Труд: ВИКТОР СУХОРУКОВ: ЛУЧШЕ ИГРАТЬ ПРИДУРКА, ЧЕМ БЫТЬ ИМ

Главная Жизнь 01:01 08 Февраля 2001 217

ВИКТОР СУХОРУКОВ: ЛУЧШЕ ИГРАТЬ ПРИДУРКА, ЧЕМ БЫТЬ ИМ

Хороших артистов у нас много, но актеров, способных работать в жанре гротеска, можно пересчитать по пальцам. Виктор Сухоруков - один из них. Зрители зна-ют его по фильмам "Бакенбарды", "Про уродов и людей", "Комедия строгого режима", "Брат", "Брат-2".

Евдокимов Игорь

Напечатать

- Витя, тебе нравится сниматься в кино?
- Очень. Кино - это зараза, как алкоголизм, а что такое алкоголизм, я хорошо знаю. И чтобы кино меня не засосало, я постоянно помню о том, что это зараза.
- И поэтому постоянно снимаешься?
- Ты же меня не спрашиваешь, на каком году жизни я начал сниматься. А я начал сниматься в 40 лет. И сколько это продлится, неизвестно, дай Бог, чтобы подольше. Режиссеры ведь не будут предупреждать заранее: раз - и забыли, проснешься утром, а телефон молчит и промолчит всю жизнь - вот ужас-то.
- А случалось отказываться от роли?
- Конечно. Бывают такие роли, где ни поплакать, ни посмеяться, ни поплясать. Спрашиваю режиссера: чего он пришел-то, зачем? Какова его функция? Непонятно. Судьбу охота сыграть. Пусть в двух эпизодах, но - судьбу человека. Если нет судьбы, то чего ради стаптывать ботинки-то?
- В своих ролях тебе удалось выразить особенности национального характера, на Руси всегда любили скоморохов, шутов...
- ...придурков. Но я считаю, лучше играть придурка, чем быть придурком. По крайней мере это дает мне возможность мечтать, фантазировать, а это придает силы. Ведь степень выживаемости не только в щах и компоте, а и в хорошей энергетике, которая заложена в человеке. В яркости, веселости, одержимости, в надежде на будущее.
- А ты ожидал всплеска своей популярности после фильма "Брат"?
- Я его прогнозировал. Уже читая сценарий, понимал, что будет мощный резонанс. Меня это очень радует, но я задаю себе вопрос, почему такого всплеска не было после фильма "Бакенбарды" или "Комедия строгого режима"...
- Где ты блестяще сыграл роль Ленина, за которую получил приз на фестивале "Созвездие", а также во Франции? А сам ты как относишься к вождю мирового пролетариата?
- Очень хорошо отношусь, ведь он часть моей биографии и часть истории моей страны. Недавно я выступал в одной программе, где прочитал стишок, который написал 13-летний Витя Сухоруков. Он посвящался 47-й годовщине Великого Октября. Я ужаснулся его пафосу. Нет, я был идеологически подкованным ребенком, верил в красное знамя, в горн, в барабанный бой. Верил, что мы будем жить при коммунизме. Вот и дожили...
Что касается "Комедии строгого режима", то все почему-то забывают, что это была не роль Ленина, а роль заключенного Зуева, сыгравшего роль Ленина в тюрьме. Конечно, время открыло нам много такого об этой личности, чего мы не знали. И я пытался вытащить в нем безумство, одержимость, великую дерзость человека, который замахнулся на мировое господство. Он у меня был не приторным, сладеньким, добреньким, а сильной личностью, которая наступит на голову собственному народу и не вздрогнет от хруста черепа.
- Какой "Брат" тебе самому больше нравится - первый или второй?
- Я их обеих люблю, хотя фильмы совершенно разные. Если "Брат" - это все-таки драма, боевик, то "Брат-2" - иронический боевик. Играть подлеца, сволочь - это одно. Но играть бандита, наемного убийцу - это сложнее. Потому что эти люди мне незнакомы, неведомы. Я ведь в жизни совершенно домашний, трусливый, наверное, нежная натура. Где-то, может быть, даже сентиментальный. И то, что публика приняла моего персонажа, меня радует. Значит, я справился с этой ролью.
- Зрители полюбили твоего героя, а менты и братки? Что конкретно говорят они?
- Милиционеры часто приветствуют меня цитатами из фильма. А братки порой тормозят на "мерседесах", предлагают довезти до дома. Мало того, приглашают меня в рестораны, норовят угостить пивом. С бритыми головами, с детским восторгом в глазах они просят автограф, говорят мне добрые слова.
Как мне однажды сказали: мой герой олицетворяет наше время. С одной стороны, это здорово, что в наше смутное время мой облик вдруг понадобился. Но с другой - лицо-то безобразное. У меня ведь ни одного положительного героя не было. Как актер я счастлив, что востребован, но в то же время понимаю, что это образ злой, мистический, опасный.
- Как ты думаешь, наше кино когда-нибудь достигнет мирового уровня?
- А кто его определяет - мировой уровень? Наше кино занимает свое вполне определенное место. Один американец в Нью-Йорке сказал: ваше кино плохо знают. Так это их вина, это их беда, что они не знают советского и российского кино. А мы американское кино знаем. У них есть шедевры, ну а чаще-то полное говно! А у нас есть такие картины, которые им никогда не снять. В наших фильмах есть задушевность, чем они никогда не владели.
- Витя, ты работаешь в Театре комедии, и уже само это предполагает наличие чувства юмора?
- Мне кажется, что если бы я не обладал чувством юмора, то давно озлобился бы и потерял все зубы. А так вроде улыбаться еще не разучился.
- Все, с кем я разговаривал, включая театральную вахтершу, очень тепло отзываются о тебе. Ты действительно такой хороший?
- Я замечательный человечек - добрый, чуткий, надежный товарищ. Мне говорят: от скромности ты не умрешь, а я говорю: а я и не планирую. Для этого есть и другие причины. Но если серьезно - я разный. Я Скорпион и бываю очень трудным. Могу любить до истерики, а потом сам же сочиню конфликт и разрушу все к чертовой матери. Это звучит пафосно, но моя личная жизнь - это моя профессия. У меня нет увлечений, у меня нет детей. Мне нечего терять. Может быть, поэтому я живу легко и просто, весело и замечательно.
- А что за история была, когда тебя выгнали из театра?
- Пьяный пришел на спектакль, вот и все. Я же живой, нормальный русский человек. И такое бывало не раз. Нет, я ничего не сорвал, отыграл спектакль. А потом вышел приказ. Он понравился мне формулировкой: "Накануне 65-й годовщины Великого Октября артист Сухоруков явился в театр в нетрезвом состоянии..." У нас бывают всякие кануны. Я напился накануне Великого Октября. Ну что делать?
Это был черный период в моей жизни, но все равно - это был период жизни, а не смерти. После увольнения из театра я работал грузчиком, посудомойкой, хлеборезом. Мне было страшно тяжело, но я был уверен, что обязательно выкарабкаюсь. Другое дело, что я ничего не делал для этого, а жил только верой и надеждой. Даже не следил за своим внешним видом. Я тогда очень устал и был обозлен на общественное мнение и придуманную мне репутацию. Сегодня многие из тех, кто на мне ставил крест, сами попали в капканы, оказались за бортом, потерпели фиаско. А я вот сижу перед тобой - счастливый, радостный, талантливый.
- И - непьющий?
- И не пьющий. Я не подшитый, не уколотый, не загипнотизированный. Просто сегодня у меня период дела. Когда наступит момент праздности, позволю себе это и никого не спрошу.
- Какой твой любимый алкогольный напиток?
- Водка. Самогоночка. Тем более что есть люди, которые делают ее отменно. А из закусок люблю рыбу. Раньше я мог загулять без оглядки, не считаясь ни с чем. Но с возрастом я научился контролировать себя. Сегодня я учитываю все и пребываю в радости от успехов в профессии, от популярности и признания.
- Приятно, когда тебя узнают на улице?
- Очень. Это ведь результат твоего труда, и результат приятный. Актер - профессия публичная, и то, что люди обратили внимание на меня, а вообще-то - не на меня, а на мой дар, - это дорогого стоит. Когда я иду по улице и слышу: "Ой, смотрите, Сухоруков идет", чего же тут плохого? Но честно говоря, иногда интереснее слышать что-то негативное про то, что я делаю.
Помню, ребята открывали видеомагазин и устроили по этому случаю презентацию картины "Брат-2". Поставили лимузин, пулемет "максим", чернокожие танцевали какую-то румбу-юмбу. Я сидел, бритоголовый, в этой машине и раздавал автографы. Проходят две девицы, и одна говорит другой: "Пойдем посмотрим, может Данилка Багров приехал". Подобрались сквозь толпу к машине, и одна вдруг воскликнула: "Ой, это лысый урод, пошли отсюда".
Есть и обратная сторона популярности, и меня это радует и веселит. Как и всевозможные слухи о том, что я миллионер, что у меня трехкомнатная квартира, автомобиль. А я, чтобы отвезти сестру с племянничком на юг, целый год копил деньги. И мы поездом в купе ехали на Кавказ. Я не хочу на эту тему говорить, потому что люди воспримут это как лукавство, скажут - прибедняется или скрывается от налоговой полиции, хотя я весь на виду. Уф, у меня даже лысина вспотела от таких разговоров.
- Один мой приятель утверждает, что лысина неотразимо действует на женщин, потому что их всегда возбуждает то, чего у них нет. Как ты думаешь, он прав?
- Не знаю, женщины на меня не бросались. И тем более я не сталкивался с тем, чтобы моя лысина у кого-то вызывала столь яростное возбуждение.
- А чего ты больше всего боишься?
- Легче назвать, чего мы не боимся. Страха-то у нас много. Мне кажется, что сейчас самая страшная проблема - наркомания. Она надвигается так стремительно, что это будет почище всякого туберкулеза, СПИДа и организованной преступности. Я это хорошо знаю, потому что отец моего племянника Ванечки умер от наркотиков. И я хочу, чтобы мой племянник удержался от этих соблазнов, которые сводят людей в могилу.
- Что тут можно сделать? Как оградить детей от этой страшной беды?
- Я купил ему лыжи с палками. Надо человека удержать от иглы. Если он попал на иглу, это конец, его ничто не спасет. Мое такое мнение. Лучше напейся, обожрись, проблюйся, поносом изойди, все равно ты выскочишь. Тебя можно окунуть в прорубь, вымочить в огуречном рассоле. А наркотики - это смерть. И сажать надо не человека на игле, а того, кто продает это. В Китае, например, расстреливают наркоторговцев. И знаешь, как они отвечают на критику: с правами человека мы потом разберемся, нам главное нацию сохранить.
- Виктор - в переводе победитель, ты считаешь себя таковым по жизни?
- Конечно, но сразу добавлю: мне кто-то помогает свыше, я это чувствую. Хотя это же Высшее долгие годы испытывало меня на прочность и сейчас не дает мне забываться. Оно держит под контролем меня самого и мое сознание. Может быть, я рассуждаю мистически или даже религиозно, но это так. А вообще надо почаще глядеть на себя в зеркало и ясно понимать, что у тебя сегодня - лик или рожа, и требует ли твоя душа бани. Талант нуждается в постоянной реставрации. Не в вычистке, не в выскабливании, а именно в реставрации. Так что я себя чищу не только под Лениным, но и глядя в зеркало.
- От предложений, наверное, нет отбоя?
- Знаешь, я сегодня столкнулся с одной интересной вещью. Все говорят, Сухоруков - звезда, предлагают работу, только говорят, денег у нас нет. Какой-то щипаческий подход. Меня удивляет, что всенародно любимый актер Михаил Кононов живет в деревне, разводит поросят, занимается фермерством в свои 60 лет. А сосунок Леонардо ди Каприо тычет в карту пальцем, где бы ему замок поставить. Где справедливость земная? Но если бы я жил злобой на этого ди Каприо, я бы давно сдох. Поэтому я пытаюсь относиться к этому иронично и весело. Мало нам платят. Но прожить можно? Можно. Многие люди хуже живут.
Видит Бог, я не жил богато и не собираюсь быть богатым. И то, что имею, меня устраивает. Если бы мне сказали - вот тебе богатство, что ты с ним будешь делать? Я бы ответил: я его не возьму, без него легче. Почему богатый человек такой нервный, страдает бессонницей? Чего же он суетится, почему у него глаза бегают, чего же ему так хреново на этой земле? Он не может плюнуть на все, убежать в луга, завалиться в траву. Никто не знает, где она радость и в чем покой.
- Что впереди?
- Снимаюсь у Егора Кончаловского в фильме с очень символическим названием - "Антикиллер". Опять играю подлеца, лидера уличной шпаны, но у меня есть ощущение, что этим фильмом я подвожу черту криминальному жанру в своей биографии. Хотя мой любимый режиссер сказал: не зарекайся.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13645

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...