Авторы законопроекта – группа депутатов от «Единой России» – поясняют, что в последнее время в России «осуществляется комплекс мер, связанных с повышением уровня оплаты труда сотрудников федеральных органов госвласти, реализующих правоохранительные функции». Но прокурорские в этот перечень не попали. А потому парламентарии предлагают довести их зарплаты «до уже достигнутого уровня материального обеспечения государственных служащих федеральных органов власти».
Точные цифры держатся в секрете, но можно предположить, что официальная средняя зарплата работников прокуратуры низового звена за 2013 год вырастет с нынешних 30 тысяч рублей в месяц до 70–90 тысяч. Впрочем, сами прокурорские жалуются на огромную разницу в нынешних заработках «рядовых пахарей» (30–40 тысяч) и начальства (от 100 тысяч и выше). А новый закон лишь увеличит этот разрыв.
Экспресс-опросы населения показывают: большинство россиян как минимум не возражает против повышения благосостояния сотрудников прокуратуры – но при условии значительного повышения качества работы этого ведомства. А веры в это нет по многим причинам. Во-первых, слишком много случаев, доказывающих коррумпированность всей системы – при явном нежелании ее руководства бороться за чистоту рядов.
Характерный пример: недавно в Московской области был выпущен из-под стражи последний из арестованных более года назад обвиняемых по делу о «крышевании» сотрудниками прокуратуры сети подпольных казино – бывший прокурор подмосковного города Пушкино Роман Нищеменко. По мнению работников следственных органов, теперь это громкое дело закончится пшиком. Причина – упорное противодействие вышестоящего начальства, которое не желает сдавать своих.
Второй громкий пример – «кущевское дело» в Краснодарском крае о массовых грабежах и убийствах, совершавшихся бандой Цапка в течение многих лет. Сегодня дело рассматривается в суде – но в обвинительном заключении отсутствуют эпизоды, в которых участвовали сотрудники милиции и прокуратуры. Потерпевшие рассказывают, что бандиты чувствовали себя абсолютно вольготно, ибо пользовались покровительством не только местной, но даже областной прокуратуры. Или как минимум ее бездействием. Но краевой прокурор Леонид Коржинек, занявший эту должность шесть лет назад, и сегодня остается главным «блюстителем законности» в крае. Список можно продолжить.
Простой пример: в МВД страны за последние несколько лет уволено около двухсот генералов, замешанных в коррупционных преступлениях или как минимум подозреваемых в них. Но российская прокуратура остается «неприкасаемой»…
Ну да, денег не жалко, если от прокурорского надзора видны результаты. Но, скажем, вряд ли можно занести в актив отечественных правоохранителей 133-е место России в рейтинге восприятия коррупции за 2012 год. Индекс составляется международным движением по противодействию коррупции Transparency International на основе данных опросов, проведенных среди экспертов и в деловых кругах.
Итак, на что же скоро смогут рассчитывать прокуроры? Денежное содержание в случае реализации планов депутатов вырастет за счет повышения доплаты «за особые условия службы»:
с 1 января 2013 года – до 100% должностного оклада;
с 1 апреля 2013 года – до 125% должностного оклада;
с 1 октября 2013 года – до 175% должностного оклада.
Поощрение заместителей генерального прокурора РФ составит 5 окладов, старшего помощника или советника генпрокурора – 4 оклада.
Руководители прокуратур субъектов РФ будут получать поощрения в размере 4 окладов, их заместители – 3,5 оклада, старшие помощники – 2,5 оклада, помощники по особым поручениям – 2 оклада, обычные помощники – 1 оклад.
Общие расходы федерального бюджета на повышение денежного содержания прокурорских работников составят:
в 2013 году – более 7 млрд рублей,
в 2014 году – около 16 млрд рублей.
а как у них?
Средняя годовая зарплата прокурора (после уплаты налогов) в начале карьеры составляет (в евро):
в Австрии – 32 тысячи, в Бельгии – 34 тысячи,
на Кипре – 20,5 тысячи, в Эстонии – 11,8 тысячи,
в Финляндии – 33,2 тысячи, во Франции – 32 тысячи,
в Италии – 31,7 тысячи, в Норвегии – 40 тысяч,
в Швейцарии – 85,4 тысячи, в Турции – 16,4 тысячи.
