Сегодня, 11 декабря, в Государственном институте искусствознания состоится открытое собрание, посвященное зреющему в недрах Министерства культуры РФ скандальному решению о ликвидации этого главного профильного научного центра. Того самого, что создан почти 70 лет назад, в военном 1943 году. Тогда у страны, для которой решался вопрос самого ее существования, хватило воли и средств на государственную поддержку искусствоведения. Но у сегодняшнего российского государства другие приоритеты.
Правда, на дипломатичном министерском языке происходящее называется не закрытием, а слиянием подведомственных Минкульту научно-исследовательских институтов, в том числе Государственного института искусствознания, Института культурологии, Института культурного и природного наследия им. Д.С. Лихачева. Однако в крупнейшем и известнейшем из этих учреждений – Государственном институте искусствознания – инициативу охарактеризовали как «Рейдерство в науке»: озаглавленное так обращение к коллегам было распространено в конце прошлой недели. В нем говорится: «Под видом реформ по оптимизации и экономии бюджетных средств наносится смертельный удар по структурам, не только наименее затратным, но и наиболее сущностным для духовного здоровья и развития страны». Из 800 научных сотрудников, работающих сейчас в пяти институтах, в предполагаемом объединенном центре останется не больше 100.
12 декабря должна собраться на заседание рабочая группа по образованию и науке Общественного совета при Министерстве культуры, дабы обсудить вопрос о судьбе институтов. А накануне, в полдень 11 декабря, ГИИ решил провести в своих стенах обсуждение инициативы Министерства. (СМИ тут же превратили его в митинг, хотя состояться он должен под крышей ГИИ.) И пригласил на него «всех, кому не безразлично будущее отечественной гуманитарной науки». Блогосфера мгновенно вскипела возмущением, со стороны чиновников зазвучали опровержения, а люди из сферы искусства и науки через интернет уже подписывают воззвание: «Остановите разгром гуманитарной науки!» Лишь за субботу под петицией поставлено 1,5 тысячи подписей, число «подписантов» ежечасно растет.
Понять возмущение нетрудно: тот же ГИИ основан в 1943 году известнейшими деятелями культуры и науки – художником и историком искусства Игорем Грабарем (он – первый директор института), великим кинорежиссером Сергеем Эйзенштейном, знаменитыми исследователями Борисом Асафьевым, Виктором Лазаревым. В кабинете нынешнего директора Дмитрия Трубочкина все остается, как при Алексее Комече – харизматическом лидере сопротивления разрушению старины, главе Научно-методического совета по памятникам при МК РФ, спасшем от варварской реконструкции квартал Московской консерватории, не давшем поставить на Патриарших прудах чудовищный памятник Булгакову… Благодаря институту в Россию возвращен архив легендарного казачьего хора Жарова, после революции оказавшегося в эмиграции. Только за 2011 год три сотрудника института стали лауреатами Госпремии РФ – Елена Борисова и Григорий Стернин за книгу «Русский модерн», Олег Фельдман – за труд о Мейерхольде. С участием ГИИ осуществлена реставрация Большого театра, собора Андрея Первозванного в Кронштадте, Донского и Соловецкого монастырей, наконец, таких знаковых памятников, как Грановитая палата Московского Кремля и храм Василия Блаженного. Среди важнейших заслуг института – составление многотомного «Свода памятников архитектуры и монументального искусства России», 22-томное издание «Истории русского искусства»...
Можно предположить, что под влиянием солидарного протеста интеллигенции чиновники пойдут на попятный или хотя бы сделают вид. Так уже было недавно с грозным вердиктом по поводу РГГУ, МАРХИ и других вузов искусства, которые Министерство образования и науки сочло «неэффективными»: после взрыва возмущения в обществе репрессивные меры были отложены. Министр культуры Владимир Мединский в воскресенье заявил РИА, что «никаких решений о ликвидации подведомственных Минкультуры НИИ нет». Хотя тут же покритиковал руководство институтов за то, что оно не борется за заказы, и Министерство вынуждено обращаться за важными разработками в сторонние организации. О том, что с ведома министерства обрезано финансирование того же «Свода памятников...», министр умолчал.
В случае с научно-исследовательскими институтами вызывает особое опасение так называемый «квартирный вопрос»: практически все эти учреждения находятся в зданиях, являющихся лакомым куском столичной недвижимости. Так, ГИИ занимает особняк конца XVIII века в Козицком переулке близ Тверской, он построен в стиле раннего классицизма, даже отчасти сохранил изначальный интерьер. Ученые считают: это один из единичных памятников архитектуры, не тронутых пожаром 1812 года. А другой из списка «приговоренных» – Институт культурологии – расположен в палатах думного дьяка Аверкия Кириллова XVII века (рядом с «Домом на набережной», у Москвы-реки напротив храма Христа Спасителя). Где гарантия, что вскорости там не появятся вместо институтов, допустим, дома приемов для элитной публики? К каковой научных сотрудников, спасающих от безвестности и гибели отечественные памятники культуры, в Минкульте, видимо, не относят.
Мнения
Кирилл Разлогов, директор Российского института культурологии
– Общественный совет еще никаких решений не принимал, надеются принять 12-го. Один из вариантов решения, которое сейчас активно обсуждается в кулуарах, – то, что будут сливать не все пять институтов системы Минкульта, а три: Институт искусствознания, Институт культурологии и Институт природного и культурного наследия. С моей точки зрения, можно было бы на их основе создать научный центр, который в прессе уже окрестили гуманитарным Сколково, включающий эти три института плюс филиалы по всей стране, который взял бы на себя лидерство в гуманитарной сфере. Но я с трудом представляю, каким образом министерство могло бы это реально осуществить. Не просто поместить в одни стены три института, а реально создать единый большой центр.
Что касается финансирования проектов – не только у Института искусствознания, но и у всех со сменой команды в Министерстве культуры значительная часть предыдущих контрактов осталась не выполненной. Не с нашей стороны, а со стороны Министерства. У нового руководства свои представления о приоритетах.
Ирина Коробьина, директор Музея архитектуры им. А.В. Щусева
– Исключительно экономически ориентированный подход к оценке государственных достояний и деятельности в сфере культуры может привести к необратимым потерям. В архитектуре это уже происходит: новый градостроительный кодекс, подталкивающий рассматривать территорию России как набор коммерческих лотов, неизбежно ведет к утрате национального ландшафта страны. Оценка деятельности ведущих культурных институций, на протяжении всей истории своего существования развивающих культурный потенциал нации, с позиции «экономической и производственной целесообразности» рано или поздно приведет к подрыву национальной идеи.
