Дорогу, что идет наверх, где остановилась лавина, пытаются теперь расчистить. Впереди два мощных бульдозера "камацу" стальными ножами пробивают трассу в толще черного, вонючего ила и камней, перемешанных со сломанными деревьями.
Сам ледник начинается выше, за поворотом, где соединяются Кобанское и Кармадонское ущелья. Здесь же, в километрах семи от села Гизель, только селевое болото, которое горный обвал тащил, издыхая, перед собой. Работа у механизаторов-дорожников чрезвычайно опасная. Можно попасть в топкую ловушку, и тогда никакие силы "камацу" не помогут. Или есть шанс сорваться в яму, перевернуться.
Бульдозер Зелина Габараева крутится на пятачке, где еще недавно был мост через реку Гизельдон. Слева и справа трехметровый обрыв. Но его не видно, потому как все затянуто грязью.
На крыше машины примостился, закрепившись за металлический поручень страховочным тросом, спасатель из Северо-Приэльбрусской поисковой службы Анатолий Морозов.
- Я должен сверху смотреть, не подцепил ли нож бульдозера чей-то труп. Машинист не видит, что у него перед самой машиной. Если нашли тело (как было вчера), ставим вешку и вызываем спасателей на "уазике".
Сама река вдруг стала наполняться водой. Собственно, это и не река ( ее напрочь перегородил ледяной обвал в районе сел Кармадон и Горная Саниба), а поток, порожденный тающим в ущелье ледником-убийцей. Пригрело, и русло начало набухать. Только что расчищенное шоссе теперь заливает вода. Понимаешь, что опасное наводнение, которое способно смести уцелевшие поселки и дома, может начаться в любой момент. Ведь в ущелье сейчас лежат миллионы и миллионы тонн льда и снега. Когда это произойдет и произойдет ли вообще, никто наверняка сказать не может. Такой природной катастрофы в новейшей истории еще не случалось.
К тому же и озеро, образованное в горах ледяным затором, может разом сорваться вниз. И как поведет себя в этом случае оставшаяся на горе Джирах масса ледника Колка, тоже загадка. Не исключено, что он повторно сорвется. На всякий случай по ущелью выставлены посты наблюдения - чтобы предупредить о ЧП тех, кто работает и живет внизу.
- Сигнал опасности, рассказывает Анатолий - красные ракеты. Потому все время смотрю не только вниз, но и в горы.
А вот жители села Гизель, что в самом низу ущелья, для себя многие вопросы уже решили. Всех детей, стариков вывезли от греха подальше - во Владикавказ. Закрыли школу, интернат при ней. Село опустело.
- Если пойдет ледник, - учит меня Анатолий, - надо бежать и как можно быстрее вверх по горе. Смертельно опасен не только сам обвал. Перед ледником, как сейчас и было, метрах в трехстах идет мощнейшая ударная волна - сносит людей, как пушинки, в щепки разметает постройки, корежит, разбивает машины. И тоннель не спасает. Ледник, как жернова, перемалывает тела людей превращая их в гуттаперчевые куклы. Мы находили людей без рук и ног, оторванные головы. Причем и тех, кто находился в момент катастрофы за двадцать километров отсюда.
Шансов спастись практически не было ни у кого. К тому же люди из ближайших к ущелью сел, с кем мне довелось говорить, и не понимали, что происходит. Одним казалось: летят самолеты, другим - поехали танки, третьим, что началась стрельба... Мало было осознать случившееся, надо было еще забежать в гору на сто - триста метров...
- Сергей Бодров со съемочной группой, - продолжает Анатолий, - находился в те страшные мгновения, видимо, на том месте, куда упала вся ледяная махина...
* * *
Алан Бетрозов сидел в кабине "Газели", когда услышал далекий грохот. И решил умчаться вперед. В считанные секунды его догнал селевой поток...
- Сейчас он после операции находится у нас в реанимационном отделении, - рассказывает доктор Центральной клинической больницы Владикавказа Марат Дзуцев. - Он поступил в пятницу в 23.30. Был еще в сознании. Многочисленные ушибы, раны на голове. Весь в грязи. Сейчас состояние стабильно тяжелое. Но будет все нормально.
Батырбек Цгоев чудом уцелел. Сам он из села Гизель. Приехал к месту работы - он сторожил доломитовый карьер в Кармадонском ущелье - рано утром в четверг. Ледник прошел в стороне. Батырбек, по его словам, слышал только "какой-то грохот". Вышел из строительного вагончика, пытаясь понять, что происходит. Увидел, как "гигантские тени" от Кармадона пронеслись вниз. Полчаса простоял в тишине и пошел спать.
- Утром я ничего такого особенного не увидел: ущелье-то было дальше, за лесом. Сменщик не подъехал, и я решил в восемь утра идти к большой дороге по боковому тоннелю. Он начинается у карьера, а кончается в ущелье. Длина его метров 900. В тоннеле темно, ничего не видно, холодно. Поначалу все было нормально, сухо, а потом, метров через двести я попал в какую-то стылую грязь. Даже не понял, что это такое. И все-таки решил пробираться дальше, пока не застрял окончательно. Стал выбираться назад - ничего не получается. Откапываю руками одну ногу, тонет другая. Брюки промокли, напитались грязью, отяжелели, в тоннеле я их и потерял. До двух ночи выбирался. Страшно озяб, ноги обморозил. Вышел к вагончику, переоделся в запасную одежду. Разжег костер, чтобы немного согреться. А в Гизель-то не пройти. Только если через горы. А это 4-5 километров, идти суток двое. Да и куда мне подниматься - сердце больное. И ноги перестали слушаться. Вертолеты начали летать. Я взял палку, намотал на нее красную рубашку и начал размахивать. Через несколько часов рядом завис вертолет, двое спасателей потащили меня на руках к машине, подняли по веревочной лестнице... Тогда я и узнал, что сошел ледник.
А возле дома ошалевшего Батырбека ждала вся улица. И, конечно, нечаявшая увидеть супруга Ольга. Сейчас сторож потихонечку приходит в себя: " Вот только давление поднялось да простудился крепко..." Но главное - жив...
15:58
ВИНК знает цену бензина
09:26
Друг северного человека
