Это похоже на сезонное явление: вдруг откуда ни возьмись возникает идея, втягивающая население огромной страны в какую-то яростную и бессмысленную дискуссию. Вот опять: Волгограду местные депутаты вернули на несколько праздничных дней в году имя Сталина (само по себе решение удивительное и нездоровое, отдающее раздвоением личности).
Сталинисты и антисталинисты обменялись вялыми, дежурными проклятиями. Все это было тысячу раз. Тема вроде затухает. Но тут заговорила тяжелая артиллерия. Вице-премьер Дмитрий Рогозин объясняет, почему он за переименование. Глава Совета Федерации Валентина Матвиенко предлагает провести референдум о переименовании Волгограда в Сталинград. А вынырнувший тут же как черт из табакерки глава Центризбиркома Владимир Чуров заявляет о готовности его ведомства в сжатые сроки подготовить и провести референдум о возвращении городу на Волге имени генералиссимуса — «в случае соответствующего распоряжения». Тут же, естественно, ссылки на многочисленные просьбы ветеранов Сталинградской битвы и других фронтовиков.
Не надо быть оракулом, чтобы предсказать: в ближайшие дни споры обострятся, в яростном накале в который раз явятся на свет все те же аргументы: «Он выиграл войну — он загубил миллионы...» Эта дискуссия давно потеряла всякий смысл, поскольку в ней сталкиваются две непоколебимых веры. Помните, у Ильфа и Петрова: «Бога нет», — сказал Остап. «Есть, есть», — сказал ксендз«.
И никакие исторические документы, ссылки роли не играют. Любое решение на эту тему, принятое или не принятое, раскалывает общество, как льдину, — и сторонников «за» или «против» разносит все дальше и дальше. Нам это надо — в стране, где и без того ширится пропасть между бедными и богатыми, южными и северными, властью и обывателем? Хотя если судить по тому, с какой регулярностью организуются в стране дискуссии по поводам «с бородой», все-таки надо. Видимо, лучше спорить до хрипоты про Сталина, повышая градус раздора, чем отвечать по существу на массу обостряющихся день ото дня вопросов, действительно важных для большинства россиян.
Между прочим, есть примеры и совершенно обратные, когда темы действительно актуальные для масс «замыливаются» с легкостью наперсточника: вот она была — и нету. Пример — разговор о летнем-зимнем времени. Кричали, требовали, слышались обнадеживающие отклики из высоких кабинетов — и что? Одна надежда на вмешательство Международного олимпийского комитета.
А в запасе есть еще несколько вечных тем. Скажем, вынос Ленина из Мавзолея. В любой момент можно вернуться, хотя с каждым разом желающих говорить о переустройстве могилы номер один все меньше. С живыми бы разобраться...
