Труд: ЗАТМЕНИЕ

Главная Жизнь 01:01 06 Июля 2006 206

ЗАТМЕНИЕ

18 июня исполнилось 70 лет со дня смерти Максима Горького. О том, какие события этому предшествовали, кто в них участвовал и кто режиссировал, рассказывается в материале авторитетного знатока жизни и творчества Горького, литературоведа Вадима Баранова

Баранов Вадим

Напечатать

... Как только спецрейс Лондон - Москва приземлился в аэропорту, к трапу подъехала машина. За ней!.. Расположившись рядом с шофером, Мария Игнатьевна сразу спросила: "Ну, как он?" Водитель дал ей вчерашний номер "Правды" за 6 июня, где был опубликован первый бюллетень о состоянии здоровья М.Горького. Мария Игнатьевна стиснула зубы. Подобные бюллетени публикуются тогда, когда положение безнадежно...
У двери дома в Горках ее уже поджидал Петр Петрович Крючков, секретарь Горького. Положение, объяснил он, действительно почти безвыходное.
- Да, кстати, - вдруг сказал он, - в вашей комнате в шкафу найдете черное платье и накидку. Их наденете завтра.
А на другой день, 8 июня, в доме неожиданно для всех появился сам Сталин со свитой. Настроение у вождя было самое скверное. В комнате больного скопилось довольно много народу, и это вызвало негодование Сталина. Первому влетело от него Петру Петровичу. Вторым был нарком Ягода: "А этот что тут шляется?"
Вслед за Ягодой удалил Сталин и женщину в черном (кстати, единственную из находившихся в комнате в траурном одеянии): "А это кто сидит рядом в черном? Монашка, что ли?.. Свечки только в руках не хватает".
Мура было ошеломлена вдвойне. Ведь указание о костюме она получила накануне от Крючкова. Прекрасно знала Мура, что Сталин обладает невероятной памятью на лица. А встречались они по делам ОГПУ и раньше. В последний раз - совсем недавно, 3 марта на квартире у Горького, где гость и хозяин без видимого успеха пытались найти золотую середину в оценке оперы Шостаковича "Леди Макбет Мценского уезда". По указанию вождя опера была подвергнута разгромной критике в правдинской статье "Сумбур вместо музыки", вызвавшей негодование Горького. В письме вождю он заявил, что молодого композитора травят бездарности и тупицы.
Как человек, осведомленный в тайнах кремлевской кухни, Мура поняла, однако, что подчеркнутое "незнакомство" Сталина с ней не случайно, а входит в генеральный план развертывающегося вокруг Горького сражения, решающая роль в котором, конечно же, принадлежит вождю.
В литературе многократно было использовано свидетельство драматурга Александра Афиногенова, присутствовавшего в Горках в тот день. Он называет это одним из чудес горьковской биографии. Ведь Сталин и члены Политбюро ехали к Горькому прощаться, а врач Сперанский был срочно вызван на вскрытие...
И вдруг! О, чудо! Горький сел в постели. Поприветствовав слабым кивком головы неожиданных гостей, он вдруг с нарастающим оживлением стал посвящать их в свои обширные творческие планы, которые намерен осуществить в ближайшем будущем. Он говорил с полной ясностью сознания минут пятнадцать, а потом лег и уснул спокойным, ровным сном. "Сперанский схватился за голову от виденного чуда. Так, вероятно, Христос сказал Лазарю: встань и ходи!"
Итак, 8 июня произошло чудо... Вообще-то человек - существо воистину удивительное. В экстремальных обстоятельствах он может включить невиданные запасы жизненной энергии, скрытые в организме. Горький вполне мог прожить не день, не два, а, может, неделю-другую. Тем более с помощью медицины высшего класса... Однако не всех радовала такая перспектива. Один человек заранее обозначил, не позже какого дня должна быть поставлена финальная точка.
Кроме "чуда", описанного Афиногеновым, обитатели дома в Горках не переставали обсуждать еще один сюрприз. Все были несказанно удивлены тем, что единственным дежурным при умиравшем в ночь с 9 на 10 июня будет буквально "свалившаяся с неба" Мария Игнатьевна Будберг...
А, впрочем, не было ли это очередным ходом вождя, и именно присутствие баронессы Будберг могло бы наиболее благоприятно повлиять на состояние писателя? Все знали, что интимные отношения Горького с баронессой Бенкендорф-Будберг-Закревской начались в Петрограде в годы гражданской войны и продолжались до расставания весной 1933 года, когда Горький возвращался на родину, а Мария Игнатьевна в Англию, к детям.
Теперь, когда все карты были сданы, Сталин понял, что Горький будет только помехой на его пути. Он долго и мучительно думал о том, как решить эту задачу. И наконец, нашел "гениальный выход". Во-первых, Горького из литературы не уберешь. Ему надо после смерти воздать все почести, какие только мыслимы.
И второе - вовсе уж фантастически неожиданное! Почему бы не совместить не только день, но и час смерти Горького с солнечным затмением, к которому готовится вся страна?
И пусть радио поочередно передает о смерти гения и о затмении светила, - события, конечно же, совпали случайно, - но не несут ли небеса и знак какой-то космической тайны? Как не вспомнить сказанное об убитом Пушкине: "Солнце русской поэзии закатилось"?..
...Еще во время ночного визита 10 июня Сталин дал понять Марии Игнатьевне, что ее могут пригласить на днях на встречу с ним для особо важного разговора. Мура терялась в догадках...
Мучительно перебирала она в памяти события недавних дней и месяцев. Странную смерть сына писателя Максима Пешкова и срочный вызов ее из Англии для поездки с осиротевшим и разом постаревшим отцом на пароходе по Волге в мае 1934 год. Съезд писателей осенью того же года с докладом ныне уже опального Бухарина о поэзии. О событиях перед съездом, когда фигура Горького стала монументально возвышаться над всеми... И всячески отгоняла она мысль о том, что дикая катастрофа авиагиганта "Максим Горький" в небе над Москвой с многочисленными пассажирами на борту была отнюдь не случайной...
Она тщательно перечитывала "Правду", "Известия", но не могла найти в них ответа на мучавшие ее вопросы. И, разумеется, никакого значения не придавала постоянно мелькавшим маленьким заметкам о солнечном затмении 18 июня, которое с точностью до минут вычислили астрономы.
А 17 июня за Марией Игнатьевной из Кремля прислали машину. Минуем многочисленные немаловажные подробности встречи Будберг со Сталиным и их беседы (все это описано в моей книге "Беззаконная комета"). К возвращению Муры из Москвы из комнаты Горького были удалены все. Мура давала больному какое-то лекарство, полученное от Ягоды, в распоряжении которого была целая лаборатория ядов. Однажды нервы железной женщины не выдержали, и она в полупризрачном состоянии проговорилась, что давала больному какое-то лекарство, которое он пытался выплевывать в стакан (стакан этот исчез бесследно - сумочка у баронессы была вместительной). Сердце Горького остановилось 18 мая 1936 года в 11 часов 30 минут утра.
Единственным непосредственным свидетелем происшедшего в ночь на 18 июня был известинский журналист Михаил Александрович Цейтлин, посланный сюда Бухариным. Он видел, как Марию Игнатьевну провели в комнату больного Горького, откуда удалили всех, включая и медсестру Липочку.
И наконец, в переведенной у нас недавно двухтомной "Истории шпионажа" прямо говорится о том, что Будберг была сверхсекретным агентом ОГПУ и к отравлению Горького имела самое прямое отношение...
А люди в это странное утро смотрели сквозь прокопченные стеклышки на солнечный диск...

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13052

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...