Британец Том Оделл, вчерашний новичок, сегодня — актуальный инди-артист, а завтра, вероятно, крупная звезда, заглянет в Россию в рамках своего первого тура в карьере. 17 июня состоится выступление в Санкт-Петербурге на площадке «А2», 18 июня — в московском «Главклубе». «Труд» объясняет, почему к этому исполнителю стоит приглядеться повнимательнее.

В прошлом году об Оделле трудно было не услышать — его песня «Another Love» уже долгое время ходит в статусе всеевропейского шлягера. Правда, непонятен прихотливый выбор промоутеров, сделавших ставку на один хит — дебютный альбом Тома «Long Way Down» содержит с десяток столь же отполированных и в то же время страстных мотивов, ни один из которых не испортил бы обедни в радиоэфирах.

Этот альбом Оделл играет на концертах целиком, а вдобавок исполняет песни Ланы Дель Рей, Пол Симона и Этты Джеймс. В чем не видит ничего зазорного: 23-летний уроженец Западного Сассекса, конечно, плоть от плоти перспективной британской инди-тусовки (Джейк Багг, Джон Ньюман, Bastille, Mumford & Sons, London Grammar, Birdy, Kodaline — имя им легион), но в целом производит впечатление послушного сына, который с чувством гордости за фамилию наследует отцовское ремесло. Вот неполный список «отцов» Тома Оделла: основатели фортепианного рока Элтон Джон, Билли Джоэл и Бен Фолдс; мастодонты фолк-рока Боб Дилан и Брюс Спрингстин; харизматичные поэты-песенники Леонард Коэн и Том Уэйтс.

Собственно говоря, вторичность — главная претензия критиков в адрес Оделла. «Long Way Down» поначалу был воспринят в штыки: Pop Matters нашел в альбоме лишь «море грязных аранжировок» и наградил его 3 баллами из 10, а The Independent выставил одну звезду из пяти за «трели плаксивого мальчика», исполняющего «ошеломляюще банальные тексты». Дальше других пошел авторитетный NME, назвавший лонгплей «опасной дозой музыкального сифилиса» — 0 из 10. Тем временем дебют Тома уверенно прокладывал себе дорогу к вершине национального британского чарта, а сам он собирал полные залы. И, наконец, строгие судьи пошли на мировую: на недавней церемонии BRIT Awards Оделл фигурировал в номинациях «Лучший артист-мужчина» и «Британский прорыв», а на Ivor Novello Awards был признан поэтом-песенником года.

Вообще ситуация, когда слушатели принимают на ура, а критики распекают, вполне предсказуема для артиста, который не утруждается формой своих произведений в угоду трендам. В эпоху увлеченного звукоизобретательства Том Оделл пишет неприлично простую, почти акустическую музыку. Но тем она и подкупает: наивные городские романтики, распахивающие душу перед слушателем, сейчас перевелись даже в России, где за душевность музыкантам прощают все что угодно. Что же говорить о Британии: там такие парни — практически эксклюзив! И пример Оделла показывает, что они до сих пор востребованы.

Тем не менее сложно поверить, что Том продолжит в том же духе: практика показывает, что после простодушного дебюта артисты становятся на тернистый путь шоу-бизнеса и «огламуривают» звук. Именно это сделали группы Coldplay и Keane, начинавшие с акустического рока в середине нулевых. Оделл в завоевании мейнстримовой публики наверняка преуспеет: хотя популярная легенда гласит, что первыми шагами в музыке он обязан Лили Аллен, которая по стечению обстоятельств оказалась на его концерте и вскоре предложила контракт с лейблом, Том пробился бы в любом случае — большой талант трудно не заметить. Следующий раз в Россию британец наверняка пожалует с дорогим шоу на большие площадки, так что сейчас надо брать его тепленьким!