Труд: ИЗ ЖИЗНИ ДРОВОСЕКОВ

Главная Жизнь 01:01 06 Апреля 2005 180

ИЗ ЖИЗНИ ДРОВОСЕКОВ

Только что в прокат вышел очередной широко разрекламированный фильм - на сей раз это "Побег", в котором режиссер Егор Кончаловский еще раз подтвердил свою репутацию человека, смотрящего на кино как на производство вполне конвейерного товара.

Шумяцкая Ольга

Напечатать

Когда-то, в "Затворнике", он уже попробовал себя в жанре то ли экшна, то ли триллера, потом нашел себя в "Антикиллере", на полном серьезе снимая сюжет, достойный комедии. И вот новые лица и новые сюжеты. Главная отличительная особенность "Побега": два очень хороших актера - Андрей Смоляков и Алексей Серебряков, одна неплохая актриса - Виктория Толстоганова и один почти гениальный актер - Евгений Миронов - не в силах спасти этот, по-моему, вполне провальный проект.
Изначально появлением "Побега" мы обязаны Евгению Миронову. Ему хотелось сняться в роли человека жесткого, делового, поставленного в экстремальные условия, вынужденного бежать и догонять, словом, такого, которого ему еще не приходилось играть. С этим желанием он пришел к продюсерам, после чего три сценариста очень долго писали сценарий и написали почти кальку с американского фильма "Беглец" с Харрисоном Фордом в главной роли. Теперь один из них собирается издавать эту кальку в качестве собственной повести. Впрочем, создатели фильма не скрывают того, что воспользовались чужим сюжетом. Бродячих сюжетов в кино полно. Этот, увы, не исключение. Но не до такой же степени...
Сама история такова: знаменитый нейрохирург Ветров обвинен в убийстве собственной жены. Сбежав с этапа, Ветров тянет за собой целый выводок дополнительных трупов. Ветрова преследуют один хороший мент и один плохой. У хорошего больная дочь, поэтому Ветров нужен ему живым. А плохому он нужен мертвым, потому что когда-то Ветров зарезал на операционном столе его жену.
В других такого же рода психологических боевиках, чье имя легион, настоящий преступник, как правило, неизвестен до последнего кадра, и зритель от напряжения дрожит в кресле. Егор Кончаловский, от которого почему-то в каждом фильме чего-то ждешь и ничего хорошего не дожидаешься, так "ловко" выстроил сюжетные ходы, что на 30-й минуте картины можно пальцем ткнуть в злодея. Это вообще фирменный стиль Кончаловского: предсказуемость такой высокой пробы, что зашкаливает за границы разумного. Свои банальности он обычно "выдает" с многозначительной миной, за которой обычно ничего не стоит, кроме самой многозначительности. Если на экране любовная сцена, то она сродни типичной надписи на кружке "Люби меня, как я тебя", если злодей, то обязательно дергает глазом, если дети, то непременно детдомовские, с обязательным сюсюканьем взрослых, если кто-то плачет, то сглатывает слезы с громким чавканьем человека, дорвавшегося до тарелки супа.
У Егора Кончаловского особый дар делать из объемного плоское и идти напролом там, где нужно найти обходные пути. Ему кажется, что самый короткий путь между двумя точками - прямая. Словно ему никто никогда не говорил, что в творчестве прямых не бывает. Получилось кино, похожее на гладко обструганную доску - без сучка без задоринки. И без чувства юмора. Не того, что равно чувству смешного, а того, что равно хотя бы чувству меры, которое дает необходимое видение: где ты промахнулся и почему драма вдруг стала смехотворна.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13808

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...