Хотя этот брак не был ни долгим, ни счастливым. Позже трагически умер их сын. Долгие годы главные герои семейной драмы между собой не общались. Лишь в канун 80-летия Вячеслава Тихонова корреспонденту «Труда» Леониду Павлючику удалось разговорить Нонну Мордюкову, которой оставалось жить меньше полугода, на деликатную тему.
— Наша неудача в супружестве была предопределена, она крупными буквами была написана на небесах, но мы этих знаков не разглядели. Мы же были детьми, горькими
Мы ведь как тогда думали: нормальные отношения между мужчиной и женщиной — это когда они состоят в браке. Нам бы походить вместе, повстречаться, присмотреться друг к другу, с родителями познакомиться, а мы сразу побежали в загс, хотя к семейной жизни и тем более к рождению ребенка были совсем не готовы.
Но сегодня я больше виню в нашей семейной неудаче себя. Слава ведь поначалу совсем не испытывал ко мне интереса, а я, завороженная его красотой, напором своим, желанием своим закружила ему голову. Он, бедный, в ответ загорелся. И тут я поняла, что он мне активно, трагически не нужен.
Но ребенок уже появился, и мы по христианскому обычаю стали жить. Вернее, не жить, а мучиться. Ни ему идти домой не хотелось, ни мне. Тем более что жили мы бедно, сиро, скученно. Не успели с Тихоновым дожить до больших денег.
Я тут недавно телевизор смотрела и вдруг вижу — стоит Тихонов и говорит с экрана примерно такие слова: «Нонна, прости меня за то, что я в твоей жизни так здорово все запутал».
Я, услышав это, аж похолодела вся. Мне ведь немного надо, чтобы понять человека и простить его. Вот я
Так что я тебя за все прощаю, Слава. А ты прости меня. Ты хороший человек. Прекрасный артист. Знаю, что у твоей дочки Ани родилась замечательная двойня. Не болей. Живи долго. Твоя Нонна.
