханская? Справа - русский бизнесмен. Его дом из красного кирпича бросается в глаза. Как складываются отношения? Богатый бизнесмен от вас не отгораживается? Ладите?
- А иначе как? Ведь нет слова "злососедские" отношения - только добрососедские, - философствует Сергей. - Мы сотрудничаем. Вот не было канализации, так русский бизнесмен помог провести. Теперь все на нашей улице пользуются.
Событиями в Курдистане возмущаются хором. София Адольфовна замечает:
- Я пережила войну, настрадалась. Никому такого не пожелаю.
ЗАХОДИ, ГОСТЕМ БУДЕШЬ
Семья Пчелинцевых живет в поселке Новый под Тамбовом, на улице Трудовая. К ним сваливаюсь, как снег на голову. Татьяна конфузится, когда завожу разговор о бедственном положении курдов в Турции:
- Я политикой не интересуюсь, люблю сериалы... Как мы уживаемся с курдами-соседями? А пойдемте к Люсе - сами поймете. Предупредить? Зачем?! У курдов не заведено предупреждать, когда идешь в гости.
Мужья Татьяны и Люсинэ каменщики - Андрей и Мамико. У каждого своя бригада. С Мамико трудится еще один курд, остальные русские. Состав коллектива Андрея тоже многонациональный. Работы много: на Тамбовщине строительный бум, каменщики нарасхват. Задаю Люсинэ "провокационный" вопрос: вам русские, мол, не надоели? Та улыбается:
- Надоели! То моих ребятишек, а их четверо, в школу отвезут, то в гости пригласят, то Татьяна с детьми посидит, понянчится, когда я в город уеду, то в церковь свечки поставить вместе поедем... Мы же все здесь как одна семья. У нас дел много - ссориться некогда.
- Ну а мужа, не дай Бог, конечно, отпустите в Курдистан защищать историческую родину?
- Он же каменщик, а каменщики не воюют. Они строят.
У работницы местного сельсовета Надежды Агеевой уточняю на всякий случай, возникают ли проблемы на национальной почве?
- Сколько здесь живу - не слышала. С теми, кто злоупотребляет спиртным, - одни проблемы. Но среди курдов таких нет. Вот бы нашим-то мужикам брать с них пример.
Долго еще хожу из дома в дом. Вижу собственными глазами, как мирно и уютно уживаются здесь простые люди - армяне, курды, русские, украинцы... Строятся, заводят хозяйство, помогают друг другу, делятся радостями и бедами, содержат в порядке дома и улицы. Поселок, вправду, удивляет своей чистотой и опрятностью: мало встретишь таких сел, где окурок бросить под ноги неловко. А ведь здесь не так давно был пустырь и грязь по колено. Но приехали работящие люди. Важно ли, какой они были национальности?
- Когда мы строили домик, - рассказывает Евгения Забуга, что живет рядом с Люсинэ, то, не скрою, были некоторые опасения на счет соседства с "нерусскими". Но они сразу прошли: очень дружелюбно нас встретили. Тогда многие строились. Грязь непролазная. Мы до асфальта, чтобы в город съездить, в сапогах топали. И оставляли их у дороги. Так никто не позарился на чужую обувь, она у нас как бы общая была. Дошел до дороги, поставил в сторонку. Другой возьмет и также поставит. Ни один сапог не пропал. Такая атмосфера напомнила Камчатку, где мы с мужем работали. Там отношения между людьми теплее некуда. Поэтому, наверное, многие северяне, приезжая на Большую землю, сильно грустят по ним. А я - нет. И здесь чувствую себя комфортно. Семья? Дочка Аня с мужем Димой уехали на Камчатку. Но мы уже им купили участок - вон там. Отслужит Дима, построим дом и будем жить рядом.
ДАЙТЕ МНЕ 30 МИЛЛИОНОВ
Фермер из Мичуринска Бимбаш Набоян был старшиной в Советской армии. Служил на Байконуре. По жизни уважает дисциплину и спокойствие. Однако, когда заговорили о его соплеменниках в Турции, он встрепенулся: да я бы сам... Но тут же замолчал. Успокоившись, начал рассуждать:
- Может, молодые курды, которые живут в других странах (нас ведь по всей земле разбросало), поехали бы, но наши, российские, вряд ли. Да и не надо это. Мне кажется, в мире найдутся силы, которые смогут остановить кровопролитие. Что же касается меня, то если российское правительство решит оказать, например, гуманитарную помощь Курдистану, то я в стороне не останусь. Думаю, что и мои многочисленные русские друзья откликнутся на беду. Но сына своего на войну я ни за что не отпущу. Он здесь нужен.
У Бимбаша три сына. Двое учатся в университете, третий, Алик, - в 10-м классе. Боксер. Грамоту недавно получил - чемпион центрального региона.
- Он и меня уложит, - улыбается Бимбаш. - Но я держу своих ребят в строгости. Парни горячие - надо. Как? Очень просто: заставлять побольше работать с малых лет, чтобы глупые мысли в бошку не лезли, и почитать старших - вот и все.
Несколько лет назад Бимбаш взял в аренду пустующие земли (около 100 гектаров) развалившегося колхоза и организовал ферму. Первым делом пригласил православного батюшку, чтобы он освятил новое производство. Теперь семья Набоянов при деле - семейный подряд. 100 коров, 500 овец - за ними уход нужен, работа найдется и для старого, и для малого.
- Расширять хозяйство не думаешь?
- Мы могли бы содержать 5 - 10 тысяч коров, да денег нет. Сколько надо? Для начала - 30 миллионов.
- Почему кредит не берешь?
- Много волокиты. Попытался собрать бумаги - терпения не хватило. Решил: раз семью прокормить и так могу, то спешить не буду.
- У богатых земляков денег попросить не пробовал?
- Это мысль.
- А с мужиками из соседней Липовки дружишь?
- Как тебе сказать? Пьют они. Вчера насыпь мы делали, чтобы в Липовку хоть пройти можно было. Так помочь нам гравий разгребать пришли только две женщины, а мужики - нет. С ними каши не сваришь. Но не все такие. Есть очень работящие. С ними я дружу.
Только отъехали с фермы, нашу машину затормозил гаишник - русский. Бимбаш подошел к нему. Возвратился и со смехом рассказывает:
- Баранами предлагает поменяться. Я не против. Какими баранами? Отец у него тоже овец держит. Чтобы приплод был здоровым, надо, чтобы бараны были из другого стада, а не из своего. У них, у овец, оказывается, тоже нельзя, чтобы брачные союзы между родственниками заключались. Плохое потомство будет...
ТУРКИ И КУРДЫ ВОЮЮТ ДАЖЕ В ГЕРМАНИИ
В Германии обостряется ситуация с выходцами из Турции. На днях в Берлине полиция разогнала демонстрацию турок, которые вышли на улицы немецкой столицы с призывами к примирению между турками и курдами.
Поначалу мирное шествие почти 2 тысяч человек превратилось в самое настоящее побоище. Агрессивные демонстранты начали закидывать полицейских бутылками и камнями. Звучали призывы громить Курдский культурный центр. В результате 18 стражей правопорядка получили ранения, а 15 манифестантов арестованы. Пока неизвестно, кто именно спровоцировал беспорядки. Руководитель берлинского подразделения агентства внутренней безопасности Клаудиа Шмидт сказала, что зачинщиками могли стать члены группировок турецких националистов. По ее словам, в столкновениях участвовала и местная молодежь.
Это уже далеко не первое проявление экстремизма, связанного с курдской проблемой. Так, летом этого года в Бранденбурге бритоголовыми был жестоко избит спикер Левой партии-ПДС Гиязеттин Сайан. Преступники нанесли политику курдского происхождение многочисленные травмы, с сотрясением мозга он был доставлен в больницу.
Кстати, по официальным данным, в этой стране проживает более 4 миллионов мигрантов из Турции - турков и курдов.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13808

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...