Тане показалось, что она сошла с ума или попала в чужую реальность. Мобильный мужа не отвечал. Где он живет, она не знала...
С тех пор как Вадик уехал, Татьяна перестала ощущать себя женщиной. Работа — дом, дом — работа, ну не было стимула наряжаться и краситься! Зато теперь она собиралась взять реванш — на
Вот уже девятый месяц он работал в столичном суде и сумел вырваться домой только дважды. Татьяна в Киев не ездила — начальник следственного отдела, она разрывалась на работе: то расследовала серию краж, то убийство с отягчающими. Но вчера она передала уголовное дело в суд, и начальник в качестве поощрения отпустил её в столицу на целых три дня.
Предстать перед Вадимом Татьяна решила не уставшей с дороги, замотанной упорным трудом честной труженицей, а шикарной, сексапильной женщиной. Поэтому бросила дорожную сумку в привокзальной гостинице, приняла душ и помчалась в парикмахерскую. Через два часа холеная дама летящей походкой зашла в здание районного суда и толкнула дверь кабинета Вадима Соборного. Но дверь оказалась запертой.
— Он сегодня на торжественном совещании в министерстве, — пояснила проходящая мимо девушка с папкой бумаг. — Вам было назначено?
— А когда освободится?- спросила Татьяна.
— Сегодня не ждите, там награждение, потом банкет.
«Ну вот, придется легализоваться!» — вздохнула Татьяна. Она набрала мобильник Вадима и услышала торопливый голос:
— Дорогая, я в министерстве, вечером перезвоню.
Таня и слова вставить не успела, как муж кинул трубку. Набрала ещё раз, телефон был отключен. Что делать? Покорно ждать вечера? Бесцельно бродить по Киеву? Татьяна работала в органах с восемнадцати лет. Тридцать лет ментовской закалки научили её решительно брать любые барьеры. Она вызвала такси и поехала в министерство.
В зале негде было яблоку упасть. Углядев свободный стул, Татьяна села в заднем ряду и стала слушать скучные речи чиновников. Вспомнила, как она увидела Вадима впервые — на дне рождения у коллеги. Шальные глаза, трехдневная щетина. «Это Вадька, опер из соседнего райотдела, — шепнул на ухо именинник. — Берегись, он Казанова!»
Татьяна к тому моменту давно развелась, дочка жила у мамы, на личном фронте было полное затишье. Вадим пригласил её на танец и, крепко сжав талию, коснулся щеки горячими губами: У железной леди сорвало крышу. В тот вечер он проводил её домой и остался до утра. Встречи стали постоянными, хотя Татьяна честно пыталась сопротивляться — Вадим оказался моложе, женатым, имел двух маленьких детей. Поэтому, когда он уехал учиться в столичную академию МВД, она обрадовалась: с глаз долой — из сердца вон! Прошло полгода, Татьяна снова с головой ушла в работу. И вдруг поздно вечером она услышала звонок в дверь. На пороге стоял Вадим.
— Пустишь? — спросил с ухмылкой.
Татьяна ощутила явный запах перегара.
Они просидели на кухне почти до утра. Вадим курил, жадно ел борщ, с горечью откровенничал. Оказалось, из академии его выгнали, жена ушла, теперь увольняют из органов. Вадим безосновательно закрыл уголовное дело, предполагали, что за взятку, хотя за руку его не поймали. Но всем все было ясно.
— Застрелиться, что ли? — спросил он с нервным смешком.
На спасение нерадивого капитана ушло много времени, сил и денег. Пришлось напрячь все связи, продать хорошую квартиру в центре Днепропетровска и купить поскромнее на окраине. Зато из органов он ушел по собственному желанию с разрешением переквалифицироваться в судьи.
В отдаленном районном центре Вадима с Татьяной приняли с распростертыми объятиями. Татьяна возглавила следственный отдел милиции, а Вадим занял кресло председателя районного суда. Он часто ездил на совещание в область, случались командировки и в Киев. Известие о том, что мужа переводят в столицу, стало для Татьяны громом средь ясного неба. С одной стороны, она мужем гордилась, с другой — понимала: за этим
В зале начались награждения. Когда на сцену вышел Вадим, сердце сладко заныло: до чего же он хорош в судейской мантии!
— Этот фрукт далеко пойдет, — сказал сидящий рядом мужчина. — У него жена — дочь известного депутата.
— У него жена — обычный следователь в районе, — не удержалась Татьяна. — Просто есть голова на плечах!
В смеющихся глазах мужчины она прочла удивление и снисходительность.
В перерыве Татьяна увидела Вадима, шагающего на выход рядом с седовласым мужчиной. Догнала, сияя глазами, наслаждаясь его изумлением. И вдруг услышала:
— Извините, Татьяна Сергеевна, я сейчас очень занят. Все вопросы, пожалуйста, завтра.
Муж прошагал к черному джипу и скрылся за массивной дверцей. Тане показалось, что она сошла с ума или попала в чужую реальность. Мобильный Вадима
Вспомнилось вдруг, как однажды Вадим сказал:
— А ведь мы с тобой миллионерами можем стать! Ты дело шьешь, я отпускаю — шикарный тандем.
— Но ты же знаешь, Вадик, те, кого можно отпустить, — без денег, а у кого деньги — там кровь, — возразила она.
Больше супруги к этой теме не возвращались. С тех пор как Вадим стал судьей, они вообще общались поверхностно. С чего она вообще взяла, что муж её любит и понимает? Они вместе уже два года, а он ни разу не видел её дочь и отказался знакомиться с мамой. Сказал, что сыт по горло отношениями с предыдущей тещей. А отношения с его собственными детьми! Ни звонков, ни подарков. А ведь там остались два сына!
Теперь Тане надо было выяснить все и сразу.
Начальником следственного отдела милиции в том районе, где работал Вадим, оказался мужчина лет 35. Татьяна представилась, показала удостоверение, вынула из сумки бутылку дорогой водки и попросила закрыть кабинет. Через час она знала о Вадиме все: что выскочка и плут, что уже полгода женат на депутатской дочке и живет в своем двухэтажном доме, что его успешно двигают по карьерной лестнице. Всю ночь Татьяна не сомкнула глаз, а утром от роскошной женщины не осталось и следа.
В кабинет Вадима она зашла ровно в девять. Он ждал её и был готов к разговору.
— Да, я женат, — прозрачные глаза смотрели с вызовом. — Мы с тобой развелись год назад, можешь проверить акты. Втихаря? Да ты что, дорогая! Надо лечить склероз, тебе ведь уже под полтинник! А мне 35 — вся жизнь впереди, так что лучше со мной не ссориться!
— Будь осторожней, дружок, — снисходительно улыбнулась Татьяна. — Депутат тебе фортелей не простит!
В родном отделе, куда вернулась Воронцова, её встретили с распростертыми объятиями. Сообразили пирушку, засыпали комплиментами. На огонек заглянул угрозыск. Молодой сыщик Паша смотрел на легендарного следователя Таню с откровенным восторгом. И она поняла — все ещё возможно.
— Он аутсайдер, — шепнул на ухо коллега, заметив то, как они смотрят друг на друга, — и знаешь почему? Неумный и, главное, ленивый.
— Зря ты так, — укорила Татьяна. — Из любого аутсайдера можно воспитать форварда.
Вот уже несколько месяцев она порхает на крыльях. Рядом порхает Паша.
«
