Труд: СОБАЧЬЯ ЖИЗНЬ МИХАИЛА ШИРВИНДТА

Главная Жизнь 01:01 09 Июня 2005 162

СОБАЧЬЯ ЖИЗНЬ МИХАИЛА ШИРВИНДТА

"Самая человеческая из всех собачьих и самая собачья из всех человеческих" - вот уже десять лет под этим бодрым лозунгом на ТВ выходит программа "Дог-шоу" (Первый канал). Ее бессменному ведущему Михаилу Ширвиндту в качестве сына широко известного Александ

Славуцкий Александр

Напечатать

- Михаил, как появилось "Дог-шоу"?
- Однажды вечером мы с моим другом Александром Коняшевым сидели на моей кухне и говорили о том, как надоело смотреть игровые программы, купленные или просто ворованные на Западе. Неужели невозможно создать что-то свое? Первая мысль: выдумать какую-нибудь семейную игру: муж, жена, дети... Но тут ко мне подошел мой спаниель Сандрик, я начал автоматически его поглаживать и вдруг говорю: "А что если это будет игра между человеком и собакой? Давай попробуем здесь поискать..." Так за пять минут буквально с нуля была набросана концепция "Дог-шоу".
- Каждая телепрограмма проходит через ряд этапов, чем-то напоминающих жизненный цикл: зарождение, детство, зрелость, угасание. На какой фазе этого пути сегодня находится "Дог-шоу"?
- Недавно программа отметила десятилетний юбилей. Для телевидения это огромный срок. И то, что мы его выдержали, доказывает жизнеспособность нашей идеи. Что, кстати говоря, подтверждает и ненавистный мне рейтинг. Впрочем, десять лет - это еще далеко не предел. Например, "Поле чудес" в Америке идет уже полвека. Так что мы достигли зрелости, а до старости нам, надеюсь, еще далеко.
- А что значит "ненавистный мне рейтинг"?
- С одной стороны, рейтинг - это, конечно, объективный критерий, но та реальность, которую он отражает, наводит меня на грустные размышления. И самое обидное, что эта несчастная цифра диктует путь развития телевидения далеко не в самую лучшую сторону.
- Кто для вас важней в кадре - собаки или их хозяева?
- Бывают замечательные игроки, живые и веселые, с которыми мне общаться легко. А бывает, что люди приводят к нам своих питомцев, чтобы отработать набор заранее заготовленных трюков. С такими игроками сложно, я вижу, что только мешаю и раздражаю их своими комментариями. Мол, они работают, а этот чего-то тут выступает. На самом деле мне человек гораздо важнее собаки. Собаки все хорошие, а вот хозяева разные... Часто привожу пример домашнего задания Аркадия Арканова, у которого собака вообще ничего не умела, даже команду "сидеть" не выполняла. И вот Арканов говорит зрителям, что его Михалыч отвечает на любые вопросы. Затем повернулся к своему псу: "Михалыч, кто президент США? Если Клинтон, молчишь, не Клинтон - лаешь..." Вы бы слышали тот вакуум, который воцарился в студии, все замерли и ждали, что ответит собака, а собака как стояла молча, как истукан, так и стоит. На что Арканов говорит: "Правильно, Клинтон!" Так его Михалыч ответил еще на несколько вопросов, и это было великолепно.
- Наверное, вы не раз оказывались жертвой собачьих зубов и когтей?
- Несомненно, я нахожусь в группе риска. Вряд ли на долю кого-либо еще выпадает такое количество встреч с собаками. Но, не считая мелких покусываний и поцарапываний, по-настоящему меня кусали только однажды. Осенью 2000-го во время съемки меня цапнула овчарка. Это была довольно странная история, кстати, попавшая в кадр. Пробегая мимо меня, собака вдруг повернула морду и вцепилась мне в ногу. Я почувствовал страшную боль, посмотрел вниз, но штаны, как мне показалось, прокушены не были. И лишь после съемки, когда я пошел переодеваться в гримерку, то обнаружил, что вся нога в крови
- Помимо телевидения вы занимаетесь еще и бизнесом: вместе с Антоном Табаковым содержите ресторан "Штольц". Неужели вам не хватает тех денег, которые вы зарабатываете на телевидении, ведь, судя по газетным публикациям, на ТВ вы зарабатываете очень даже неплохо?
- Однажды, узнав из газеты о том, сколько я зарабатываю, я сильно удивился. Потому что цифра была переврана на порядок. Что же касается ресторана, то он приносит не такие большие деньги, как многие полагают, но это занятие само по себе интересно. В нем есть творческий элемент. Ведь в ресторане должна быть выдержана некая концепция. Визуальное и музыкальное оформление, ну и, конечно, кухня должны объединяться неким общим замыслом... В школе нам говорили, что не надо разбрасываться. А мне, наоборот, интересно разбрасываться и распыляться. Я как в юности себя вел, так и продолжаю во взрослой жизни. Если вдруг появляется какое-то интересное предложение, то почему бы и не попробовать?..
- А ваши с Антоном родители в "Штольце" бывают?
- Да, и довольно часто.
- И как они с вами рассчитываются?
- Мы с Антоном хотели дать нашим папам стопроцентную скидку. Они же категорически отказались и сказали, что иначе никогда не будут к нам ходить. Остановились на компромиссном варианте, сейчас у них тридцатипроцентная скидка.
- Отец гордится вашими телевизионными успехами?
- Он достаточно спокойно относится к моей телевизионной деятельности. Гордится или нет, сказать сложно, но по крайней мере явного неудовольствия не высказывает. Уже это хорошо.
- Но он в принципе должен быть очень рад, что у вас в жизни вообще что-то получилось, ведь вас три раза выгоняли из школы за подрывную деятельность, и у родителей были все основания полагать, что из вас ничего не выйдет.
- Меня действительно три раза выгоняли из школы. За то, что мы с приятелями взрывали унитазы. Это делалось очень просто. Из кабинета химии мы стаскивали некий ингредиент (разумеется, я не буду его называть), заворачивали его в газету, причем чем больше газетных листов, тем лучше, и спускали этот "взрывпакет" в унитаз. Минут через сорок раздавался взрыв.
- Это было просто хулиганство или некий социальный протест?
- Нам тогда было по 12 лет, и мы все это делали просто так, не задумывались о мотивах поступка. Я, честно говоря, тогда даже и не очень хорошо представлял себе, какая в нашей стране власть. Просто нам было интересно проверить - взорвется или нет.
- Но в институтские годы вы вообще чуть в тюрьму не угодили, сорвав в один из октябрьских праздников флаг со здания на Лубянке.
- Не на самой Лубянке, а со здания находящегося поблизости Архитектурного института. Это было в 1977 году, и весь ужас заключался в том, что нам потом пытались инкриминировать политическую акцию, направленную на подрыв советской власти. А я даже хулиганством это не считаю, потому что во многих компаниях тогда было принято, и это делал не только я один, в день советских праздников приходить в гости с флагом. Мы снимали флаг с какого-нибудь московского здания и шли с ним по улице, потом дарили его хозяевам дома. Мы расценивали это как что-то само собой разумеющееся, а тут были пойманы со скандалом, погоней и перестрелкой.
- Перестрелкой?
- Да, за нами бежали, стреляли, надеюсь, в воздух. И могли посадить на семь лет. "Голос Америки", Би-би-си в ту же ночь рассказали об этом инциденте. Это произошло в день 60-летия советской власти, силовые структуры были напряжены и ждали антисоветских выступлений. Но наш случай оказался единственным проявлением антисоветчины, зафиксированным в тот день на территории всего Советского Союза. Поэтому это дело и было моментально раздуто.
- И как вашему же отцу удалось вас вызволить?
- Не только мой отец, родители и других ребят как могли за нас боролись. Но как-то все это не очень работало, потому что дело решалось на очень высоком уровне. Нас спас следователь, который понимал, что мы только молодые идиоты, не понимавшие толком что делаем, и поэтому расценил это как мелкое хулиганство. Кстати, Сергей Урсуляк потом по мотивам этого события снял фильм "Русский рэгтайм".
- Как вам кажется, ваше счастливое детство и знаменитый отец были залогом успешной карьеры?
- Не знаю, насколько это взаимосвязано между собой. Конечно, все закладывается в человека в детстве, но ведь далеко не у всех состоявшихся и сумевших реализовать себя людей оно было счастливым.
- И все-таки детство у вас было необыкновенное, вы росли в окружении потрясающих людей, с Андреем Мироновым были на "ты".
- Ну и что? Если бы я развивался в этом направлении и стал бы замечательным артистом, то, может, и можно было усмотреть в этом какую-то взаимосвязь. Но артистом я не стал, так что одно с другим не связано.
- А каким вам запомнился Андрей Миронов?
- Это был человек-фонтан. Он был младшим в компании отца, и я его не воспринимал как звезду. К тому же он был старше меня всего на десять с небольшим лет, и его единственного из всех отцовских друзей я называл на "ты". Потом Андрей мне как-то сказал: "Меня сначала даже немножко раздражало, что ты говоришь мне "ты", а потом стал этим гордиться. Понял, причисляешь меня к своим, значит, я еще молодой"...
- Я слышал, что как-то вы играли в хоккей с Харламовым и Мальцевым?
- В очередной раз, когда меня выгнали из школы, проснувшись утром позже, чем обычно, я тихонько, как побитая собака, прошел на кухню. Мать уже ушла на работу, за столом с мрачным видом сидел отец. У него был выходной, он собирался поехать со своим другом в дом отдыха поиграть в бильярд, а тут такой облом: со словами "отец ты или не отец?" ему втюхали ребенка. И вдруг он мне говорит: "Собирайся". Я никаких вопросов не задаю и собираюсь тихонько, как мышка. Меня посадили в машину и, ничего не объясняя, куда-то повезли.
Когда мы оказались в санатории, мне указали на стул в углу бильярдной и тут же забыли о моем существовании. Но вскоре появился отдыхавший там же Державин, который был страстным хоккеистом и предложил мне погонять с ним в хоккей. Отец, кажется, и не заметил, что меня куда-то увели. Я в то время увлекался хоккеем и целыми днями гонял на подгибавшихся внутрь "гагах" с клюшкой "Москва" за два двадцать, рассыпавшейся после третьего удара. А тут мне вручают профессиональные хоккейные коньки и клюшку "Koho", которую я только по телевизору и видел. А когда на лед вместе с Державиным вышли Харламов и Мальцев, просто не поверил своим глазам. Ведь они были моими кумирами, я тогда не пропускал ни одного матча. Мы играли с Харламовым, против - Державин с Мальцевым. Наверное, это было одно из самых ярких впечатлений моего детства. Когда на следующий день меня все-таки вернули в школу и я рассказал, как вчера играл в хоккей с Харламовым и Мальцевым, - разумеется, мне никто не поверил.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13784

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...