КРАСИВЫЕ, НО НИКЧЕМНЫЕ МУЖЧИНЫ

Главная Жизнь 01:01 04 Июля 2002 156

"Я люблю тебя, Россия", "Тополя", "Колокольчик", "Нарьян-Мар", "Со вечора, с полуночи", "Гляжу в озера синие"... Эти и еще множество песен из репертуара народной артистки России Екатерины Шавриной сегодня трудно представить в чьем-либо другом исполнении.

Мамедова Майя

Напечатать

- Скажите, а это правда, что ради того, чтобы попасть на сцену, вы перенесли тяжелую операцию?
- И да, и нет. В нашей жизни все или почти все предопределено свыше. Я до 4 лет не могла говорить, были проблемы со слухом. Родители не сразу поняли, в чем дело, что нужна серьезная операция. Вот после той операции меня словно "прорвало": разговаривать и петь я начала почти одновременно. Сейчас порой ловлю себя на мысли, что, наверное, Господь копил во мне энергию, силы, голосом наградил, чтобы позже, когда не станет родителей, я смогла бы заменить их своим сестрам и брату. В 14 лет я прибавила себе годы и устроилась контролером на один из пермских заводов, вечерами подрабатывала уборщицей в Доме культуры. Навела такую чистоту, что фотография моя не сходила с Доски почета.
- А как же пение?
- Я и петь успевала: в трех кружках самодеятельности занималась. Словом, была в Перми известной, образцово-показательной девушкой, без которой не обходился ни один концерт, фестиваль. Понятно, что и на Всероссийский смотр художественной самодеятельности отправили меня. На заключительный концерт приехали члены правительства во главе с Никитой Хрущевым. Накануне отобрали 4 лауреатов поднести высоким гостям цветы. Хрущев "достался" очень красивой доярке, а мне - всего лишь Фурцева. Стою в расстроенных чувствах за кулисами и думаю: "Как же так? Портрет Никиты Сергеевича висит у нас в доме на самом почетном месте, да он мне что отец родной, а букет - незнакомой тетке?" И вдруг слышу, как один из организаторов концерта говорит мне: "Очень ты понравилась Хрущеву, он тебя талантливой девочкой назвал".
Эта фраза положила конец моим сомнениям: как только нас выпустили к правительственной ложе, я сломя голову понеслась к Хрущеву, чуть не сбила женщину, сидящую с ним рядом (это и была Фурцева) и со словами: "Никита Сергеевич, родной вы наш! Спасибо вам за все!" -бросилась ему на шею. Хрущев поднял меня с букетом на руки, поцеловал, но тут его охрана подоспела и оттащила меня от него. Кадр "народной любви к генсеку" попал во все газеты, сделав меня знаменитой на всю страну.
- И вас, конечно, сразу пригласили в столицу?
- Пришел вызов из Всесоюзной творческой мастерской эстрадного искусства. Приехала в Москву, но учиться не смогла: жить было не на что, да и родным надо было помогать. Обила пороги всех концертных организаций, даже в церковный хор просилась. Наконец, пройдя восемь комиссий Министерства культуры РСФСР, поступила "разовиком" в Москонцерт. Моталась с бригадами по глубинке, потому что на столичную сцену не пускали. Натрудилась так, что сорвала голосовые связки. Вернулась в Пермь, пошла торговать валенками.
- А как вы попали в Государственный Волжский народный хор? Насколько известно, с этим хором, музыкальным руководителем которого был композитор Григорий Пономаренко, связаны ваши первые успехи в большом искусстве?
- Это верно. Когда голос восстановился, я узнала о конкурсном отборе в этот хор. Одолжила (в один конец) деньги, приехала в Куйбышев, где и встретила в студии Григория Федоровича Пономаренко. Он выслушал меня, предложил непременно дождаться возвращения хора, который гастролировал во Франции. Но каково "ждать две недели", если в кармане ни копейки! Григорий Федорович (он, как я позже узнала, развелся с женой и жил по-холостяцки) предложил поехать к нему, пообещав выхлопотать потом место в общежитии. Мне так хотелось есть, что я готова была хоть к черту в гости.
- Отчаянный шаг...
- В 16 лет, когда перед тобой "старый дядечка" (Пономаренко был старше меня почти на 25 лет), ни о чем подобном не думаешь.
- Тем не менее вы не раз говорили, что вам "пришлось" выйти замуж за Пономаренко.
- Во время гастролей он предложил отрепетировать одну из новых песен у него в номере. Дверь "нечаянно" захлопнулась, а ключ "потерялся". Вот так я стала его женой, вскоре у нас родился сын Григорий. Муж был рад наследнику, засыпал меня дорогими подарками, а мне все было не в радость: жить без сцены я не могла.
- Как же так? У вас появился муж - личный композитор, который, как утверждали, писал только для вас...
- Действительно, он писал для меня, и я должна была исполнять только его сочинения. О других авторах и речи не могло быть, в противном случае все заканчивалось жутким скандалом. Он был во всем ревнив. Однажды я заслушалась пением Кобзона, и муж позволил не только оскорбительные выражения, но и ударил меня. Это была последняя капля. Выждав, когда он ушел, я схватила трехлетнего сынишку и убежала из дома в чем была.
Все надо было начинать с нуля. Передо мной захлопнулись все двери: ни крупных концертов, ни записей, ни былых друзей. Единственный заработок приносили редкие гастроли в глубинке. Подкармливала квартирная хозяйка, у которой я снимала угол. Она, к слову, занималась и моим воспитанием: в 21 год я все еще оставалась простодушной провинциалкой.
- Ну не такая уж "простодушная", если удалось задеть самолюбие примы советской эстрады Гелены Великановой.
- Виной всему мое первое концертное платье из черного панбархата, сшитое у Славы Зайцева. После того как я вышла в нем на сцену, позвонила Гелена Марцелиевна и строго сказала, чтобы впредь я это платье не надевала, поскольку у нее есть почти такое же. Не успела я и слова сказать в ответ, как на другом конце провода повесили трубку. Но это платье у меня тогда было единственным, поэтому пришлось появиться в нем и на следующих концертах. Великанова восприняла это как вызов молодой певицы...
Вообще в моей жизни нередко случались вот такие невольные проколы, поступки, которые одних раздражали, других заставляли с юмором относиться к увиденному и услышанному. Как-то в Канаде в беседе с очень высоким чиновником стала я агитировать его "за страну Советов": мол, нет ничего прекраснее ее, чего стоят наши березовые рощи, каких нигде больше в мире нет. Тому ничего не оставалось, как подвести меня к окну и показать на чреду белеющих берез на опушке.
Есть такое шутливое выражение "спуститься с Урала" - оно в какой-то степени про меня: никаким образованием, великосветской муштрой его не выбить. И слава Богу, потому что в моем представлении оно ассоциируется с русской душой: бесхитростной, наивной. Не будь этого во мне, я, наверное, не состоялась бы как русская певица. Вот, например, одна из моих любимых песен "Гляжу в озера синие". Скажите, разве можно ее спеть, чтобы у слушателей мурашки по коже, если нет в тебе самой широты души, если сидит в тебе злодей-завистник?
- А как вам "досталась" эта действительно великолепная песня?
- Шли съемки телесериала "Тени исчезают в полдень". Тухманову с Шафераном поручили написать песню, которую они показали мне. Слова были замечательные, но музыка мне не понравилась. Пошли к Леониду Викторовичу Афанасьеву, он и переписал музыкальный ряд. Потом был конкурсный отбор среди певиц (не буду называть их имен) на исполнение этой песни, но выбрали все-таки меня.
- Вы много гастролируете, есть ли страны, куда вы особенно любите возвращаться?
- Настало время, когда я могу проявить своеволие в выборе гастрольного графика, поэтому езжу туда, где мне интересно. Запомнились гастроли в Греции, Израиле, Австралии, Индии, Аргентине, на Кубе... После кубинских гастролей, когда Фидель Кастро отвел меня за кулисы и сказал: "Катя, забыть вас нельзя. Пожалуйста, приезжайте к нам почаще", - все записали меня в его любовницы. Таких разговоров о моих победах на любовном фронте над сильными мира сего, которые якобы высылали за мной личные самолеты, почетные эскорты машин, было много.
- Если Бисер Киров назвал вас секс-бомбой, то, видимо, эти разговоры имели под собой почву?
- А не скажу, думайте, как хотите...
- Своеволие как черта характера отразилось в вашей личной жизни? Какие мужчины становились вашими избранниками?
- "Мы выбираем, нас выбирают. Мы привыкаем к несовпаденьям", - кажется, так поется? Меня почти всю жизнь преследуют эти "несовпадения", точно так же, как имя Григорий. Оба моих мужа, как и сын, носят это имя. Ну никакого "разнообразия". Со вторым мужем мы прожили восемь лет, у нас дочери-близняшки Элла и Жанна. Мы разошлись, потому что я работала как проклятая: 40-45 концертов в месяц! Сейчас я уверена: если женщина в семье добытчица, на ней держится материальное благополучие семьи, то мужчина, даже самый распрекрасный, не простит ей этого. Бьет по его самолюбию, что жена окружена вниманием, что она на виду, ее ценят, поклонники подносят сувениры, цветы... Казалось бы, ну постарайся сам чего-то добиться в жизни, распрямись. Проще брюзжать, устраивать сцены и - жить на женины деньги.
Вот так "везло" мне на "избранников" - красивых, но никчемных мужчин. Они довольствовались материальным достатком, а мне мало быть сытой. Возможно, потому, что столько голодных дней выпало на мою долю? Я на это не обращала внимания. Так же, как и сейчас, когда у меня есть все, воспринимаю достаток по-соломоновски: "Пройдет и это". Так что творческой женщине, если она всецело поглощена работой, лучше не "заводить" постоянного мужа. По такому принципу я сейчас живу, и вполне счастлива!
Хотя иногда вспоминается "немецкий роман", когда я могла бы остаться в Германии. Была взаимная любовь и даже взаимопонимание, но все-таки я ушла от этого бюргерского благополучия. Такова натура русского человека: он должен постоянно ощущать риск, быть "на краю"... Нам скучно жить без страха. Ведь не случайно и русская рулетка - наше изобретение, от которого в Европе в ужас приходят. А нам, русским, самое оно.
- Что-то вас может вышибить из седла?
- Только творческие неудачи. Если бы не постоянная борьба за существование, за выживание, я наверняка добилась бы больших успехов.
- Вы всегда прекрасно выглядите, есть какие-то свои секреты?
- У меня появились первые морщины, как я говорю, как раз к открытию Института красоты. Я пошла и сразу убрала их. Вслед потянулись все артисты. У меня стало ухудшаться зрение, и я начала безумно переживать: неужели старею? Я нитку в иголку не могла вдеть. И вдруг читаю, что в одной из клиник успешно справляются с проблемами зрения. Легла на операционный стол и - все. Я не хочу стареть и всегда женщинам говорю: цвет моего лица в моих руках.
Так что, милые подруги, не надо киснуть. Может, у вас нет дорогих тряпок, ну так что же? У меня в свое время одной из первых в Москве появилась дорогая песцовая шуба - подарок Калужского обкома партии. Ходила я в ней, пока бандюга не напал на меня в лифте, ранил в шею и отнял шубу. После этого дала себе слово не носить дорогих вещей. Так и поступаю. От этого не перестаю быть собой: я - Шаврина. Не унывающая и улыбчивая.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 25 Декабря 2025 25073

В таком же декабре, как сегодня

Листаем подшивку «Труда» за последние сто лет

Владимир Санин

Труд

В наступающем году нашему «Труду» исполнится 105 лет. Дата не слишком круглая, но разве это повод отменять путешествие по старым газетным подшивкам? Приглашаем вас вместе пролистать пожелтевшие страницы,...