Труд: ТРОЙНАЯ ЖИЗНЬ ОЛЕГА БЕЗРУКОВА

Главная Жизнь 01:01 10 Июня 2004 203

ТРОЙНАЯ ЖИЗНЬ ОЛЕГА БЕЗРУКОВА

От его имени раньше, в советско-партийной стране, решалось все, а сегодня не то что мнения его не слыхать - самого трудно найти. Корреспондент "Труда" встретился с рядовым рабочим в старинном Ярославле на относительно преуспевающем моторном заводе.

Беднов Сергей

Напечатать

Утро у Олега Безрукова начинается два раза. Сначала он просыпается по привычке - в 3.30, второй раз - когда надо, в 5.00. Двадцатисемилетний парень никак не может привыкнуть к тому, что он вошел в "элиту" литейного цеха и ему уже не надо вставать среди ночи, чтобы успеть к шести утра в загородный цех, за Волгу.
- Я почти барствую, - смеется Олег, - в шесть утра вошел в цех, а в полвторого дня - уже на воле.
Вот только желающих так "шиковать" мало. Несмотря на повальные сокращения на городских заводах - химическом, электроремонтном, "Ярполимермаше" и на моторном, - цеха "литейки" задыхаются от дефицита кадров. Работать сегодня при 45-49 градусах жары в спец-одежде килограммов под двадцать и в сапогах с металлическими носами мало кому охота. Олег за год потерял восемь килограммов, превратился в тростинку, загорел без всякого солнца и научился принимать холодный душ. Весь этот экстрим он переносит ради полуторамесячного сына, 8 - 11 тысяч заработка и свободного времени. Его отсчет Безруков начинает каждый день после 13.30, когда кончается смена.
- Вот тогда я начинаю жить, - говорит Олег и поправляется: - Ну как жить? Подрабатывать.
О том, что подработка - это почти непозволительная роскошь для рабочего, он понял еще до армии. Производственный цикл большинства предприятий устроен так, что он "съедает" все время, а главное - силы, не оставляя на дополнительный заработок ничего. Если и удается что-то выкраивать, то работодатель, узнав, что подчиненный "левачит", расстается с ним тут же, нанимая тех, кто покорно стоит в очереди на бирже.
- Когда я вернулся из армии, - вспоминает Олег, - я прикинул: мест, где в Ярославле можно заработать, всего три. Это ликеро-водочный завод, туда люди десятилетиями ждут очереди, чтобы устроиться на 10 - 15 тысяч, "Славнефть", куда на 15 - 20 тысяч берут только родственников, и "Ярпиво". Про него вообще ходят легенды, что на 20 - 25 тысяч рублей в месяц устраивает конкурс из профессоров. Ну куда мне?
Парень пошел на биржу. Там вычитал про сокращенный рабочий день на моторном заводе и перспективу пенсии в 46 лет. Он на материнские сбережения окончил полугодичные курсы массажистов при медицинском училище и вот уже скоро год как живет тройной жизнью.
Утром - литейный цех, днем и вечером - бесконечные разъезды по клиентам, а ближе к ночи он видит спящих жену и сына. Общеизвестно: работодатель считает наемного работника своей собственностью, Безруков на заводе не афиширует вторую профессию массажиста, в медицинском центре не знают про завод и о том, что, помимо работы в кабинете, он разъезжает по частным вызовам...
- Про завод молчу, - говорит Олег. - Вся зарплата уходит на еду и некоторые другие повседневности. В салоне из 250 рублей за 45-минутный массаж мне достается половина, а с нее еще идет налог государству. Что остается? Левачить. Я понимаю, что приворовываю и у себя, но иначе не выжить.
Безруков не скрывает, что основной его доход - это выезды на дом и расчет наличными без посредников. Особенно он ценит курсы 10-дневного лечебного массажа, которые ему дают 2,5 - 3,5 тысячи рублей "чистыми", что редкая удача. Правда, после них спит провальным сном. В субботу, единственный для него день отдыха, он соревнуется с крохой-сыном: кто кого переспит? Пока побеждает папа. Он понимает временность и нестабильность своих заработков, основанных на частичном уходе от налогов и от необходимости "делиться" с работодателями, государством, чиновниками. Но поменять что-либо лишь мечтает.
- Я реалист, - говорит Безруков, - это не в моих силах. Пусть государство планирует, но без лукавства. Вот говорят - победить бедность, отказаться от неадресных льгот. Да не нужны мне эти подачки. То же пособие на сына, кстати, которое, пособия то есть, я в глаза не видел. И не хочу. Лучше зарплату положили бы достойную. И конкурс на рабочие места появится, и льготы станут не нужны.
Помолчав, Олег Безруков добавляет, что в такой оптимистичный поворот развития событий он не очень верит. "Люди у нас не те, - считает он, - в прошлом году забастовали на заводе. Директор три месяца зарплату не платил, а сам улетел на Кипр позагорать. Перепуганные бухгалтеры ему туда звонили, он распорядился выдать аванс за один месяц. Народ и разошелся". Из-за того, что рабочий не умеет и не хочет за себя постоять, Безруков говорит, что в рабочих долго не задержится. Год-другой, подкопив на жизнь, он собирается, забрав к себе в двухкомнатную квартиру мать, продать ее однокомнатную, а на вырученные деньги открыть свой массажный салон и купить дачный участок.
- Только так и можно выбраться из безденежья, - говорит рабочий Безруков, - самому. Время такое.
Прав ли он? Я с ним не спорю...
ВАКАНСИИ НА БИРЖЕ ТРУДА В Г. ЯРОСЛАВЛЕ НА 02.06.2004
ОАО "РЖД", наладчик, 6 тыс. руб., "без уголовных статей и вредных привычек" (Ред.-это обязательные примечания для всех вакансий),
химзавод "Луч", оператор, 7 - 9 тысяч,
ЗАО "Ярполимермаш", оператор, 6 тыс.,
ООО "Славмебель", рабочий, 4 - 6 тысяч,
ОАО "Итерма", оператор, 6 - 8 тысяч,
Завод дизельной аппаратуры, наладчик станков, две смены, 10 тысяч,
Электроремонтный завод, наладчик, 6 тыс.,
Санаторий "Ясные зори", кочегар, 4 тыс., питание,
Пекарня "Златоустье-хлеб", кочегар, 5 тыс.,
ОАО "Волгатанкер", кочегар, 5 - 6 тыс.,
ООО "Здравница", кочегар, 1500 руб., питание.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13813

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...