Труд: СОБИРАТЕЛЬ ДУХА

Главная Жизнь 01:01 08 Августа 2003 168

СОБИРАТЕЛЬ ДУХА

Сегодня "Труд" предлагает вниманию читателей фрагмент из книги "СВЕТ ПАТРИАРХА. Беседы на переломе тысячелетий", которая планируется к изданию в Москве в конце текущего года. Ее авторы - журналисты Валерий КОНОВАЛОВ ("Известия") и Михаил СЕРДЮКОВ ("Собесе

Напечатать

- Ваше Святейшество, как вы полагаете: Россия может снова стать православным государством?
- У России свой путь. Это надо правильно понимать и не искать рецептов на стороне. Нам говорят: православный образ жизни не годится для всех - он подходит только православному человеку, а в России проживают еще и мусульмане, иудеи, буддисты и многие другие. Из этой посылки делается однозначный вывод: необходимо предложить миру нечто такое, что окажется равноприемлемым для всех без исключения. И в качестве такого общего закона Запад предлагает собственный стандарт жизни. Получается, что не успел наш народ оправиться от 70 лет торжества государственного атеизма над культурно-религиозной самобытностью России, как нам снова навязывают исторически и духовно чуждый образ жизни.
Церковь - не просто спутница народа. Она всегда была и, верю, останется душой нашего народа, его доброй советчицей во всех делах. Она, Святая Православная Церковь, и есть наш народ. Мы должны вспомнить, что каждый из нас, кто крещен в Православии, кто чувствует духовное родство с нашей верой, есть частица тела церковного. Разнообразны наши таланты, отличаются наши призвания, многоразличен жизненный опыт, во многом не соглашаемся мы друг с другом во взглядах на устройство мира сего. Но Господь и Спаситель говорит нам: Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди (Ин.14,15). А заповедь господня, издревле хранимая в Церкви, побуждает сохранять единство духа в союзе мира (Еф. 4,3) К чему это нас призывает? Да к тому, чтобы мы воспринимали свои различия не как нечто противопоставляющее нас друг другу, но как богатство духовных сил народа. Десятилетия забвения Правды Божией породили в нашем народе духовную опустошенность, отягощенность людских сердец неправдами и грехами. Именно в этом мне видятся глубинные корни кризисных явлений. И именно в возвращении к отеческой вере - исправление исторического пути России, просветление ее лика.
- Но разве сегодня возможно жить по заповедям Христа, когда все вокруг живут по-другому?
- Далеко не все.
- Поверьте нам, Ваше Святейшество, очень многие.
- Что тут поделаешь: 12 лет - в исторической перспективе слишком малый срок по сравнению с целой эрой безбожия. Моисей 40 лет водил народ по пустыне после спасения из египетского плена, ожидая, пока сойдет на нет поколение, в жилах которого текла рабская кровь. А мы хотим, чтобы наша жизнь наладилась и все устроилось бы в мгновение ока, но так не бывает. Поколения, которые появились на свет и воспитывались в советское время, не виноваты в том, что подчас не ведают правды о Боге, о вере своих предков. Но ростки нового отношения к жизни уже пробиваются к свету. Все больше детей учится в воскресных школах, и они, эти дети, воцерковляют своих родителей! А сколько примеров, когда сыновья почитают своим долгом восстановить тот храм, который разрушал их отец или дед?
- Храмы-то восстанавливаются... Но вот как стояли по всей стране черные, покосившиеся от дряхлости деревянные лачуги, так и стоят до сих пор. В них живут простые российские люди - соль земли, как любят у нас говорить. (Москву не берем, Москва в этом смысле - совсем не Россия...) А рядом с убогими домишками красуется новенький храм - правильно ли это, Ваше Святейшество?
- Когда воссоздавали храм Христа Спасителя в Москве, было очень много дискуссий. Например, рассуждали: не лучше ли направить средства на строительство жилого массива? Только ведь люди жертвовали именно на храм... Не надо противопоставлять одно другому. То обстоятельство, что быт наших людей, особенно в российской глубинке, остается на недопустимо низком уровне, означает одно: надо этот уровень повышать. И со временем условия жизни, несомненно, будут улучшены. Но не строить же вместо храма лачугу под соломенной крышей только потому, что вокруг старые, покосившиеся дома. Для русского человека испокон веков жертвовать лучшее и самое дорогое на храм Божий было потребностью духовной и душевной, потому и украшена была в изобилии наша земля православными церквами и монастырями и местность вокруг храмов всегда была ухоженной и красивой:
- Как известно, вместе с политической россияне обрели и экономическую свободу. Однако воспользоваться ею во благо себе удается далеко не каждому. Вы могли бы поделиться своими мыслями по этому поводу?
- Увы, потоки свободы за истекшее десятилетие принесли народам бывшего СССР не только радости, но и немалые разочарования. Особенно это заметно в сфере экономических преобразований. С одной стороны, именно они открыли людям возможность избирать любое поприще для самостоятельной ответственной деятельности в интересах личности и общества. Однако утверждение нового экономического уклада отнюдь не стало панацеей от таких проблем, как рост преступности и коррупция, социальная несправедливость, глубокое социальное разделение общества. Более того, в ряде случаев эти проблемы усугубились до критического состояния, поставили на грань физического выживания не только социально незащищенные слои наших сограждан - пенсионеров, инвалидов, многодетные семьи и просто малообеспеченных, но и вполне трудоспособное население. Об этом Церковь неоднократно свидетельствовала перед лицом государства и общества, печалясь о нуждах простых верующих, свидетельствуя об ответственности правителей перед Богом, народом и историей, и призывая власть имущих реально заботиться о благе нуждающихся. Ибо в Священном Писании сказано: Не обижай наемника, бедного и нищего... чтоб он не возопил на тебя к Господу, и не было на тебе греха (Втор. 24. 14-15). Наша Церковь, веками соединенная со своим народом, не может оставаться равнодушной к процессам, происходящим в обществе в эти противоречивые, лукавые времена. Преодоление греховного влечения исключительно к материальным благам должно быть поставлено во главу угла духовного воспитания личности.
- Все мы небезгрешны... Эту горькую истину все чаще приходится слышать от разных людей, в том числе и священников. Преподобный Исаак Сирин говорил: "Вся Церковь есть Церковь согрешивших, вся Церковь есть Церковь кающихся". Не кажется ли вам, что столь частое и настойчивое употребление сего чистосердечного признания провоцирует нас на новые грехопадения? Мол, раз уж все такие, так и я еще разок согрешу. А за ним - еще и еще!.. Не ведет ли это к тому, что понятие "нравственность" как бы устаревает и современный человек, желающий добиться от жизни как можно больше, может вполне прожить без нее?
- Церковь свята не святостью своих служителей и мирян, а святостью Христа. Он живет и действует в ней.
Надо понимать, что любой грех разрушителен для человека, семьи, общества. Да, он может принести временное удовольствие, тешить гордыню, давать какие-то материальные блага, предоставлять власть над другими людьми. Но он непременно искажает внутреннюю сущность человека, приводя его ко все большим ошибкам, а подчас и к трагедии. Самое страшное, когда грех умножается в обществе, при этом, как вы говорите, "провоцируются" новые и новые грехопадения согласно ложному, но вполне современному житейскому принципу: все так живут, а почему я должен быть лучше? Никто уже не может спрятаться от пагубных последствий греха, которые непременно затронут каждую семью и каждую личность.
- Что же нам делать?
- Я убежден: как бы ни возросло человечество за прошедшие тысячелетия в собственных глазах, ему надо вновь сесть за школьную парту. Нужно снова учиться тому, что люди растеряли за годы упоения собственной силой и гордыней, - учиться смирению, умению аскетически ограничивать свои желания, послушанию воле Божией, нравственному образу жизни. Иначе все достижения науки и техники обратят свою силу против нас, а вавилонская башня человеческого могущества падет, погребая своих строителей под обломками. Труднейшей для каждого из нас будет работа не внешняя, а внутренняя. Евангелие советует нам обратить взор прежде всего внутрь самих себя.
Русскому обществу сегодня недостает подлинной соборности. Это такое состояние, при котором все люди, какими бы разными ни созданы Творцом, вдохновенно работают на общее благо. Любой труд тогда воспринимается как служение Господу и Отчизне. И надо помнить, что мы несем ответственность пред Богом за нашего ближнего, за нашу семью, за нашу Родину, за мир и благополучие всего мира.
- Весь мир сегодня горячо обсуждает проблемы глобализации, в том числе и общественной жизни. Насколько вас волнует эта проблема?
- Весьма волнует. С тревогой наблюдаю, как во всем мире нарастает глобализация, а вместе с ней и секуляризация - все большее освобождение общественной жизни от церковного влияния. Это порождение все той же стремительно поглощающей всех нас свободы... Повторяю: я не против свободы как таковой, но я не согласен с превратным ее толкованием. С каждым днем государственные границы становятся все более проницаемыми для все возрастающих потоков людей, товаров, информации. Правительства делегируют все больше своих полномочий наднациональным структурам управления, которые с невиданным доселе азартом принимают решения воистину планетарного масштаба. Новые технологии вносят радикальные изменения в традиционные схемы производства, предпринимательства и занятости населения. Иерархия ценностей все чаще определяется принципом пользы при нарастающем равнодушии к духовной истине, попечению о человеческой душе, заботе о ее вечном спасении. Эти процессы подчас сопровождаются глубоким моральным кризисом, который разрушает как личность, так и общество, приводит к отвержению богоданного нравственного закона. Распространение идеологии потребления порождает грубый эгоизм, циничное бездушие, вопиющую несправедливость и таким образом искажает образ Божий в человеке. Своим пророческим гласом Церковь возвещает и власть имущим, и простым людям, и всему роду человеческому: без внимания к духовным основам жизни, без Бога, без исполнения Его заповедей никакое внешнее благополучие, никакие знания и технологии, никакие вещи и деньги, никакая власть и сила не способны дать человеку подлинного счастья, полноты и гармонии бытия.
- Как могут сочетаться патриотизм и христианское смирение? Почему патриотизм, особая любовь к своему народу - это не разновидность коллективной гордыни? Самые великие святые искренне считали себя самыми недостойными среди людей. Не логично ли и в своей национальности, своем народе видеть в первую очередь недостатки и всячески умерять гордыню?
- Это серьезнейшая тема, которая имеет и глубокий теоретический смысл, и совершенно практические проявления. Любые упрощения и крайности тут могут быть опасными и чреватыми самыми страшными последствиями.
Святой праведный Иоанн Кронштадтский так писал о любви к Отечеству: "Люби отечество земное... оно тебя воспитало, отличило, почтило, всем довольствует; но особенно люби Отечество Небесное... то Отечество несравненно дороже этого, потому что оно свято и праведно, нетленно. Это Отечество заслужено тебе бесценной кровью Сына Божия. Но чтобы быть членами того Отечества, уважай и люби (его) законы, как ты обязан уважать и уважаешь законы земного отечества".
Патриотизм православного христианина проявляется в любви к своему Отечеству, имеющему территориальное измерение, и к своим братьям по крови, живущим по всему миру. Эта любовь - один из способов исполнения Божией заповеди о любви к ближнему, включающей любовь к своей семье, соплеменникам, согражданам.
При этом нельзя забывать, что национальное чувство может оказаться основой таких греховных явлений, как агрессивный национализм, ксенофобия, национальная исключительность, межэтническая вражда. Эти явления в их крайнем выражении ведут к ограничению прав личностей и народов, войнам, насилию.
Не допускает наша православная этика деления народов на хорошие и плохие, не позволяет принижать какую-либо нацию, тем более - ставить нацию на место Бога или низводить веру до одного из аспектов национального самосознания.
Так же, как Церковь соединяет в себе вселенское начало с национальным, так и каждый христианин, сознавая себя гражданином Небесного Отечества, не должен забывать о своей земной родине.
- Однако деление даже своих сограждан на "лиц разных национальностей", на потенциально опасных и неблагонадежных стало в последнее время популярным не только на бытовом уровне. Это объясняют порой объективными причинами, соображениями безопасности. Совместимо ли это с православным взглядом на человека?
- Одно из самых духовно опасных занятий - поиск персонифицированных врагов в обществе, в государстве, среди соседних народов. Единственным подлинным врагом христианина является зло в наших собственных душах.
В одном древнем предании говорится, как некий монах осудил своего брата. Через некоторое время тот, кого он осудил, умер. И было судившему видение: пред ним предстал Ангел с душою брата и сказал: "Вот ты взялся судить его. Что ж, как ты скажешь, так и будет. Скажи, достоин ли он вечной погибели? Но помни, что как ты скажешь, так и будет..." И человек, легко соделавший себя судьей в человеческих делах, в ужасе отказался совершить последний суд.
Вот и я хочу спросить человека любой национальности: сможешь ли ты перед лицом Христа осудить человека, которого считаешь своим врагом и врагом своей земли, своего народа, и сказать: "Поскольку он мешает мне жить, да будет он предан смерти"? А всякий иной суд, который ты мог бы совершить и оправдать, лишь скрывшись от лица Бога, неправеден и лукав.
- Вам, конечно же, приходилось общаться с теми, кто называет себя атеистом? Кто они, на ваш взгляд? Это люди примерно одинаковых убеждений или разнородных? Как вы к ним относитесь?
- Отношусь к этим людям так же, как и к другим. Искренне желаю им обрести веру. Ведь, по словам одного из отцов Церкви, каждая душа по природе своей христианка. Конечно же, среди атеистов есть разные люди. Одни лишь называют себя таковыми, другие слишком мало задумывались над смыслом бытия, третьи действительно убеждены в своих позициях. Вспоминаю, как тяжело пришлось одному нашему гонителю - уполномоченному совета по делам религий - в годы, когда началось возрождение Церкви: ведь он человек убежденный, и смысл его жизни был в уничтожении того, что стало возрождаться. Это тяжелейший крах личности. Такое переживать невыносимо.
- Но ведь такие люди - это гонители Церкви, ее враги. Сочувствие к ним разве не тождественно поощрению зла?
- Спасителем нам заповедано молиться за врагов наших. Молитва же всегда есть созидательное напряжение благой воли. Это действующее, активное пожелание всеми силами своей души подлинного блага и добра, спасения тому, кому ты молитвенно желаешь вразумления. Эти люди сами считали себя нашими врагами. Мы же не дозволяли себе испытывать к гонителям ненависти и зложелательства. Если бы мы поддались на такое искушение, это означало бы нашу духовную капитуляцию перед ними. Ибо означало бы, что силы зла вошли в наше сердце и сделали нас едиными в злобе со своими гонителями.
"Ненавидь грех и люби грешника" - так говорит Православие. Я могу и должен осудить (в смысле дать нравственную оценку) поступок человека. Но я не могу поставить знак тождества между этим поступком и самим человеком. Злому поступку я должен противодействовать, человеку же - помогать справиться с грехом, превзойти неверие или маловерие, обрести истинную веру.
- Помочь человеку обрести веру сегодня все-таки проще, чем в советские времена. Нет запретов. Но есть, видимо, и свои трудности, и новые противодействия, и какие-то другие крайности?
- Нельзя никого насильно заставить поверить в Бога. Это совершается в душе, в личной встрече с Богом. Но каждому человеку, каковы бы ни были его убеждения, подобает с благоговением относиться к святыням своих предков. К святыням миллионов людей, живших прежде нас, да и живущих рядом с нами. Вот почему кощунственно произносить с эстрады, с экрана, с учительского места слова о Боге, о Христе, лишенные благоговения и страха Божия...

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13036

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...