Труд: ЮРИЙ ЛЮБИМОВ: ГОРОДА МОЕГО ДЕТСТВА ДАВНО НЕТ

Главная Жизнь 01:01 10 Июня 2003 183

ЮРИЙ ЛЮБИМОВ: ГОРОДА МОЕГО ДЕТСТВА ДАВНО НЕТ

- Особенно памятен и дорог мне, понятно, район, в котором прошло детство. - вспоминает Юрий

Напечатать

- Особенно памятен и дорог мне, понятно, район, в котором прошло детство. - вспоминает Юрий Любимов. - Это Плющиха - место, где я жил с пяти лет, когда наша семья переехала из Ярославля. Мальчишкой очень много бегал по Земледельческому переулку, а от него по Долгому к Зубовской площади. Конечно, Москва моего детства осталась в далеком прошлом, ведь тогда на улицах еще горели газовые фонари, и я нередко глазел на газовщика, ходившего по городу с лесенкой в руках. В той Москве вместо машин были рысаки и лошадки. Помню, как однажды мой папа захотел прокатить меня с ветерком и сказал ямщику: "А ну-ка, обгони "Аннушку". (Имеется в виду один из первых московских трамваев, ходивший по Бульварному кольцу, по маршруту "А". - А.С.) Тот отвечает: "Петр Захарыч, с наследником едете, значит, сейчас сделаем". И, конечно же, со свистом "Аннушку" "сделал". С шести лет я поступил в школу неподалеку от Кропоткинской, в том же переулке, где теперь располагается финское посольство. Из первых месяцев учебы мне особенно запомнилась очень красивая церковь, на которую я смотрел из окна во время уроков. Но ее потом сломали, а нас перевели в школу у Парка культуры, чуть не доезжая до Крымского моста. Помню, как строился Крымский мост, по которому мы частенько с друзьями бегали или смотрели на стройку с берега. Еще мы очень любили красивый яблоневый сад, окружавший храм Христа Спасителя и спускавшийся к самой Москве-реке. Сад вместе с храмом взорвал Сталин.
- А старый храм Христа Спасителя вы хорошо помните?
- Разумеется, и он мне нравился намного больше нынешнего. Я даже помню, как велись работы по подготовке взрыва: рабочие ползали по куполам словно муравьи, сдирали золотую обшивку. Новый храм Христа получился каким-то холодным, и я в него не хожу, а посещаю церковь напротив театра - Николы-на-Болванах.
- Как возникла в вашей жизни Таганка?
- Наверное, это судьба: в район Таганки впервые я попал довольно рано, и вся дальнейшая жизнь оказалась с ним связанной. Я был сыном лишенца и не мог поступить в школу-десятилетку, а затем и в вуз, не имея профессионального образования. Поэтому сначала я окончил ФЗУ Мосэнерго на Коммунистической улице, где выучился на монтера высокого разряда, и только потом поступил во Второй МХАТ. Затем были работа на Театральной площади, Театр Вахтангова, и снова возвращение на Таганку, где в 1964 году вместе со своими студентами я основал новый театр.
- Можно предположить, что с этим районом у вас связано множество воспоминаний.
- ...И причем не только творческих. Например, однажды на Коммунистической улице мне выбили два зуба. Я перед этим сильно вывихнул ногу и прихрамывал, а также носил тюбетейку и по приметам, видимо, сошел за жулика, которого собиралась избить компания местной шпаны. Меня лупили сначала на улице, а потом, когда я сумел от них вырваться и сесть на букашку (трамвай "Б"), они вскочили в вагон и продолжали меня избивать, и никто из пассажиров не заступился. Домой вернулся весь в крови, и мать, увидев меня, упала в обморок. Отлежавшись несколько дней, я взял у приятеля финку, и когда эта шпана подошла ко мне в следующий раз, обернулся, дал первому попавшемуся в морду и тут же раскрыл в другой руке финку. Больше меня они не трогали. Так что в наши дни на улицах не так страшно, как во времена моей молодости. Хотя и осторожность никому, конечно, не повредит, ведь недаром даже когда мы жили в Америке, то Катя передавала Петра (Юрий Петрович говорит про жену и сына. - А.С.) педагогу, а потом забирала домой из рук в руки.
- Что вы думаете о значительном изменении облика столицы, происшедшем за последние годы?
- Я отношусь к этим процессам во многом положительно. Москва делается ярче, наряжается, и при этом в ней сохраняется старина. Не согласен с теми критиками, которые обвиняют Лужкова в тотальном разрушении памятников архитектуры. Это не так. Вот только надо больше зелени сажать. Раньше в городе проходили постоянные субботники, сейчас было бы неплохо эту традицию возродить. Конечно, я не симпатизирую Ленину, хотя его и хоронил.
- Неужели?
- На похороны Ленина меня зачем-то привел старший брат. Помню был поздний вечер, дикий мороз, напротив Дома союзов горели костры. Я очень замерз и чуть не простудился, за что брату попало от папы.
- Вы были во многих крупнейших городах мира и, конечно же, можете судить: обладает ли Москва своеобразием и неповторимостью.
- Вне всяких сомнений. Особенно хорошо это ощущается в центре, в старых переулках, около древних особняков. Москва всегда выделялась особой теплотой и душевностью в отличие от, допустим, Петербурга - холодного и официального, хотя и прекрасного города. И кроме того, в Москве венчался Александр Сергеевич, что для меня очень важно и дорого, поскольку с Пушкиным моя творческая судьба очень тесно связана.
- Нравится ли вам памятник, возведенный перед храмом, где это венчание и произошло?
- Эта беседочка просто ужасна. Некоторые, правда, говорят, что ее делал какой-то одаренный человек, но как они не видят, что это сооружение с его полной диспропорцией очень бы подошло Собакевичу. Как-то я сказал одному шоферу, что мне нужно подъехать к Никитским воротам, он переспросил: "Это что ли туда, где два таракана в банке?" Оказывается, шоферы между собой так прозвали этот памятник. Вот вам глас народа.
- Эта беседка располагается у Бульварного кольца. Как вы относитесь к московским бульварам?
- С огромной симпатией. И очень жалею, что значительная часть прежних бульваров уже вырублена. Но, слава Богу, сохранили хоть что-то. Очень хотелось бы надеяться, что чиновникам не придет в голову шальная мысль их спиливать дальше.
- Какое место в Москве вам кажется самым лиричным?
- (После некоторого раздумья). Я люблю Нескучный сад с екатерининской беседкой, люблю посидеть при входе в Пушкинский музей искусств, только там крайне бессмысленно выглядит мемориальная доска с изображением Ленина. При чем здесь вождь революции, когда музей создал Иван Цветаев?
- Какие московские музеи посещаете?
- Один из любимых - Пушкинский. Он в хорошем состоянии, живет насыщенно, интенсивно. Кроме основной экспозиции, там проходит много интересных выставок. Мне приятно, что Ирина Антонова так бережет и заботится о своем музее. А еще неподалеку от нашего театра находится замечательный Рублевский музей, который хотели прибрать к рукам какие-то коммерсанты, но с помощью писем к президенту нам удалось его отстоять.
- Неотъемлемая часть московского антуража - семь сталинских высоток.
- Сталин их возвел на человеческих костях, но по прошествии большого количества лет люди к ним привыкли, и высотки действительно стали неотъемлемой частью города. Но вот тут возникает непростой вопрос: только на секунду представьте себе, что Германия всюду бы оставила памятники Гитлеру, ну и решайте сами, как к ним относиться? Немцы осознали, что это была черная страница их истории, которую можно вырвать. Мы же пытаемся все сохранить, хотим примирить непримиримое. Но оно в моей душе не примиряется, ну никак.
- Как вам кажется, Москва по своей сути театральная?
- Чрезвычайно театральная. Но сейчас она очень пузырится - примерно так же, как на асфальте во время сильного дождя появляются большие пузыри и тут же лопаются. Если почитать газеты или посмотреть телевизор, то, оказывается, в Москве сейчас живет невероятное число гениальных, сверхталантливых актеров. К сожалению, эта наша традиционная похвальба ни к чему хорошему в русской истории не приводила.

Жизнь 00:01 / 14 Августа 2026 31116

Рожайте, если приспичило

В ходе очередной «реформы» петербургская медицина погрузилась в хаос

Ирина Смирнова

Труд

Примерно так ответили медики жительнице Санкт-Петербурга, которую не смогли довезти до роддома. Скорая с роженицей застряла в пробке в центре города на Неве, и тогда без пяти минут маме предложили дойти до роддома...