Труд: Людмила Касаткина: "Когда я просила милостыню - поняла, как трудно протянуть за ней руку"

Главная Жизнь 01:01 04 Июня 2009 2394

Людмила Касаткина: "Когда я просила милостыню - поняла, как трудно протянуть за ней руку"

В этом году картине "Укротительница тигров" исполняется 55 лет. Людмила Касаткина, исполнившая главную роль в фильме, - актриса удивительного постоянства. Она всегда была верна одному театру - театру Советской армии. В ее жизни был один- единственный мужч

Федорова Анна

Напечатать

- Людмила Ивановна, вы выглядите так же молодо, как и ваша героиня Леночка Воронцова на пленке фильма "Укротительница тигров". И голос совсем не изменился. В чем секрет вашей молодости?

- Смотрите - нет ни одного шрама на лице и шее: ничего нигде не резала, не подтягивала и не буду резать. Голос - природой подарен. Что касается его молодого звучания или даже почти детского, оно такое, наверное, потому, что я очень люблю людей. Мне так интересны люди! Я часто заговариваю с человеком на улице: просто подхожу к нему и спрашиваю что-то незначительное, но делающее его более понятным. А еще у меня есть желание помогать всем, кому это нужно. Вот эти два качества - интерес к людям и готовность помогать им - и делают меня такой.

- Вы любите людей - это для вас самое главное? Или можете назвать еще пять пунктов?

- Знаете, я так не умею - по пунктам. Тем более что хотя мы и произносим слово "любовь", оно в каждом случае отражает совершенно разные чувства. Любовь зрителей дает постоянную, не передаваемую словами радость. Любовь к мужу - это святое. Ее только надо сберечь, сохранить так, чтобы в нем она тоже сохранилась. Мы прожили всю жизнь с Сергеем Николаевичем Колосовым, больше 50 лет. И не стали безразличны или неприятны друг другу, потому что мы сберегли нашу любовь. Что касается театра, до него я пятнадцать лет занималась в балетной школе, много выступала. Так что, когда мне запретили балет, я уже не могла без сцены. Тогда я пошла в Дом пионеров и полтора года училась у Анны Гавриловны Бовшек самому главному - не просто читать стихи или прозу со сцены, а сначала увидеть, потом почувствовать, и только тогда сказать. Что и перенесла на сцену. Так я научилась заражать людей, зрителей, мужа своей любовью к театру, а они отвечают мне взаимностью.

- А студентам вы это свое умение передаете?

- А как же! Мы с Сергеем за три с половиной года подарили театру пятнадцать человек. Самое прекрасное - почувствовать и выбрать одаренность, которую стоит развивать, и, собрав группу, делиться с ними опытом. Кстати, актриса Женя Добровольская - моя ученица. Как-то раз был вечер в Доме кино, и все время свет мигал, то красный, то синий - до помешательства. Я уже хотела уйти, как вдруг кто-то - бац подле меня на пол! Я поворачиваюсь - опущенная женская головка, рыдает: "Людмила Ивановна, это я, Женя. Я несколько лет мечтала встретить вас, чтобы сказать вам, как я живу вашими заповедями, как вспоминаю все ваши требования. Вы были ко мне так придирчивы и требовательны, я смогла оценить это гораздо позже".

- О своих лучших ролях студенческой группе рассказывали?

- Им не надо было рассказывать - они все ходили в кинотеатры на мои фильмы, смотрели спектакли, а потом признавались: "Вы меня так взволновали, что я плакал. И ночью во сне видел". Значит, это его впечатлило действительно. У меня ведь очень разные роли - 61 центральная роль в театре, 28 фильмов. Если "Укротительница тигров" - это комедийная роль, то "Помни имя свое" или "Мать Мария" - драматические. Или Сергей Николаевич Колосов снял по Бертольду Брехту "Дороги Анны Фирлинг". Он пригласил Алексея Рыбникова написать музыку, нас с Арменом Джигарханяном - на главные роли, и пожалуйста - фильм по сей день не найти на прилавках.

- Сергей Николаевич с вами советовался - браться за фильм или не браться?

- Конечно советовался. Ему очень нравилась пьеса "Мамаша Кураж и ее дети", но пришлось слегка ее переделать. Он взялся за этот материал, когда я ему сказала, что больше не хочу играть молодые роли, хочу играть возраст, и чем старше, тем лучше. Потому что эти люди гораздо богаче духовно. Их интересно исследовать, разглядывать. С ними интересно спорить, с ними интересно разговаривать, узнавать, о чем они думают, чем они больны, что их беспокоит.

- Раз уж мы заговорили о возрасте: Вы по сей день на сцене. Как вы считаете, драматический актер должен, что называется, "вовремя уйти" или пусть играет, сколько есть сил?

- Все очень индивидуально: я покончила с молодыми ролями, мне по силам играть возраст. Но считаю, что уходить со сцены надо обязательно, чтобы люди никогда в жизни не подумали: "Ой, она уже не должна играть этот возраст, она уже его давно перешагнула". Вот этого я боялась больше всего, поэтому постаралась уйти от молодых ролей как можно раньше.

- Сейчас наблюдается повальное увлечение американскими фильмами. Во времена вашей молодости заокеанское кино так же сильно привлекало?

- Ох, эта неоткрытая Америка! Она для нас была абсолютно непознанной, поэтому чрезвычайно нас интересовала. Зато теперь Соединенные Штаты для меня совершенно не привлекательны. И фильмы мы смотрели взахлеб. Понимаете, тогда у них, как и у нас, были очень талантливые актеры. Я не могу сказать, чтобы мне нравилась Мэрилин Монро. Все говорили, что она очень красивая, но меня эта холодная красота не трогала. И игра ее оставила меня равнодушной: она совершенно не понимала, что делает. Такой она мне казалась. А вот Одри Хепберн была гениальной актрисой. Но если в кино у них есть запоминающиеся актеры, то с театром просто беда, поэтому таким успехом пользуются гастроли наших театров или музыкантов. Знаете, почему у нас столько талантов? Потому что каждая мать ходила по нашей русской земле, черноземной, порой глинистой или каменистой - любой, и впитывала ее дух.

- Кто же был для вас идеалом, эталоном актерской игры?

- Я очень любила Яничку Жеймо. Но она, к сожалению, мало сыграла, а потом вышла за поляка и уехала в Польшу. Мне было так жалко, что она уехала: в ее игре ощущалась великая трогательность женщины, ее душа.

- Вы считаете, что душа так уж важна?

- Вы знаете, да. Чем добрее душа человека, тем он добрее к людям. Поступки характеризуют человека, определяют свойства твоей души. Как-то раз на проспекте Калинина у магазина косметики я заметила рыдающую женщину. Дело было днем, но все шли мимо, никто не останавливался. Я подошла: "Что с вами? Что случилось?" Она говорит: "У меня вытащили кошелек в магазине. Там были билеты и деньги, а мне надо было сегодня уезжать, я ведь живу не в Москве. Теперь мне не на что купить билет". Рыдает навзрыд. Я думаю: "Господи, как же мне ей помочь?" А я только получила зарплату. Спрашиваю: "Сколько стоят ваши билеты?" - она ответила, что чуть ли не 800 рублей. Но таких денег я не имела, так что могла дать только 300 рублей. Я говорю: "Подождите, мы вам сейчас соберем необходимую сумму". К тому моменту я уже сыграла "Укротительницу тигров" и "Медовый месяц", так что меня узнавали. Я встала и протянула руку. Первый раз в жизни. Я говорила: "Подайте, человеку не на что билет купить, вот она плачет. Подайте, кто сколько может!" И мы набрали за 40 минут нужную сумму. Люди отозвались, но тогда я поняла, как трудно протянуть руку за милостыней. И ведь это еще не для себя. Для себя еще сложнее просить. Но нам надо быть добрыми.

Наше досье

Людмила Касаткина родилась 15 мая 1925 года в маленьком селе под Вязьмой. Училась в Московской оперной студии имени Шацкого на хореографическом отделении. В 1947 году окончила Государственный институт театрального искусства им. Луначарского, была принята в труппу Центрального театра Советской Армии, где работает до сих пор. Среди ее самых известных киноработ - роли в фильмах "Укротительница тигров" (1954), "Укрощение строптивой" (1961), "Вызываем огонь на себя" (1964), "Душечка" (1966), "Операция "Трест" (1967), "Большая перемена" (1972), "Помни имя свое" (1974), "Мать Мария" (1982). Замужем за режиссером Сергеем Колосовым.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 10 Июня 2026 15456

«Не талант, не традиции, не школа - вода. Много воды!»

Эрнст предложил «Ленфильму» покинуть центр Петербурга

Ирина Смирнова

Труд

На завершившемся Петербургском международном экономическом форуме много чего было сказано яркого и судьбоносного, направленного не в будничную хмарь, а к сияющим горизонтам. Однако некоторые дерзкие идеи вызывают...