Труд: УЕЗДНЫЙ ХИРУРГ

Главная Жизнь 01:01 04 Апреля 2002 147

УЕЗДНЫЙ ХИРУРГ

В свои семьдесят Станислав Иванович Жила еще практикует в больнице рабочего микрорайона Вологды. Советует молодым коллегам рассматривать любой случай как чрезвычайный и не спешить с выпиской травмированных. Иначе они могут остаться калеками на всю жизнь.

Дунаева Мелания

Напечатать

В начале 60-х Жила заведовал городским травматологическим отделением. По утрам, как обычно, осматривал "новеньких". У мужчины, который лежал на раскладушке в коридоре (мест всегда не хватало), была повреждена правая рука: безжизненно свисала кисть, не сгибались пальцы. Дежурившие накануне вечером доктора сшили порезанную кожу, не обратив внимания на то, что порваны и сухожилия. Ошибка могла дорого стоить больному, поэтому Жила решил, что нужно новое безотлагательное вмешательство. Заведующий сам провел повторную операцию. И держал больного в стационаре до тех пор, покуда кисть не стала "подавать признаки жизни".
- Пациент был маленький, тихонький. Кажется, никто к нему не приходил, - вспоминал недавно Станислав Иванович. - Больной называл себя Николаем Рубцовым...
Да, это был тот самый Рубцов, поэтическая звезда которого только всходила на литературном небосводе. Современные биографы как-то упустили "больничный" эпизод в жизни поэта, тем более ни разу не сказали доброго слова о докторе, спасшем Николая Михайловича от инвалидности. Сам же пострадавший запомнил надолго своего спасителя. " Врач Жила мне сделал операцию, выходил меня, - говорил Рубцов своей знакомой. - Я даже стихи в стенгазету написал. Ну, вроде благодарности..."
Про стихи Станислав Иванович не помнит. Да и самого Рубцова, может быть, забыл бы, если бы не его тяжелый случай. А вот Виктора Петровича Астафьева запомнил. Его всегда приводил главный врач и ждал, пока Жила обработает фурункул на руке у писателя, уже тогда известного всему миру. Не контроля ради томился - того требовал этикет. И то сказать, не в каждую лечебницу мог прийти такой авторитет! Да ведь и не каждому хирургу его доверили бы!
...Зарабатывать признание после Архангельского медицинского института Станислав Иванович начал в далеком от Вологды Вожегодском районе. Был одновременно хирургом на многие десятки окрестных деревень, акушером-гинекологом на два родильных дома. В двадцать с небольшим лет удивлял коллег. Как-то женщину искромсал ножом незнакомец. Несчастная собрала в платок выпавшие из глубоких ран на животе внутренности... вместе с опавшими листьями. Выползла к прохожим. Привезли ее в больницу. А там - явный недокомплект медперсонала - в отпуске люди. Впервые молодой хирург Жила оказался в такой ситуации: случай тяжелый, ни ассистента, ни операционной медсестры нет. Поставил рядом двух молоденьких медсестричек, за которыми постоянно приглядывал. И спасли несчастную! Более того, никаких осложнений не случилось, хотя страшно даже подумать - брюшина с осенними листьями вперемешку.
Тогда медики между собой много говорили про этот случай. Фамилию Жила по-хорошему склоняли и в административных инстанциях. Например, он как районный хирург боролся за снижение сельскохозяйственного и лесопромышленного травматизма, оказание скорой медицинской помощи при несчастных случаях. Для оперативности не хватало... воздушного средства передвижения. Написал про это в одну из центральных газет. В результате в санитарной авиации области появился первый вертолет.
В свободное время иногда заглядывал на танцы. Там однажды познакомился с хорошенькой девушкой Надей. Познакомились, а вот потанцевать не успели - парня вызвали к больному!
Потом случайно встретились в поезде, затем в Вологде, куда Станислава Ивановича перевели ординатором в хирургическое отделение Первой вологодской больницы. Надежда Даниловна училась на преподавателя немецкого языка. Их романтические встречи продолжались на симфонических концертах, в парках и садах тихого провинциального городка...
Когда поженились, работа у Станислава Ивановича все равно занимала все "призовые места". Справлялся на основном месте и дежурил на станции "Скорой помощи". Из воспоминаний не делает трагедии, мол, мало платили, приходилось терпеливо и интересно работать.
Получив специализацию в Москве, становится травматологом. "Вырос" до заведующего отделением, заместителя главного врача в своей больнице. Выйдя не пенсию, как бы вернулся на круги своя... Правда, место работы поменял, выбрал, как ему кажется, более удобное - поближе к дому, на окраине города. Но и здесь Жилу находят люди, доверяющие его опыту. Один пациент многие месяцы маялся болями в стопе. Бывал у многих специалистов. Ему предлагали на месяц заковать ногу в гипс. Станислав Иванович попросил его пройтись и... посоветовал купить обувь на самом высоком каблуке. На третий день боль как рукой сняло.
Требует Станислав Иванович, чтобы дома у него, как и в операционной, все было под руками. Не на месте, а именно под руками.
Таким же стал его сын. Построил кирпичный гараж, поменял сантехнику в доме. В профессии пошел дальше отца. Сейчас, честно сказать, Станислава Ивановича чаще вспоминают как отца Сергея Станиславовича Жила. Пришел его черед удивлять земляков.
Два года назад в Вологде рассказывали удивительную историю. Какому-то матросу оторвало ногу. Она упала в воду, но ее выловили и прямо в обуви привезли в травматологическое отделение вслед за пострадавшим, пришивайте, мол, если выловили. Хирург Жила (уже Сергей Станиславович) под микроскопом четыре раза и по нескольку часов сшивал человеческие части. Сшил! Сейчас можно сказать, что удачно, хотя кости срастаются не так быстро, как хотелось бы. В другом случае пришил кисть руки женщине. Сын Станислава Ивановича настолько хорошо овладел микрохирургией, что для него привычным делом стало пришить, скажем, палец.
А "предков" догоняет еще один Жила - сын Сергея Станиславовича и внук Станислава Ивановича. Специально поступил в химико-биологический класс, чтобы по окончании без колебаний выбрать медицинский вуз.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13617

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...