Труд: ВИТАЛИЙ МЕЛЬНИКОВ: ЧТОБЫ НЕ СЛОМАТЬСЯ, НАДО ВЕРИТЬ

Главная Жизнь 01:01 11 Декабря 2001 217

ВИТАЛИЙ МЕЛЬНИКОВ: ЧТОБЫ НЕ СЛОМАТЬСЯ, НАДО ВЕРИТЬ

Виталий Мельников - известный российский режиссер, фильмы которого неизменно пользуются успехом у зрителей и не стареют с годами: "Мама вышла замуж", "Начальник Чукотки", "Здравствуй и прощай", "Старший сын", "Женитьба", "Чича", "Царская охота"... В том ж

Лындина Эльга

Напечатать

- Виталий Вячеславович, почему вы решили ставить этот фильм? Сегодня режиссеры разных поколений почти сплошь увлечены криминалом, разборками бандитов вперемежку с любовными утехами путан. А вы рассказали о чистой, благородной любви пожилых людей. Не было опасений, что не сможете вписаться в проблемы, занимающие ваших коллег?
- Напротив, было определенное желание сделать все наоборот тому, о чем вы говорите. Вот такое чисто человеческое желание.
- Надоело видеть грязь на экране?
- В общем, надоело, но я думаю, нынешнее чрезмерное увлечение темными сторонами жизни, как всякая болезнь, пройдет со временем. Хотя останутся следы. Если хотите, любой профессионал даже из самого жуткого, бандитского фильма, из кровоточащего материала, иногда снимая левой ногой, все равно извлечет нечто, что позже даст некое новое качество. Мне кажется, сегодня так или иначе идет процесс возрождения российского кино со всеми его болезнями, всеми заносами, всеми мерзостями, которые побочно существуют. Тем не менее это естественный процесс. А как вы думали? У нас был худо-бедно сложившийся кинематограф. И мы очень тосковали, мы бунтовали оттого, что он такой закостеневший. Очень хотелось, чтобы наше кино было нестандартным, уходило от канонов, взрывало мертвечину.
- Пока действительно все не взорвалось и не превратилось в руины?
- Верно. Сейчас мы должны отдать себе трезвый отчет, каковы масштабы наших разрушений, а они гигантские. Финансовые, экономические, производственные, прокатные, организационные, творческие. Но после краха, катастрофы всегда начинается обновление. Так, кстати, происходит не впервые в отечественном кино. Вспомните, что было в годы нэпа? Тоже подражали американским боевикам.
- Комедиям положений, авантюрным лентам...
- Да, так и было. И постепенно стало возникать нечто совершенно уникальное, очень значительное - советский кинематограф, взошедший на революционных дрожжах и поразивший мир. Потом все стало канонизироваться. Канцеляризироваться. Приспосабливаться. Мы стали врать. Обманывать других и себя... По партийным указаниям кинематографистам предписывалось создавать фильмы не о реальной жизни, а о том, какой она должна быть. Такое успокоительное, знаете ли, кино. Сегодня возникла новая ситуация, предлагающая совершенно иные картины. Причем многие из них сделаны на частные деньги, добытые кинематографистами совершенно неведомым способом. Приведу пример. В этом году у нас было общее собрание питерского Союза кинематографистов. Я решил выяснить ситуацию, что снимается у нас на "Ленфильме" в рамках самой студии и с ее помощью. Выяснилось, что это - 25 фильмов в год.
- Больше, чем при советской власти?
- В том-то и дело. Не считая к тому же, что еще снимается огромное количество мини-фильмов, клипов, рекламных роликов. Я считаю, это своеобразная плодородная почва, на которой что-то потихоньку проклевывается. Я верю или мне просто хочется верить, что мы понемногу выходим на какое-то новое качество нашего кино.
- Однако ваша картина "Луной был полон сад" вполне традиционна. Говорю об этом с искренним уважением к фильму, очень интеллигентному, очень петербургскому.
- Возможно, но я не думал об этом. Нашел сценарий Юлии Дамскер, это была ее студенческая работа. Я решил снимать по нему картину в перерыве между двумя большими историческими фильмами, уже снятым "Царевичем Алексеем" и предстоящим - "Бедный, бедный Павел". Сценарий "Луной был полон сад" поначалу задел меня своей живой интонацией, точными наблюдениями за жизнью пожилых людей. Позже мне открылись полнее его социальное начало, его психологические нюансы. Постепенно пришла любовь к героям...
Вы говорите о традиционности фильма, возможно, еще потому, что невольно сравниваете его с современными картинами, наполненными насыщенным действием. Мне никогда не было это интересно. Прежде всего меня волновало, что думает человек, отчего ему хорошо, отчего плохо. Как он реагирует на других людей. Как переплетается в реальности смешное и грустное, это ведь очень по-своему происходит всякий раз. В сценарии "Луной был полон сад" я видел такой потенциал, он давал пищу для размышлений и стал для меня первотолчком.
- Вы переделывали сценарий в процессе работы?
- Да. Достаточно сказать, что там не было ретросцен, связанных с отрочеством героев. Персонажи не имели биографии. А как делать фильм о старых людях без биографии? То есть были написаны какие-то милые подробности, намекавшие на их давние чувства. Но не больше. Я решил вмешаться... Может быть, так получилось оттого что я и сам уже далеко не молоденький человек. Жизнь моих героев - отчасти и моя жизнь. Более того, ретросцены, о которых я говорил, связаны с моим собственным опытом: годами войны, Сибирью, детским домом.
- Вы были в детском доме?
- Нет, но в военное время жил в маленькой сибирской деревушке, где был детский дом, я там бывал, хорошо знал его жизнь. Так что воспользовался собственными воспоминаниями.
- Выбор актеров на главные роли поначалу показался некоторым довольно неожиданным. Зинаида Шарко и Николай Волков в кино были редкими гостями, несмотря на всю их театральную славу.
- Зинаида Шарко была для меня изначальной фигурой, на которой держалась картина. Был еще один актер, которого я надеялся снимать, и он очень этого хотел, - Олег Николаевич Ефремов.
- Он ведь с вами и прежде работал в картинах "Мама вышла замуж", "Здравствуй и прощай"...
- Ефремов не отказывался даже от маленьких ролей, когда я предлагал. Олегу Николаевичу очень понравилась роль, предназначавшаяся ему в картине "Луной был полон сад", он ждал начала съемок, жил этой надеждой. Увы, не свершилось Я очень тяжело пережил его уход из жизни. Надо было выходить из ситуации. И я пригласил на эту роль Николая Волкова, впервые встретившись с ним на съемочной площадке. А вот его отец, Николай Волков-старший, снимался в моей первой картине "Начальник Чукотки" в роли американца. И отец, и сын Волковы - прекрасные актеры. Младший из них обладает большим потенциалом, до сих пор в кино не реализованным.
- Исторические, биографические картины, которые когда-то снимались у нас в большом объеме, сейчас почти исчезли с экрана. И не только потому, что они дороги в производстве. Дело еще и в том, что новое поколение режиссеров мало интересуется таким материалом. Между тем Россия, стремящаяся восстановить связь времен, сейчас нуждается в обращении кинематографистов к собственной истории, к фигурам, влиявшим на ход исторических событий. Это будет для вас уже третья лента в таком ключе?
- Да, после двух предыдущих сложится, я надеюсь, трилогия. Я занимался судьбой императора Павла I почти как профессиональный историк. Мало кто знает, что судьба Павла, история заговора, в результате которого он был убит, - все эти материалы были запрещены еще в дореволюционной России. Доступ к ним был наглухо закрыт, в том числе и для историков, ученых. Представьте, даже Льву Толстому, просившему дать разрешение работать с архивами, в этом тоже было отказано. Только 2-я Государственная Дума при Николае II потребовала раскрыть все подробности, связанные с убийством императора. И опять из этого ничего не вышло. Все снова бесконечно тянулось, пока не настал 1917 год, а там уже вообще никто этим не занимался.
- Но есть пьеса Дмитрия Мережковского "Павел". Она шла в 80-е годы в Москве, в Театре Российской армии, заглавную роль блистательно играл Олег Борисов.
- Я знаю эту пьесу, это как бы первое приближение, ориентировочные догадки, связанные с трагическим финалом императора. Что он был за человек? Был наделен массой комплексов, амбиций. Его окрестили "русским Гамлетом". Наполеон называл его Дон Кихотом... После коронации на Павла обрушилось все, что было накоплено XVIII веком. Чудовищный, немыслимый груз для человека амбициозного, совершенно не знающего свою страну, не владеющего кругом сложнейших проблем, которые ему предстояло решать. Павел начинал с чистого листа. Времени правления ему было отпущено четыре года.
- Вы назвали сценарий "Бедный, бедный Павел", потому что император сам себя так называл?
- Это связано с легендой, с рассказом самого Павла о его мистической встрече с дедом, императором Петром I, который так назвал внука: "бедный, бедный Павел..." Поразительно: Павел рассказывал об этом в свой последний день, за ужином, где собрались почти все участники предстоящего заговора, уже все решившие к тому времени на своей "тайной вечере".
- О чем Павел знал...
- Знал все. Знал, что обречен. Не сопротивлялся. Увидев заговорщиков, отпустил караул из надежных гвардейцев, которые могли бы его защитить. То есть расчистил дорогу убийцам. Что он сказал им, когда они потребовали от него отречения от престола, если они потом его растерзали? Задушили шарфом, били по голове, изуродовали так, что лицо было закрыто во время панихиды, похорон? В этом заговоре участвовал сын Павла, будущий император Александр I, о чем отец тоже знал. Меня потрясает, что за последним ужином, сидя за столом с убийцами, Павел нашел в себе силы общаться с ними, иронизировать, вместе с тем давая понять, что ему все известно. Личность удивительная...
- Такая постановка потребует большого финансирования?
- По российским меркам - средняя цифра, около полутора миллиона долларов. Это будет камерный, почти семейный фильм, но на фоне огромной страны.
- На что вы рассчитываете?
- На то, что наш фильм посвящен 300-летию Санкт-Петербурга и будет профинансирован в связи с этой датой.
- Стало быть, должен выйти на экран года через полтора?
- Надеюсь.
- Вы много лет руководили Ленинградским, позже Санкт-Петербургским отделением Союза кинематографистов России. Много лет работаете на "Ленфильме". При вас на студию пришло и сделало свои картины новое поколение режиссеров. Но нет пока дебютов, которые прозвучали бы, как картины их предшественников: Ильи Авербаха, Динары Асановой, Александра Сокурова...
- Не забывайте, что это поколение было парализовано страшной неразберихой, ломкой всего и вся. Причем на кинематографе эта ломка сказалась особенно разрушительно. И нам еще долго ждать выздоровления...

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 11360

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...